Аукцион невест - Екатерина Флат

– Особенно кто последний. – Даже в таком состоянии Эделия не могла не фыркнуть в мою сторону.

– Лучшее всегда оставляют напоследок. – Я мило улыбнулась ей в ответ.

А ведь если сегодня опять Рейнар на меня раскошелился, то Эделия увидит его внимание, и всё – хана. Полная комната этих неведомых спор арантуса мне обеспечена, и это еще как минимум.

– Так, все, время не ждет, выходите. – Госпожа Рагния не дала нам всласть обменяться любезностями.

Эделия пошла первой. Конечно, с гордым видом королевы. Королевы, у которой очень чешется место пониже спины, но почесать нельзя. Мне сейчас даже ерничать в ее адрес не хотелось, аж жалко стало.

И так девушки одна за другой с определенными перерывами во времени исчезали за дверьми. Уже звучала приятная музыка – видимо, для более эффектного появления. Ну а я вовсю терзалась любопытством: с кем же мне сегодня выпадет пообщаться? Честно, я не хотела, чтобы это был Рейнар, а то сейчас могла малость придушить его по поводу запугиваний «первым прикосновением». И уж тем более не хотела, чтобы это был принц. А то мало ли, как быстро Его Неадекватность перейдет от гляделок к хваталкам. Вот Хефер – это идеальный вариант! Мы бы с ним весь вечер проболтали в свое удовольствие. Только, боюсь, на такой расклад рассчитывать не приходилось.

А в целом нас сегодня ждало выступление лучших артистов империи – как я поняла, местной певческой элиты. И это очень большое везение, что Валдор смог выклянчить хотя бы коротенький концерт. Мне, конечно, было интересно и послушать, и посмотреть на иномирских «звезд шоу-бизнеса». Да и Мэлина говорила, что, по слухам, на их выступлениях аж все слушатели плачут от восторга. Может, и вправду ждет что-то стоящее.

И вот настала моя очередь заходить. Через двустворчатые двери я попала в узкий коридор, ведущий за кулисы и оттуда прямиком на большую сцену. Ого, а зачем, интересно, это в обители? Часто кого-то приглашают выступать? Тут как раз послышался голос магистра:

– Леди Алана дэа Верт!

И я пошла вперед. В коридорчике царил полумрак, а на сцене горели магические огни так ярко, что любого выходящего могли ослепить. Вот опять местное руководство промахнулось! Наверняка все девушки, выходя, щурились, как кроты, – какое уж тут «произвести впечатление».

Но я постаралась не показать, что временно ничего не вижу. Хотя и смотреть, похоже, было не на что, зрительный зал тонул в полумраке. Почти сразу меня кто-то взял за руку. Я едва сдержала любопытное «Кто же ты, большое серое пятно?». Но, к счастью, зрение быстро восстанавливалось, хотя спускаться по лесенке в зал было жутко. Если я сейчас споткнусь и упаду, Эделия будет хохотать так, что собственным ядом подавится. А это уж точно не лучшее начало для концерта.

Но «большое серое пятно» крепко держало меня за руку, так что в зрительный зал я спустилась без проблем. И тут же зрение восстановилось.

– Опять ты? – Я чуть не взвыла.

– А ты рассчитывала на кого-то другого? – Рейнара моя реакция даже позабавила.

– Естественно. – Я и отрицать не стала.

Спешно окинула взглядом зал. Так, три сектора. По центру по два кресла в ряд – это для жриц с претендентами, почти все места уже заняты. А на небольшом расстоянии справа и слева уже просто лорды: видимо, те, кому не хватило либо денег, либо желания. И пока Рейнар вел меня на наше место, я заприметила в «холостом секторе» Хефера. Он тоже в этот момент как раз на меня посмотрел, и я радостно легонько ему помахала. Он в ответ тут же улыбнулся и сделал витиеватый плавный жест у лица – наверное, знак приветствия в его стране.

– Это еще что? – Рейнар успел засечь наши переглядывания. И кажется, они ему не понравились…

– А что? – не поняла я. – Я не имею права поприветствовать хорошего человека?

– Ты не имеешь права вообще на кого-либо внимание обращать. – Крепко держа за локоть, отчего-то разозлившийся Рейнар вел меня в самый конец ряда. – Откуда ты его знаешь? Он что, покупал тебя?

– Нет, он попал бесплатно по акции в сезон распродаж, – не удержалась я, но, не дожидаясь недоумения незнакомым словам, продолжила: – Мы с ним просто случайно встретились в саду и побеседовали. Знаешь, очень приятно в кои-то веки встретить адекватного вежливого мужчину, который не мнит себя пупом земли, в отличие от некоторых.

– Алана, хватит меня злить. – Рейнар пропустил меня вперед на свободное кресло.

– Я еще даже не начинала. – Присев, я лучезарно улыбнулась ему в ответ.

– Чувствую, вечерок будет тот еще. – Рейнар присел рядом и тут же взял меня за руку, словно опасался, что сбегу.

– Я вообще-то в твое общество и не напрашивалась, давно бы уже выбрал себе какую-нибудь другую, – хмуро парировала я. – Тем более раз есть еще подходящие по магии.

– Да? А ты именно этого хочешь? Чтобы я отошел в сторону и не мешал остальным тебя покупать? Тому же принцу Хеферу? – Его почему-то это злило. И явно еще больше злил тот факт, что он сам не понимал причин такой своей реакции.

Но Валдор прервал нашу перепалку, громогласно объявив со сцены:

– Пусть сегодняшний вечер изначально предполагался другим, но из-за непредвиденных обстоятельств пришлось немного изменить планы. Однако я гарантирую, что обещанное состоится, но чуть позже, через пару дней. А зато сегодня всем нам посчастливится насладиться выступлением прославленных придворных исполнителей! Приветствуем!

В зале стало еще темнее, да и на сцене магические огни приглушили свой свет, едва магистр ретировался. Музыка зазвучала громче, причем вполне приятная. Пока я мысленно пыталась различить, какие именно инструменты играют и есть ли тут подобные земным, вышла первая исполнительница. Величавая дама в пышном платье и с высокой прической, вот-вот готовой накрениться, принялась петь. Ну не знаю, может, по местным меркам это и считалось гениальным…

– Это так и должно быть, да? – шепотом спросила я у Рейнара.

Он каким-то неведомым образом понял мое невысказанное недоумение по поводу прокуренного голоса, непопадания в ритм и мелодии вообще.

– Ну как тебе сказать. Это Ларали дэа Ритт, родственница императора. Считает себя великой певицей, и так вынуждены считать все при дворе, учитывая, что ее талант сживать со свету неугодных уж точно куда более выдающийся, чем певческий.

– То есть все прекрасно, улыбаемся и машем. – Я не удержалась от усмешки.

– Кому ты там опять махать собралась? – Рейнар, конечно, смысла крылатой фразы не понял.

– Это просто выражение такое, нечего сверлить меня лютым взглядом. – Я не стала раздувать очередную перепалку.

Попыталась послушать песню, вдруг там слова с сакральным смыслом. Дама пела, обращаясь по сюжету песни к неведомому «златокудрому возлюбленному», которого она ждет среди ночи в беседке в саду. Мол, «приходи, милый друг, мой поцелуй на устах ты увидишь во снах». Ага, кошмарных. Учитывая, каким хриплым голосом и насколько фальшиво это исполнялось, бедного возлюбленного заранее было жаль. И очень хотелось ему посоветовать мчаться в противоположную сторону, сверкая пятками и «златыми кудрями».