Дворец из камня - Шеннон Хейл

Когда гора задрожала,

Словно от толчка локтем,

Она подала сигнал: что-то неладно.

Люди проснулись и поняли,

Да, поняли, что пришли бандиты.

Из кладовой вырвались трое вооруженных мужчин, у каждого в руках были мушкеты и пистолеты и еще по пистолету за поясом. Действовали они быстро. Бородач схватил Бритту. Второй двинулся к Стеффану и королю. Фрид стояла рядом, она-то и нанесла первый удар — кулаком в лицо. Нападавший упал на спину, а его пистолет выстрелил в потолок. Фрид, Стеффан и Петер бросились к Бритте.

Тогда третий мужчина крикнул:

— Стоять, или стреляю!

Все замерли. Бородач приставил пистолет к виску Бритты.

— Выслушай нас, бесславный король, — произнес он. — Выслушай, иначе принцесса-мошенница умрет! Смерть всем, кто затаптывает босоногих в грязь. Пришло время народу взять власть!

Он продолжал орать, спеша поделиться своими идеями о новой эре, наступающей в королевстве. Его слушали захваченные в плен люди. Девушка, которой он угрожал пистолетом, дрожала. Под пистолетными дулами компания королевских особ была бессильна что-то сделать, им оставалось только слушать. Оратор был явно одним из босоногих аслендцев, а не убийцей из Риламарка.

Бритта не заплакала, просто обреченно склонила голову.

— Урезоньте их, — прошептала Мири королю, — прошу вас. Если бы им была нужна только кровь, они бы сразу ее застрелили. Возможно, им хочется просто выговориться.

— Они не станут меня слушать. — Король взмахнул рукой. — В жизни не сталкивался с такой ненавистью.

Королева кивнула, прижав руку к животу.

Мири нахмурилась. Легко предположить, что такие люди ненавидят королевских особ. Король говорил с уверенностью. А затем Стеффан взволнованно проговорил:

— Он сейчас ее застрелит. Без всяких угрызений. Он… нет, пожалуйста…

Стеффан уже не мог остановиться. Он потянулся к Бритте и бородачу, но второй из нападавших пришел в себя после удара и, преградив ему путь, ударил Стеффана прикладом мушкета. Принц упал. Бунтарь придавил его к полу и приставил мушкет к шее.

Бритта дернулась, словно хотела кинуться к нему, но бородач крепко держал ее, продолжая разглагольствовать. Она вцепилась ему в руки, но из-за слабости не смогла отвести их от себя. Девушка устремила взгляд вверх, губы ее дрожали, она словно готовилась к той секунде, когда душа покинет тело и воспарит к небесам. Потом Бритта закрыла глаза. Бородач на секунду умолк, раздался громкий щелчок взведенного курка.

«Нет», — машинально произнесла Мири на языке горы.

Ее охватило некое яростное, определенное, мощное чувство. Никаких особых воспоминаний передавать через линдер не пришлось. Достаточно было одного слова. Линдер с горы Эскель понимал «нет». Она почувствовала под ногами слабое колебание и вспомнила отчаянный призыв Эсы из дворцовой библиотеки и то, как вибрировал тогда камень.

Все, кто был родом с горы Эскель, посмотрели на Мири, уловив ее мысль. Бородач все еще не закончил свою речь. Его палец подрагивал на пистолетном курке. Теперь Мири не сомневалась, что он убьет Бритту. Когда-то она сама оказалась во власти такого человека, бандита, захотевшего ее убить. На помощь ей пришел отец, огромный и сильный. На отца Бритты надеяться не приходилось.

«Ничего, — подумала Мири, — Бритта теперь одна из нас. Мы ее служительницы».

Мири вспомнила, как они стали служительницами, и это воспоминание передалось всем девушкам. Они повернулись к Мири, понимая ее и подходя ближе. Они служительницы Бритты. Они должны быть рядом.

Все подошли, кроме Лианы, которая по-прежнему пряталась за диваном. Хотя они все разделили воспоминание, Лиану, должно быть, охватили совсем другие чувства. Она не испытывала привязанности к Бритте, лишь горечь, что не ее избрали принцессой.

«Совсем как Сисела», — подумала Мири.

А бородач продолжал кричать. Мири мысленно передала всем воспоминание о той страшной зимней ночи, когда в академию пришли бандиты. Она стояла тогда у окна, смотрела на далекую деревню и надеялась: семьи поймут, что девушкам грозит опасность, и придут на помощь. Этим воспоминанием она хотела сказать: «Когда случается беда, жители горы Эскель слышат».

А потом она заговорила вслух:

— Мы, жители горы Эскель… — Во рту у нее пересохло, она сглотнула и заговорила снова: — Мы, эскелиты, хотим что-то сказать.

Бородач никак не отреагировал, продолжая твердить свое, поэтому она повторила эти слова гораздо громче. Бородач притих.

— Девушки хотят получить возможность высказаться, перед тем как свершится справедливость. Мы были избраны оракулами для учебы в священной академии. Мы приняли Бритту, не зная, кто она. Мы хотим говорить.

Бородач кивнул, а тот, что стоял рядом, прорычал:

— Выскажись, сестренка.

— Не стреляйте пока. Для начала дайте нам возможность изложить наше дело.

— Расскажи о преступлениях принцессы-самозванки, — предложил бородач. — Мы устроим ей суд здесь и сейчас.

Мири прерывисто вздохнула. Если она произнесет неверные слова, Бритту застрелят. И королевскую семью заодно, и ее саму в придачу. Если она расскажет мятежникам, что Бритта добрая, терпеливая и любящая, будет ли этого достаточно?