Беспорядок вещей - Пальмира Керлис

– Спишут, сто процентов. Даже Совет не знает, с чего запустились первые пять сценариев. Будем придерживаться версии, что Поток меняется, а мы тут ни при чем.

Что ж, звучит логично. Мало ли по какой причине Кисе захотелось переехать к кроликам. Поток не поддается обычной логике. С чего кому-то думать на нас? На планете полно людей с сильным даром. Меня занимал свой вопрос: связана ли активация мира с Вестниками? Вдруг мне удалось сделать это лишь благодаря Артему? Надо проверить.

– А что за идея? – уточнила я.

– Насколько я понял, – объяснил Паша, – мир просыпается, если найти «первый кадр».

– То есть сымитировать первое действие, запечатленное Потоком?

– Скорее, потревожить. Оно тянет за собой остальные и воспроизводит изначальные события. В искаженном виде.

– Еще бы, – буркнула я. – Сомневаюсь, что кролики едят людей.

– Не кролики, – серьезно ответил он. – В лесу полно хищников. Началось все явно с того, что кто-то, предположу, что девушка, потеряла кольцо.

– Сценарии в Потоке короткие. Как она за пару минут пробралась через весь лес?

– Торопилась или убегала. Она явно не специально в ту яму провалилась.

Я поежилась и опустила глаза. Одно дело воспринимать миры Потока как абсурдные картинки, а другое – знать, что некая девушка пережила это в реальности. Бедняжка… Как ее угораздило забрести ночью в лес?

– Так вот, – невозмутимо продолжил Паша. – Первое действие – точно не причина. Ведь девушка набором костей стала не из-за потерянной безделушки. Просто Поток начал «запись» с этого момента. Его и надо найти. Подобный катализатор должен быть в любом мире.

– Он хорошо спрятан, – остудила я его пыл. – Иначе бы за столько веков пятью активными сценариями не ограничилось. Ладно, кролики. В том лесу мало кто бродит, а Артем от них в восторге, потому и отыскал кольцо. Причем, заметь, достать не смог и позвал меня. Нужна сила. Кто попало мир не разбудит.

– Мы – не «кто попало», – оборвал меня Паша. – И вряд ли они целенаправленно искали подсказки.

Понятно… Артем сумел запустить сценарий, и ему теперь тоже надо. Такой позор, ребенок обскакал. Не пережить.

– Ты замахнулся на самый популярный мир Потока. Тут сто тысяч раз перерыли все, что можно и нельзя. Заглянули в каждый домик, потрогали каждую вещь, подняли каждый камушек.

– В доступных местах – да, – ухмыльнулся он. – Но ты верно сказала: нужна сила. А теперь подумай, куда вемы побаиваются лезть?

– На крышу башни ратуши, – уверенно ответила я. Она была с сюрпризом: забравшихся на нее людей засасывало, словно в зыбучие пески, и выкидывало на верхний этаж. – Ты прав, это единственное место, которое не излазили вдоль и поперек. Стоит проверить.

– Обязательно. Только сперва заглянем на кладбище. Вдруг Кису клонировало по всем мирам? Ничему не удивлюсь.

Путь в обход занял прилично времени. Мы петляли по переулкам, избегая свидетелей, и хранили молчание. Во мне бушевали сомнения, но они не перекрывали желания докопаться до истины. Узнавать ее было страшно, особенно после новости о съеденной девушке. Конечно, миру минимум несколько сотен лет, следовательно, и запечатленному в нем событию тоже. Все равно жутко.

Миновав высокий белокаменный храм, мы вышли к кладбищу и резко остановились. Между усыпальниц и статуй бегал расстроенный подросток. Я спряталась за кустом, Паша подобрался поближе к ограде и всмотрелся в ряд кованых солнышек на воротах. Одного из них по-прежнему не хватало, того, что превратилось в Кису. Спасибо Потоку, который любит искажать реальность. Как говорит Влад, «глюки при копировании»…

– Чего он мечется? – простонала я, глядя, как подросток нарезает круги по кладбищу и истошно вопит.

Паша лишь довольно улыбнулся. Я прислушалась и вздохнула с облегчением. В воплях паренька часто проскакивало слово «китти». Выходит, он тоже ищет Кису. Совсем забыла, какой большой у нее фан-клуб. Тяжко им придется.

– Судя по всему, – подвела я итог, – ее здесь нет.

– Интересно… – Паша повернул обратно. – Наводит на определенные мысли.

Я поспешила за ним, кинув на подростка прощальный взгляд. Вроде он нас не заметил: продолжал носиться по кладбищу и звать Кису.

– На какие мысли?

– Помнишь, Анита говорила о ритуале переброса энергии?

– Я думала, речь шла об обмене между реальностью и Потоком.

– А что если между мирами? Раньше нельзя было ничего унести из одного в другой.

Прекрасно! Теперь он думает, что кто-то убил клиентов Киры для того, чтобы переместить Кису в кроличий лес? Совершенно не правильная теория. Но возражать или пускаться в рассуждения было рискованно, поэтому я промолчала.

Пройти на рыночную площадь тайком оказалось тем еще испытанием. Ратуша находилась в центре, где любил гулять народ. Средневековый город был безумно красив и напоминал ожившую иллюстрацию из сказочной книжки. Не целиком, конечно. Площадью можно любоваться вечно, а вот отдаленные улочки далеки от романтики: грязь и теснота.

Пара хитрых маневров, и мы подобрались к ратуше. Башня шпилем врезалась в облака и отсвечивала затейливым циферблатом из-под зеленой крыши. Замершая напротив цифры «три» стрелка наглядно демонстрировала, что время в городе остановилось. Ничего, сейчас мы это исправим!

Выждав, пока очередные путешественники пройдут мимо, Паша проскользнул в массивные двери. Я юркнула следом, убедившись, что людей в ратуше нет. Просторный холл, витиеватая лестница, четыре роскошно обставленных этажа, и мы выбрались на чердак. Прежде чем просунуться в оконце, ведущее на крышу, Паша взял меня за руку и твердо сказал:

– Друг от друга не отходим, чуть что – возвращаемся. И без самодеятельности, хорошо?

Прикосновение обожгло. Я через силу кивнула, вывернулась и первой вскарабкалась на крышу. Кровля угрожающе хлюпнула под ногами. Поверхность зарябила, начала проседать. Глубокий вдох, предельная концентрация и невесомая легкость – внушенная себе, но для Потока вполне правдоподобная. Все под контролем, пока энергия мне подчиняется. Я встала на карниз и попыталась осмотреться. Едва не сорвалась. Повезло, что сумела приземлиться на подоконник. Паша высунулся из окна и заботливо придержал меня за талию.

– Свалишься еще, – пояснил он, поймав мой недовольный импульс.

– И что? Прыгали и с большей высоты.

– Не в том дело. Начнешь увлекаться акробатикой, те ребята обязательно заметят.

Я глянула вниз. Площадь заполняли мелкие точки, сочащиеся энергией. Ни к чему привлекать внимание.

– Знаешь, – расстроенно известила я, изучив крышу внимательным взглядом, – тут пусто.

– Уверена? Кроме как на ратуше, искать больше негде.

– Сам поищи, – рявкнула я и схватилась за створку окна. Крыша отчаянно изображала воду, в которую бросили камешек: искажалась и шла кругами. Рядом не было ничего, лишь плоская фигурка льва на шпиле указывала вдаль лапой-стрелочкой. – Разве что можно флюгер покрутить.