Новые эльфы - Владимир Мясоедов

— Какое?

— Синхрофазотрон. Но произносить его решительно не советую. Если Мозг и очнется, то ненадолго, и после этого заболеет. Если будить его несколько раз подряд, то гарантировано, что он получит инвалидность, а то и начнет медленно умирать. Чем нам грозит его потеря, все сознают?

Остальные эльфы согласно закивали.

— И как будет проходить болезнь? — спросила Настя, которая как-то незаметно стала выполнять в группе эльфов обязанности целителя. Надо сказать, справлялась, хотя магией не владела совершенно. Правда, и ничего серьезнее солнечных (Шура) и магических (Мих) ожогов ей еще не попадалось. Да и те прошли бы сами.

— Будет уменьшаться в размере, пока не сдохнет.

— Мило, — оценил Семен. — А ты узнал, чем его кормить?

— Разумеется. Насть, подай во-он тот фолиант. Угу, этот, с черными камушками в переплете. Закладку видишь? Открывай и всем покажи картинку.

В книге, описывающей Подземелье, был нарисован гипнург. Самый обычный гипнург.

— Ну и что это? — спросил Серый. — Подобных рож я даже в самых страшных кошмарах не видал.

— Ну если вкратце, то это туманящий мысли. Или, как его еще называют, гипнург. Так вот, по мнению Мозга, это — еда.

— Но… он же в одежде! — ахнула Лика.

— Угу. Насть, перелистни страницу, там их город нарисован. А на следующей — торжественный обед. Ну или дружеская вечеринка со шведским столом.

Девушка перелистнула страницу и сильно побледнела. Остальные эльфы, заинтересовавшиеся тем, что она увидела, тоже скривились от отвращения. «Тот, кто написал эту книгу, имел живое воображение, — решил архимаг, — в реальности все выглядит… чище». Мозг для гипнургов был слишком ценной субстанцией, чтобы разбрызгивать его вокруг прогрызенной ротовыми щупальцами головы жертвы, как это было показано на иллюстрации.

— Так они что, жрут людей?! — ахнула Шура. — Да что же это за твари такие!

— Туманящие разум, или просто туманники, или гипнурги. И, кстати, они у людей жрут не все подряд, а только мозг. И у эльфов тоже. И у гномов. И вообще у любого, у кого есть серое вещество. Животных они, к слову, тоже едят, но обладатели разума, по их мнению, намного полезнее. А ловят всяких разных бедолаг гипнурги с помощью псионики, подчиняя сознания жертв. Кроме того, они владеют телекинезом и рядом других способностей.

— Почти как Мозг…

— Именно как Мозг. Он тоже гипнург, точнее, был им.

— А почему тогда…

— Почему он не гуманоидной формы? Келеэль постарался.

Эльфы обескураженно переглядывались. Они наконец узнали, кто именно все эти дни был их главным оружием и надежнейшей защитой.

— Новость, безусловно заслуживающая внимания, — сказал наконец Семен, — ну а какие другие?

— Насть, Серый, вы когда с градоначальником, или как там должность самой большой шишки называется, общались, вы ему как нас отрекомендовали?

— Ну… мы… э… — замялись упомянутые эльфы, которые на приеме взяли все официальные переговоры на себя.

— Ясно, — хмыкнул шаман, внимательно осматривая засмущавшихся спутников. — Круче нас только горы, выше нас нет вообще никого. Видимо, вы были красноречивы как никогда. Или помог кавардак, наведенный той памятной ночью. Короче, большие дяди впечатлились. И дали нам заказ. Посыльный с утра, когда вы все еще дрыхли, пришкондобил к нашей пещере и очень долго и громко орал просьбу выйти. Очень долго. Так что я из лаборатории вылез. Где только нашли такую луженую глотку, а? Ну неважно. В общем, передал он мне письмо, подписанное градоначальником, главой гильдии магов и настоятелем храма какого-то здешнего божества. Нам надо устранить секту каких-то чудиков, которые поклоняются темным богам с соответствующими мероприятиями типа жертвоприношений и последующих ритуальных… гм… гуляний. Сами по себе эти ублюдки местного разлива были малоопасны, но с ними то ли об объединении, то ли о переходе в одну веру недавно договорился вождь какого-то кочующего племени. Большого племени. Короче, скоро эти типы могут стать действительно большой проблемой. Особое внимание рекомендовалось уделить предводителям. Карта местности до храма и особые приметы глав секты прилагаются. Да, кстати, предупреждаю сразу, жертвы они приносят не только домашней живностью. А в развлечениях участвуют не только люди, ну, то есть я хотел сказать, не только разумные. Так что никаких попыток внедрения не предпринимать, ясно вам? И не делайте такие скорбные лица. Если выпотрошат, ко мне в сны жаловаться не приходите, не пущу.

— Отказаться от такой сомнительной радости и послать их просьбу подальше можно? — подала голос Шура, которой явно не хотелось менять теплый и обустроенный быт на возможность сойтись в схватке с какими-то пустынными фанатиками.

— Можно, — кивнула Настя, которая даже не стала читать свиток, а прикинула возможные последствия, что называется, «на глазок», — но не нужно. Во-первых, подорвем репутацию, во-вторых, испортим отношения непосредственно с заказчиком, в-третьих, упустим выгоду.

— А что нам предлагают? — тут же заинтересовалась наградой Шура.

— А я разве не сказал? — удивился шаман. — Этот клочок земли как манор.[9]

— И что это значит? — не понял Азриэль.

— Легализацию и дворянство со всеми вытекающими плюсами и минусами, — пояснил ему Семен, задумчиво пробуя пальцем остроту одного из своих кинжалов.

— Ну плюсы ясно, а минусы?

— Участвовать в войнах, слушаться приказов главы государства, платить налоги… — перечислил шаман. — Но есть вариант взять оплату деньгами.

— И много дают? — снова оживилась Шура, для которой, видимо, статус значил меньше, чем полновесные монеты.

— Много, — уверил девушку Михаэль. — Примерно в раз пять меньше, чем мы уже заработали, но это все равно гигантские деньги. Здорово эти культисты всех достали.

— Так чего же их к ногтю не прижали? — поразился Азриэль. — Взяли бы местные заправилы пару сотен солдат да раскатали их храмы по камушкам, и все дела. Здесь-то со всякими блаженными не цацкаются, не то что у нас дома, так чего тянуть?

— Ребята не чуждаются террора, — пояснил шаман, — причем как против заказчиков, так и против исполнителей. Целые семьи под прицел попадают. Были случаи. А рисковать близкими никто не хочет.

— А мы как же? — забеспокоилась Шура. — Крайние, что ли, голову в петлю совать?

— А что мы? — фыркнула Вика, не разделявшая осторожности подруги. — Нам, по мнению здешней верхушки, эти бедуины-ассасины могут причинить вред лишь в том случае, если наши скорпионы ими отравятся. Да и случись что, нас ведь не жалко. Хотя, учитывая, что Мозг выведен из игры, у нас действительно могут возникнуть сложности.