Черные руны судьбы - Дмитрий Казаков

Эрвин путешествовал с обозом третий день, и постоянно, каждый вечер убеждал себя, что обязательно бросит это собрание богохульников и пойдет дальше пешком. Наступало утро, Аксинь, ухмыляясь, приглашал юношу на телегу, и тот не находил сил отказаться.

Слушал байки старика, посвященные не только Вечному, а и Сияющему Орлу, и герцогу Фавильскому, и королю Тегары, и про себя молился изо всех сил. Себе просил стойкости, а возчику – прощения, ведь тот, несмотря на склонность к еретическим речам, был человеком неплохим.

О Корделии забыть по-прежнему не удавалось, и каждое воспоминание о ней ранило сердце. Иногда становилось так тяжело, что хоть спрыгивай с телеги, и беги обратно в Кардифр, и тогда он начинал извлекать из памяти все, когда-либо прочитанное в монастырской библиотеке.

Священные тексты и толкования к ним, бестиарии, хроники людей и нелюдей, описания дальних земель, сделанные путешественниками…

– Совсем в ученость свою окунулся, – говорил Аксинь в таких случаях, и предлагал юноше бутыль с настойкой.

В очередной раз рыжая дочка лекаря пришла Эрвину на ум сегодня утром, да так, что в груди все запылало. Он лег на мешки, накинув капюшон рясы на голову, чтобы ничего не видеть и не слышать, и принялся за Часослов, самую подробную и скучную из священных книг.

Когда телега остановилась, и раздался топот копыт, он не обратил на это внимания. Только когда Аксинь потряс юношу за плечо, тот неохотно оторвался от своего занятия.

– Что, помилуй Вечный? – спросил он, откидывая капюшон.

Обоз стоял, а мимо телег потоком шли войска – отряды мечников с тяжелыми щитами, стрелки в легких кольчугах, скакали всадники с гербами на щитах, проносились взмыленные гонцы.

– Вот оно, войско наше, – сказал Аксинь, – молодец к молодцу, где-то и герцог тут, говорят… А еще болтают, что и враг неподалеку, что прямо сегодня мы с ним и сойдемся.

Эрвин недоуменно завертел головой.

Протопал отряд варваров-союзников из тех, что обитают за Черными горами, полуголых, лохматых и свирепых, с ритуальными шрамами на щеках, и потянулись фургоны, чьи тенты были ярко раскрашены, а на козлах сидели в основном ярко одетые женщины.

– Это кто? – спросил юноша.

– Маркитантки, – ответил Аксинь. – Без них ни одно войско не обходится.

– Эй, красавчик! – крикнула женщина с того фургона, что как раз проезжал мимо, грудастая и полная, в чепце с оборками. – Чего ты скучаешь рядом с этим стариканом!? Иди ко мне, у меня не заскучаешь! Вспотеешь маленько, но не заскучаешь, дело точное!

Маркитантки с других фургонов захохотали, а Эрвин понял, что краснеет, поспешно отвел взгляд.

– Э, а лучше меня возьми, я еще тот молодец! – воскликнул Аксинь, размахивая шляпой с пером.

– Ты из тех молодцов, что годятся для овцов, – отозвалась другая маркитантка, помоложе и постройнее, с кривой ухмылкой на лошадиной физиономии. – Не прикрывай красавчика, дядя!

Фургоны прокатили мимо, но не успел Эрвин опомниться, как рядом с телегами появилась группа всадников.

– Так, это что тут!? – рявкнул один из них, горбоносый и смуглый, в бацинете с наносником.

– Обоз из Кардифра, ваша милость, – поспешно ответил командир охраны. – Кристаллы магические, наконечники для стрел из запасов городского гарнизона.

– Сам герцог, – прошептал Аксинь, склонившись к уху юноши.

– Так и чего он тут тогда торчит, словно пробка в заднице, дорогу затыкает? – прорычал правитель Фавилы. – Гоните телеги вон на тот холм, там сенешаль ре Таллер знает, что с вами делать.

И, нахлестнув лошадь, он поехал вдоль ряда телег.

Следом двинулась свита – пятеро охранников, двое мужчин надменного вида в «белом» доспехе с добавкой мифрила, знаменосец с малым герцогским прапором, на котором свивал кольца черный дракон, трое гонцов едва ли старше Эрвина и, похоже, придворный маг, пожилой, в скромной одежде, и вообще без оружия.

– Так, а это еще кто? – спросил герцог, останавливаясь рядом с телегой Аксиня. – Родился и вырос, пока вы тащились от этого засранного Кардифра?

Глядел он при этом на Эрвина, и в пронзительных черных глазах правителя крылась угроза.

– Послушник я, могучий господин, – сказал юноша, складывая руки перед грудью и отвешивая поклон.

Маг неожиданно пришпорил коня и, оказавшись рядом с герцогом, зашептал тому на ухо. Эрвин ощутил, как по спине побежал холодок – а вдруг хозяин Фавилы так же не любит тех, кто поклоняется Вечному, как тот стражник из Кардифра, и прикажет казнить выходца с гор?

– Послушник, значит, – герцог почесал подбородок. – Тогда пригодишься, чтобы помогать лекарям, так что, как вы до того холма доберетесь, не медля, отправляйся к их палаткам.

– А я проверю этот приказ повелителя, – медовым голосом добавил маг.

– Да-да, господин, – Эрвин поклонился вновь, думая, что надо было покинуть обоз еще вчера.

Зашлепали по дорожной грязи копыта, звук этот начал удаляться, и Аксинь горячо зашептал, брызжа слюной:

– Ох, не к добру это, сам Мархат Змей в Глазу, столичный чародей, на тебя внимание обратил. Говорят, что он из живых людей, из тех, что герцогу не угодили, всяких страховидлов жутких творит.

– А что же делать? – спросил Эрвин, вытирая со лба выступивший от страха пот. – Бежать, помилуй меня Вечный?

– Нет, найдут… обождать надо, – возница щелкнул поводьями, и телега вслед за остальными двинулась с места. – Сегодня точно не шевелись, а завтра он, может и забудет.

Миновали вставшие кружком маркитантские фургоны, и въехали в пределы воинского лагеря.

Дымили костры, рядом с ними сидели и лежали люди, кто чинил снаряжение, кто пил и орал песни, кто варил что-то в котелке. Со всех сторон доносились приказы, смех, окрики и ругательства, воняло навозом и гнилой кожей. Под охраной паслись стреноженные лошади, шатры из ярких тканей отмечали места, где расположились командиры.

От фургонов маркитанток тащили булькающие бурдюки, двое варваров мутузили друг друга, а зрители поддерживали их бодрыми воплями. На краю рва, который прямо сейчас продолжали удлинять, сидели доблестные вояки со спущенными штанами, и оживленно болтали.

Создавалось впечатление, что он попал на огромную, густо населенную свалку.

– И это войско? – спросил Эрвин. – Я думал, там порядок, дисциплина…

– Э, да где же ты такое видал? – Аксинь усмехнулся. – Такое только в сказке, на самом-то деле… Рассказывают, что когда тегарцы в прошлый раз к нам пришли, герцог велел…

Но Эрвин не слушал очередную байку старого возчика, он вертел головой, чтобы увидеть как можно больше: аккуратные палатки гвардейцев, рядом с которыми стояли часовые; ставку герцога, где меж прочих шатров выделялся один, розово-лиловый, как небо за закате, а над ним реял огромный флаг; катапульту, влекомую упряжкой из полудюжины могучих быков.