Хозяйка усадьбы, или Графиня поневоле - Кира Рамис

– Алексей Аркадьевич, соблюдайте приличия, побегали и хватит! Или мне придётся указать вам на дверь!

– Вам не нравится мой подарок? – судья услышал мои слова. – Я готов заложить своё имение, осыпать вас золотом, только бы услышать заветное «да».

– Да поймите же, вдова я! И стала ей лишь на прошлой неделе! Приходите через полгода, траур у меня! Я разве давала повод к ухаживанию?

– Давали! – неожиданно ответил тот, усаживаясь в кресло. – Не вы ли смотрели на меня умоляющим взглядом там за столом, прося помощи в деле с Федейцевым? – нагло заявил воздыхатель.

– Вам показалось, господин судья, – сухо ответила, а то так можно всё что угодно под невинный взгляд подогнать.

– Я вас услышал и очень рад, что не отказали вашему верному слуге, – он встал и поклонился. – Разрешите руку поцеловать?

Повторно бегать вокруг стола было бы странно, тем более мужчина убрал украшение в карман.

Поцеловав мою руку, судья направился к двери, но неожиданно повернулся и произнёс:

– Насчёт жалоб можете быть спокойны, считайте, что их уже нет.

И быстро вышел за дверь, я не успела возразить, так и осталась стоять с открытым ртом.

Через минуту послышался скрип колёс, ржание лошадей, карета уезжала в темноту, я выдохнула и порадовалась, что судья не остался на ужин.

Потирая виски пальцами, прислушалась к звукам на улице. Где-то ревел медведь. Завтра непременно спрошу охотников, стоит ли опасаться приближения зверей ночью к поместью? И только потом пришла мысль: а как же судья не боится ехать в ночи? Хотя мы ехали, никто не напал, не считая разбойников.

Ужин, как ни странно, проходил в домашней и даже душевной обстановке. Трапезничали в маленькой компании: я, Теодор, фрау Марта и Настенька. Сын после вечерней сказки, которая ему, скорее всего, в этом возрасте и не нужна, но мне очень захотелось рассказать одну из них, спал. Первой на ум пришла «Курочка ряба». Няня слушала и удивлялась, что первый раз слышит такую прелесть. Пришлось врать, что сочинила на ходу.

– Теодор, как себя чувствует Василий? – отодвинув от себя суповую тарелку, посмотрела на зверя. Служанка, что стояла за спиной, тут же поменяла блюдо.

– Когда я уходил, он мирно спал, – ответил Теодор, отпивая из кружки ароматный липовый чай.

– Настенька, душа моя, хватит клевать в тарелку носом. Идём спать. Госпожа, разрешите вас покинуть? – фрау Марта аккуратно вытерла губы белоснежной салфеткой, поднялась и помогла выйти из-за стола своей подопечной.

– Приятных снов, – пожелала девочке, та в ответ присела в реверансе и пожелала спокойной ночи. – Луи бесподобно готовит, Теодор, – мне не хотелось спать, поэтому решила немного поболтать со своим фамильяром, но не получилось.

Двери неожиданно распахнулись, невозмутимый дворецкий произнёс:

– Господин Колокольников Алексей Аркадьевич, судья.

Константин был практически снесён с ног. В столовую быстрым шагом вошёл тот, кто совсем недавно уехал из моего имения.

– Что с вами случилось?! – я, вскочив, бросилась к мужчине. – Константин, быстрее за лекарем!

На судью без смеха было не взглянуть. Но, подавив улыбку, бросилась к мужчине, больше похожему на рваный листок бумаги.

Волосы были всклокочены, местами нескольких пучков не хватало. Одежда разорвана, правый рукав отсутствовал, левое предплечье забинтовано. Под правым глазом разливался внушительных размеров синяк.

– Ольга Ивановна, не нужно, я не просто человек, но и немного маг. У меня получилось отбиться от зверя. Медведь напал на лошадь, карета перевернулась, я выбрался и не сразу отреагировал. Он немного меня помял, но и я знатно его откинул в сторону магической волной. Что у вас в лесу делается?! Охотники ловушки поставить не могут? Взашей таких гнать!

– Алексей Аркадьевич, – всё же я улыбнулась. – Сейчас лекарь придёт. Константин найдёт для вас одежду, – я взглянула на дворецкого, тот поклонился и тут же вышел. – Не вините моих охотников, они второй день работают, не покладая оружия. Воды? Или, может, чаю?

– Так, кто у нас пострадал? – в помещении сразу стало и тесно, и весело.

Доктор умел подзарядить своим приходом. Никогда не унывал.

– Август Сергеевич, на господина судью напали, – отойдя в сторону, посмотрела на Тео. Тот подозрительно молчал всё это время. Неужели Василий напал? Нет, не может быть, он болеет, в комнате лежит, да и какой смысл ему на судью нападать? Колокольников же не обидел меня. Да, разговор был не совсем приятным…

– Алексей Аркадьевич, да у вас же маленькая царапина. Сейчас подлечу, – улыбаясь, лекарь водил руками вдоль тела пациента. – К утру будете свежее огурчика с грядки.

– Я сильный маг. Кучер испугался, паршивец, спрятался за упавшую лошадь, пришлось и себя, и его защищать. Вы бы видели, как я боролся! – судья быстро пришёл в себя, и видно было, что последние слова адресованы мне. Он набивал себе цену как мужчине. – Так далеко улетел этот медведь, что я его не нашёл, вот какая во мне магическая сила!

– А вот я чувствую, что сил немного, – скептически произнёс лекарь.

– Чушь говорите. Вы не должны чувствовать никакой магии. Я все силы в удар вложил, – парировал судья. – Проверьте ещё раз.

– Господа, из одежды только форма для слуг, – невозмутимый Константин возник в дверях, держа в руках чёрный костюм.

– Стыд-то какой, – пробормотал Алексей Аркадьевич, но быстро встал и прошёл за слугой переодеваться.

– Теодор, что это сейчас было? Василий Михайлович точно в комнате? – прошептала, не отводя от зверя взгляда.

– Там он, куда денется, – ответил фамильяр. – Доктор, вы бы навестили нашего больного, осмотрели, как он себя чувствует, а потом и к столу отужинать пришли, – Теодор отослал лекаря к оборотню.

– Темнишь, Теодор, ой темнишь, – мне показалось, что зверь недоговаривает. Но если это был Василий, то судья ни в коем случае не должен узнать о нём.

– Ольга Ивановна, душа моя, позвольте отклоняться и, взяв вашу карету, отправиться домой. Не престало приличному господину в такой одежде перед леди находиться, – через какое-то время в дверях, но стоя за спиной слуги, произнёс пострадавший судья.

Я же, рассыпаясь в извинениях за то, что в моём лесу водятся такие кровожадные медведи, мечтала лишь об одном – чтобы Колокольников побыстрее уехал.

Под конец, пообещав судье, что завтра же усилю отряд охотников, пожелала бедолаге удачного пути.

– Ничего не понимаю, – произнёс через время лекарь, усаживаясь за стол. – Когда я уходил, оборотень был в порядке, а теперь вновь пришлось сбивать жар и напитывать магией. Ольга Ивановна, извините, но те два артефакта, что я сегодня потратил, нужно или наполнить в источнике, или купить новые, – Бабушкин пожелал всем приятного аппетита и приступил к ароматному супу, я же перевела на Теодора гневный взгляд, который не обещал ему ничего хорошего.