Обрученная - Купава Огинская

Вэйд оказался прав, после ужина времени уже ни на что не было. Огромный дядька с рыжей бородой и цепким взглядом нагрянул как раз в самый разгар чаепития, когда Ганэш со скучающим видом выслушивал последние наставления относительно моей персоны.

С минуту входная дверь нервно вздрагивала под ударами огромных кулаков, пока Вэйд собственноручно ее не открыл.

– Время, – пробасила эта громадина раскатистым, густым басом, забирая мою защиту и опору, и оставив в утешение недоинструктированного Гарса. Неравноценная замена, оспорить которую мне было не суждено.

И так грустно сделалось, стоило только закрыться двери за Вэйдом, очень беспокойно и тоскливо. И стало только тоскливее, когда Гарс, приобняв меня за плечи, бодро поинтересовался:

– Ну что, беда ходячая, чем будешь развлекать гостя?

– Я бы тебе отдохнуть посоветовала. Ночью наразвлекаешься, когда меня ловить будешь по всему городу.

Он мне как будто не поверил и не ленился доставать весь вечер, попеременно приставая то ко мне, то к хмурой Джайе, которую не так отъезд дяди опечалил, как присутствие в доме отравителя.

Возможно, знай Гарс, как весело, а главное незаметно, я могу из дома ушагать, благословляя всех направо и налево, не стал бы вести себя так беспечно. Но предостережениям Вэйда Гарс не внял… и очень зря.

Потому что, будь он хоть чуточку ответственнее, я бы вряд ли проснулась на улице, почти в объятиях какого-то паренька, обряженного в форму городской стражи, под хриплые вопли Гарса:

– Крепче ее держи! Крепче!

– Вы нарушили комендантский час! – рявкнул второй стражник, чуть постарше, с тремя тонкими полосами на груди, вышитыми красной нитью по серой ткани формы. У того, что держал меня, полосок было пять, а значит, звание его было ниже, чем у громогласного бородача.

– А то я не знаю, – огрызнулся Гарс, приближаясь к нам. Запыхавшийся, растрепанный, в помятой и расстегнутой на три пуговицы рубашке, он совсем не был похож на важную шишку. Не соответствовал его внешний вид властному поведению, – все, девочку можешь отпускать.

– Отпускать? – возмутился бородатый. – Вы арестова…

– Ну это вряд ли, – небрежно перебил его Гарс, – девочку отпустите и можете отправляться по своим делам. Патрулируйте улицы на благо города.

– Ганэш, тебя кто учил так с представителями закона разговаривать? – негромко возмутилась я, полуобернувшись к нему. Парень продолжал крепко держать меня за плечи, а я как-то не горела желанием рыпаться.

– Сэл, лучше спроси у них, кто им разрешил так разговаривать с главой департамента военных дел? – раздраженно посоветовал он. Стражники не успели даже мяукнуть, а Гарс угрожающе понизил голос, проникновенно спросив у бородатого: – Самоубийственное желание попасть в мою лабораторию толкает на глупые поступки?

– Вы…

– Я вторую неделю жду, когда мне пришлют выписанных смертников на опыты. И, признаться, уже устал ждать. Два смертельных яда и парализующий газ до сих пор не протестированы, а ведь это мои лучшие разработки в этом году.

Бородатый спал с лица, то ли проникся услышанным, то ли (что более вероятно) разглядел-таки, кто перед ним стоит (красные капли на форменном кителе все же были достаточно хорошо различимы в тусклом, искусственном свете фонарей), и быстро пошел на попятную:

– Приношу свои извинения, мы просто выполняем свою работу.

– Отпусти, наконец, девчонку, и проваливайте, – велел Гарс, не желая слушать сбивчивые оправдания.

– Пусти ее, – тут же последовал нервный приказ, и парень быстро разжал руки. Даже отступил от меня, слабо улыбнувшись.

Пока стражники улепетывали, старательно делая вид, что быстрая ходьба – естественный способ их перемещения во время патрулирования, мы стояли под фонарем, там, где меня и поймали, пока стражники не скрылись за поворотом.