Игры викингов - Александр Мазин

Четыре больших драккара. У самого мелкого на десяток румов больше, чем на «Слейпнире». Появились из-за мыса и двинулись прямо к ним. – Харальд-конунг! – мгновенно опознал корабли ярл. – Беда!

Санёк не понял, почему – беда. Насколько он знал, конунг – это, типа, «закон и порядок».

– Что он здесь делает? – заорал Грейпюр. – Это не его земля!

– Скоро ты у него самого спросишь, – ехидно отозвался Лысина.

– А я и так могу сказать, что он тут делает: нас ждет! – заявил Келль. – Зря мы страндхуг на его землях брали.

– А зачем он на нас своих волкоголовых натравил? – возмутился Грейпюр.

– Что будем делать, ярл? – спросил Кетильфаст. – Ложимся в дрейф и ждем своей судьбы?

– Лично я ждать не буду! – крикнул Грейпюр. – Я буду драться!

– Думаешь, он нас убьет, ярл? – спросил Келль.

– Если он решил нас ограбить, то в живых точно не оставит, – спокойно произнес Хрогнир. – Подумай сам: если ярлы узнают, что конунг меня ограбил, да за такую малость, как страндхуг, а перед этим еще и наслал на меня волков Одина, то что они сделают?

– Не спустят, – кивнул Келль. – Этак он всех ярлов поодиночке загубит. Все это понимают.

– Ярл, что делать? – напомнил о себе Кетильфаст.

– К берегу, кормчий. Поворачивай к берегу.

– Там сплошные скалы, – возразил Кетильфаст. – Сам посмотри. И прибой сильный. Разобьем корабль!

– Пусть так, – очень спокойно произнес Хрогнир. – Я не отдам «Слейпнир» Харальду. Правь к берегу, кормчий!

– Уверен?

– А что мы еще можем?

– Мы можем драться, ярл! – закричали одновременно Грейпюр и Медвежья Лапа.

– Нет! – жестко произнес Хрогнир. – Драться мы не можем. У конунга – четыре больших драккара и на каждом – полная сотня воинов. Нас шестнадцать против четырехсот. Мы не сможем драться. Мы можем только умереть!

– С каких пор ты боишься смерти, Хрогнир-ярл? – закричал Грейпюр.

– Я – не боюсь. Но не хочу умирать глупо. А это будет глупая смерть, если все, что мы добыли железом и кровью, достанется Харальду. Этому не бывать! К берегу, Кетильфаст! И мы узнаем, любят ли нас боги! Я решил! Поворачивай к берегу!

– Ты – ярл. Ты приказываешь, – неохотно проговорил Кетильфаст, перекладывая руль. – Правый борт! Загребай! – гаркнул он, и драккар начал разворот.– Ты – ярл, я клялся тебе в верности, – совсем тихо произнес кормчий. – Но Тор свидетель: я предпочел бы умереть в бою, а не расшибить голову о прибрежные камни.

– Ты ее сохранишь, Кетильфаст! – крикнул Хрогнир. – Я верю в твое умение, верю в «Слейпнир» и… Один, услышь меня! Я верю, что время нашей славы еще впереди!

«Да будет так, – подумал Санёк, изо всех сил навалившись на тяжелое весло. – Время пашей славы еще впереди!»

Это хорошо, что Хрогнир не поддался обычному бесстрашию викинга и не бросился в безнадежный бой. Теперь у них есть шанс… Крохотный, но есть.

В крайнем случае Санёк может воспользоваться эвакуатором. Солнце стоит высоко. Вполне можно успеть, даже если они сядут на скалы.

Когда драккар пару раз приподняло на бурунах, а потом несильно приложило о камни, Санёк понял: берег совсем близко. Намного ближе, чем четыре корабля Харальда-конунга. Санёк отлично видел их все. И напряженное лицо Кетильфаста, который в одиночку – ярл занял свое место на среднем руме левого борта – удерживал драккар, уводя от подводных и надводных камней.

– Правый борт! Втянуть весла! – закричал Кетильфаст.

Санёк, быстро перебирая руками, втянул весло через кожаный рукав, и успел вовремя: здоровенная скала прошла в полутора метрах от борта драккара.

– Мель впереди! – заорал дренг на носу.

– Правый загребай!

Санёк услышал, как киль со скрипом прошелся по дну, но корабль не сел, а, развернувшись градусов на тридцать, с хрустом впечатался скулой в камень. Обшивка выдержала, но драккар занесло и приложило еще раз, другим бортом, ближе к корме. Санёк оглянулся и увидел, как Медвежья Лапа изо всех сил упирается веслом в здоровенную скалу, весло опасно гнется…