Лед и алмаз - Роман Глушков

Куда большее неудобство нам причинял не отказавший радар, а перепад давления, давший о себе знать резкой заложенностью в ушах. Мы катились вверх по пологому склону, но при этом чувствовали себя будто во взлетающем самолёте. Что было крайне нетипично. Но опять-таки не слишком удивительно. Скорее всего, виной тому была перемена погоды, что чувствовалось особенно остро при подъёме в гору. Иных объяснений данному явлению я не находил.

Но если с выходом из строя компьютера и скачками атмосферного давления всё было в принципе ясно, то поведение Хрякова действительно повергло меня в недоумение.

Я ошибся в прогнозе: чистильщики добрались до нашей магистрали гораздо раньше, чем ожидалось. Мы не отмахали и половину пути, когда «Ларга» и «Альбатрос» подкатили к его началу и…

Остановились!

Я не поверил своим глазам — это не укладывалось ни в какие рамки. Рвани Грободел вслед за нами, и через пару-тройку минут мы растеряем всё преимущество, какое у него отвоевали. К тому же подстрелить нас на узкой дороге значительно легче, чем когда мы метались и прыгали по снежным дюнам.

Точно! Ублюдки затем и остановились, чтобы получше прицелиться! В этом жёлобе мы для них — будто движущаяся мишень в тире. Надо лишь занять хорошую, устойчивую позицию, поймать нас на мушку, взять нужное упреждение и спустить курок. А потом бац!… ну, или в крайнем случае бац! бац! бац! — и приз за меткую стрельбу у Хрякова в кармане!

Вот только никаких: «бац!», позади нас не раздаётся. Пулемёты и орудия «Ларги» направлены на нас, но ни одна очередь не ударила нам вслед. И как вы объясните такую странность? Тоже спишете её на грядущую непогоду? Что ж, валяйте, если вы, в отличие от меня, и впрямь видите в этом логическую взаимосвязь.

А впрочем, забудьте. Не нужно ничего объяснять. Разгадка этой тайны не заставила себя ждать и свалилась на нас как снег на голову, спустя считаные секунды… Или нет — ещё неожиданнее! Всё-таки падения снега на наши головы мы давно ожидали. А вот о том, какую ошибку допустили, свернув на берег, узнали лишь сейчас. И то с чужой подсказки, поскольку своим умом мы с Жориком до такой разгадки вряд ли дошли бы.

— О, нет! — вскричал лежащий на полу Свистунов, после чего уселся на колени так резко, будто обнаружил под собой скорпиона. — Идиоты! Что вы наделали?! Назад! Быстро назад! Возможно, ещё не поздно!…

Тиберий смотрел вытаращенными от ужаса глазами не на нас, а на дисплей «Доки». Что конкретно там было отображено, мы не видели. Но по количеству мерцающих на экране красных всполохов становилось понятно, что мини-комп доктора сигнализирует ему о какой-то тревоге.

— Не поздно для чего? — Я не собирался останавливаться, когда мы и так являли собой отличную мишень. А тем паче не желал идти на попятную прямо в лапы чистильщиков.

— Для всего! — Руки Свистунова заходили ходуном, а сам он начал суматошно озираться по сторонам в поисках пока неведомой нам с Жориком угрозы. — Да стойте же вы, наконец! Ведь это же… это же… «Лестница в небо», разрази вас гром!

Пропади всё пропадом! Услыхав это, я аж поперхнулся. И, кабы не сидел пристёгнутым к креслу, точно плюхнулся бы от такой сногсшибательной новости на задницу. И проложенная в снегу магистраль, и сбой бортового навигатора, и заложенные уши, и охватившая преследователей странная нерешительность… Всё это вмиг сложилось передо мной в единую картину. И даже название у этой картины имелось. Весьма романтическое:

«Лестница в небо»!

И пусть название это соответствовало истине, на небо меня и моих товарищей эта лестница привести точно не могла. Ну, разве что совсем ненадолго. И лишь затем, чтобы сбросить нас — грешников, — с тех горних высей прямиком в Ад.

— Стой! — крикнул я Жорику, позабыв не только о Грободеле, но и вообще обо всём на свете. Прятки, погони, перестрелки… Елки-палки, какой же мелочной суетой кажется всё это на фоне беды, в которую мы только что по моей милости влипли! — Разворачивайся! И гони обратно что есть духу! Может быть!…

«…ещё не всё пропало» — хотел я договорить. Но увы — всё пропало до того, как я успел это произнести.

Каким образом пропало? Странный вопрос. А как обычно пропадает что-либо на нашей планете? Просто берёт и исчезает, либо временно, либо насовсем. Что в равной степени относится и к людям. Вот только пропадаем мы в Пятизонье чаще всего с концами — такие уж тут порядки. И за их соблюдением Зона следит строже, чем самая суровая воспитательница из института благородных девиц…