Черный корректор - Павел Мешков

– Кун-чулла, Хут-маро, Ши-кона, Хут-кона!..

Предметы, разложенные на камне перед Александром, плясали адскую джигу, но мест своих не покидали. Солнце померкло, превратившись в тусклую монетку, а курган накрыла сизая мгла…

– Чуно-ра, Кино-ла!.. Ку-маро, Ши-канно!..

По склону вверх пронесся порыв горячего ветра, нестерпимо запахло полынью пополам с озоном, и вокруг вершины кургана начал раскручиваться гигантский смерч. Центром его являлись идолы, а граница проходила чуть ли не по пяткам Александра. Плащ на спине как будто теребили и дергали чьи-то руки, но он боялся отвлечься от книги и упорно читал:

– Маро-кан, Ко-урра!.. Ри-ши-ра, Ку-маро!..

Где-то внутри кургана, перекрывая ритмическую дрожь почвы и сбивая Александра с ритма чтения заклинания, начал бить исполинский барабан…

– Чулла-хут, Хут-денна!.. Чада-рон, Сиз-мара!..

Страшный удар потряс холм, и боковым зрением Александр с содроганием заметил, что грунт склона по бокам от его камня сполз куда-то или провалился, обнажив глубокую пропасть. Александр попытался убедить себя в том, что происходящее вообще невозможно, оторвался от книги и взглянул на идолов. Они как будто ждали этого. Со скрежетом все три истукана разом наклонились и шагнули вперед. Быстро заглянув в книгу, он воздел правую руку в зенит, к маленькому тусклому солнцу, а левую протянул в сторону шагающих к нему фигур и закричал:

– Хали дэв!!! Джаханнам!!!

С пальцев левой руки плеснуло ярко-желтым солнечным огнем, ударило в идолов, сплавило их, как воск, скрутило…

И наступила мертвая тишина. Казалось, остановилось само Время. Александр стоял на коленях на камне, окруженном пропастью, и лишь полоска земли соединяла его с вздымающейся перед ним закрученной спиралью скалой – тем, что осталось от идолов.

Александр посмотрел на окружающую его плотную серую мглу, на узкую, в ладонь, дорожку к скале и подумал, что, вероятно, вот так оно и выглядит – безумие. Он вновь наклонился к книге и продолжил чтение заклинания, но теперь его голос не просил. Он звал, приказывал:

– Сиз-марра, Кун-чулла!.. Чулла-хут, Ме-соммат!..

Едва слова сорвались с губ, как мгла вокруг взвыла в тысячу глоток, резко упала температура, откуда-то сверху посыпались крупные снежинки, ударил порыв горячего ветра, мгновенно испарил снег и принес нестерпимую жару.

Песок скрипел на зубах Александра, в уголках рта пузырилась пена, и он почти кричал, пытаясь перекрыть какофонию адского оркестра:

– Хут-денна!.. Ши-канно!.. Хо-марро!.. Ко-урра!..

Полоска земли между скалой и камнем рухнула в пропасть, и Александр, зажмурившись, выкрикнул:

– Ме-соммат!!! Хали дэв!!! Джаханнам!!!

Сверху обрушился солнечный свет, и курган в один миг принял прежний вид. О том, что здесь происходило, теперь напоминала только туго скрученная спиралью скала на лысине кургана. По мере того как стихал ветер, а грохот адских барабанов уходил куда-то в глубину Земли, глаза Александра наливались бешенством. Он поверил!.. Не почти поверил, а поверил!.. Ну и на что ему эта скала? Если, конечно, и она не призрак…

Александр вскочил на ноги и топнул по камню ногой:

– Твою мать! Чтоб тебя … перевернуло и …!!!

Из безоблачного неба в скалу ударила молния.

С оглушительным грохотом монолит раскололся надвое, и вверх взметнулись пламя и черный дым. Дым клубился, уплотнялся, и вот уже над курганом возникла огромная, согнутая в глубоком поклоне черная фигура.

– Ну ни фига себе! – неожиданно спокойно пробормотал Александр. – Джинн, что ли?..

Существо, сотворенное из дыма и огня, приподняло плоскую голову, и на Александра глянул единственный, полыхающий багровым пламенем глаз.

– Дракон?.. – засомневался Александр и громко спросил:

– Кто ты?!

Открылась пасть, усаженная кривыми клыками:

– Я Хали-дэв, проклятый сын Бека-дэва! О вызвавший меня из Царства Теней! Слушаю и повинуюсь!

Дэв нависал подобно готовому рухнуть скальному козырьку, а Александр критически рассматривал клубящееся создание. В глазах Александра не было и тени страха, и весь его вид указывал на то, что он доволен своей, теперь уже исполненной работой.

– О Хали-дэв! Что ты можешь?!

– Господин мой! Я могу построить город и разрушить город! Построить…

– Хватит! – оборвал дэва Александр и сбросил плащ и колпак с головы. – Хватит валять дурака! Не для того я перся из Москвы в такую даль, чтобы слушать этот бред!

Дэв рывком приблизил уродливую голову вплотную к Александру, обнажил зубы в жуткой улыбке и вперился в него глазом. Без колебаний Александр протянул руку к морде адского создания, почесал ему подбородок, как котенку, и щелкнул пальцем в нос. Дэв отпрянул, захохотал, взорвался черным дымом и со свистом втянулся в трещину скалы. Скала захлопнулась, съежилась и провалилась под землю…

– А поговорить?.. – пожал плечами Александр, смахнул пот со лба и принялся укладывать в сумку уже ненужный реквизит. Он намеревался перевалить через курган и часть пути, до встречи с Михаилом, пройти пешком. Оно, конечно, жарковато для прогулок, но уж очень хотелось пройтись, поглазеть по сторонам и ни о чем не думать…

– Привет! – вдруг послышалось со стороны геодезической вышки.

– Здравствуйте! – осторожно ответил на приветствие Александр и выжидающе посмотрел на поднимающегося на ноги мужчину. – А где дракон?

– По большому счету, каждый из нас дракон. А с кровью это вы здорово придумали! – Собеседник Александра указал на почти черную полосу, протянувшуюся по каменной плите. – Датчики моментально сработали, и сигнал прошел… А чего это вы потом принялись вытворять? Я и сделать-то ничего не успел – древняя программа контакта запустилась автоматически. А зачем вы потом… валяли дурака?

Александр улыбнулся:

– Я входной пароль не знал. А кстати, какой он?

– Да подпрыгнули бы два-три раза на камне. И незачем было в такую даль ехать. Рядом с Москвой есть несколько Ворот.

Он сделал шаг вперед и протянул руку:

– Мое имя Эрнер. Я здесь куратор. А вы…

– Александр.

– Ага! У вас, случайно, Александр, фанты в сумке нет? Маринованных помидоров уж наверняка нет…

– Я вижу, вы уже пошарили у меня в вещах! – усмехнулся Александр.

– Не обижайтесь! Работа такая. Пойдемте ко мне? Поговорим…

Дядя Миша доставил на фазенду дядю Сашу часа в четыре после полудня, еще жара спадать не начала. От переправы на лодке через Яманишку дядя Саша отказался, в надежде искупаться, переплывая эту «могучую» реку.

– Смотри! – честно предупредил его дядя Миша. – Пешком пойдешь!