Аромат страсти  - Елена Кароль

Он бы с удовольствием сделал это сам!

А затем Шанни неожиданно встала в позу и ловко отшила наглеца. Слушал бы и слушал! Высокая должность? Есть! Перспективы? Навалом! Остров, слуги, счет? Все есть!

Только не здесь… Но есть! А если надо, он и сюда их привезет! И остров, и слуг!

Но надо ли?

Видно же, что это лишь слова, а не ее реальные желания. Видно. Уж ему точно.

— А вот мне то и дело только глупые стервы да алчные дуры попадаются, — с неподдельной грустью вздохнула его личная рыжая заноза, засевшая так глубоко в сердце, что никакой хирург не вынет. Да и он сам не даст. — Или вы сейчас о мисс Джиллиан?

Мисс Джиллиан? Вот скажет тоже! О мисс Джиллиан можно говорить многое, но точно не это. Мисс Джиллиан скорее верный солдат и порой невидимая, но всегда готовая к труду и обороне третья рука. Такая сама кого хочешь возьмет под опеку и заботой окружит.

— Нет. Не о ней, — наконец произнес Эдриш, когда сумел отдышаться от супа, попавшего не в то горло, и попытался намекнуть. — Не поверите, док, но в моем окружении есть и иные достойные женщины.

— Правда? О, как интересно! Я ее знаю? — Шанни смотрела на него с искренним интересом и нисколько не потешалась. Она действительно не понимала, что он говорит о ней.

— Не уверен, — вздохнул Мак-Иш, злясь, что они не одни. При этом типе он точно ничего не будет объяснять. А вот вечером, наедине… — Но я обязательно вас с ней познакомлю. Чуть позже.

— Буду очень рада.

Она улыбнулась и внимательно оглядела стол и их с Ан-Лином тарелки. Чуть нахмурилась, недовольно поджала губы и даже слегка задрала подбородок, вмиг став похожей на одну из его сестер. Самую шилопопую.

— Господа, а что это вы так плохо едите? Обед стынет! Невкусно? — И прищурилась сильнее, давая понять, что не потерпит неверный ответ.

— Вкусно! Очень! Тысячу лет ничего вкуснее не ел! А добавка будет? — заверили они радушную хозяйку наперебой и, не сговариваясь, хмуро переглянулись. И если во взгляде Ан-Лина Эдриш заметил легкое раздражение, то сам постарался передать всю глубину злости своего зверя. Она моя! Моя, понял? А ну, свалил с чужой территории, щенок! Твое время ушло, а мое только наступает! А как наступит, так больше никогда не закончится! Слово Мак-Иша!

После того как оба заверили меня, что сейчас же съедят все, а затем чуть ли не вылижут и кастрюли, обед вошел в нормальную колею. То есть все ели и преимущественно молчали. За двойной порцией десерта Анатоль вновь начал разливаться соловьем и распушать хвост, строя грандиозные планы на внерабочее время, куда уже была включена я (без спроса и согласия), на что я куда резче, чем планировала изначально, возразила:

— Дорогой, не гони лошадей. На ближайшие четыре вечера я уже занята.

— Чем? — Это шеф пронзил меня хмурым взглядом и им же пригвоздил к стулу.

Медвежоночек, не старайся. Я твоя лишь с восьми до пяти. Ну и на ужине. Остальное время — мое и только мое.

— Частично вами, шеф, частично иными господами, — произнесла я с достоинством и таким тоном, который не подразумевал возражений и расспросов. Затем переключила внимание на Ан-Лина, без каких-либо угрызений совести подъедающего третью порцию мороженого, присыпанного всем, до чего дотянулись его наглые ручонки, и милостиво добавила: — Так что если к понедельнику ты все еще будешь здесь, то, может, и погуляем вместе по станции. Если, конечно, тебя не поглотит пучина проверки.

— Не поглотит, — самоуверенно заявил Анатоль, блаженно щурясь от еды. — Но только ради тебя. Цени, детка.

Хм… Пупсик, а ты забылся. Я не одна из легиона твоих почитательниц, с кем можно разговаривать подобным образом. Я ведь и сама знаю о тебе столько, что служба безопасности корпорации выложит не одну тысячу кредитов, лишь бы узнать хоть сотую долю. Ясно, что сама не без греха, но твой тон и слова меня сейчас покоробили. Мне уже не семнадцать, да и ты не на пьедестале. Так что…

— Что ж, рада была увидеться, — резюмировала я тепло, но не слишком. — А теперь, господа, за работу! Всем нам есть чем заняться. Верно?

Оба мужчины поняли меня верно: торопливо допили-доели и, наперебой благодаря за обед, поднялись из-за стола. И если шеф прекрасно знал, что мы увидимся уже вечером, и ничего не стал уточнять, то Анатоль, задержавшись в дверях, с легким сожалением спросил:

— И даже на ужин не позовешь?

— Прости, не сегодня. — Мой голос был тверд, как и взгляд. — На ближайшие дни у меня действительно все очень плотно распланировано. А тебя только позови — до утра не угомонимся. Так что давай не дуй губы, ты не Анабэль. Будет еще время увидеться и предаться воспоминаниям. Ты ведь к нам надолго?

— Недели на три, может, четыре, — подтвердил Ан-Лин и склонился ко мне, по-хозяйски приобняв за талию и поцеловав в щеку, но впервые это не вызвало во мне былого восторга. — Спасибо еще раз. Все было безумно вкусно, как всегда.

За его плечом хмурым изваянием маячил шеф, стоя вполоборота, но, даже не видя его глаз, я чувствовала с трудом сдерживаемую ревность. Уверена, ее чувствовал и Анатоль, ведь он был чистокровным демоном, а те могли улавливать куда больше запахов и даже эмоций, чем обычные люди, но именно Ан-Лину всегда было плевать на чувства окружающих. Для него неприкасаемыми были лишь члены семьи, куда в детстве входила и я. Так ли это было и сейчас, я пока не могла сказать.

Мы стали слишком взрослыми, чтобы прошлое оставалось неизменным. Пора начинать жить настоящим. Пора.

Эдриш и Анатоль ушли, а я вышла к рабочим и деловито осмотрела уже почти собранную мебель. Похвалила ребят, указала, где поставить тумбы, а где столы, прошла в смотровую, куда временно закатили тележку, и с немного дикой ухмылкой принялась сортировать привезенное со склада. Это мне, это снова мне, это фельдшерам, а это мне… О, стеклянные шприцы! Анахронизм, однако! Куда бы их приспособить? Точно! В рамочку над столом. Буду пугать ими шефа! Или Анатоля. Или эльфов!

Му-ха-ха!

— Э… хм… Док. Вы ведь док?

Я обернулась, торопливо натягивая на лицо невозмутимость, но это было лишним: стоящий в проходе пожилой рабочий смотрел куда угодно, но не на меня. На потолок, на стены, на мыски моих туфелек… Но не на мое лицо.

А это значит, что ему действительно необходима медицинская помощь, но он тянул до последнего, и вполне может статься, что ситуация критическая.

— Все верно. — Я постаралась выбрать одновременно деловой и доверительный тон. Предложила бы и присесть, но пока в смотровой лежал лишь поврежденный матрас и стояла тележка с добром. — Я — доктор Шанния О’Нелл, и я вас внимательно слушаю.

— Дык я эта…

— Камень у него в почках. Скорее всего, — грубовато ответил за мужчину появившийся за его спиной Лу Донг, одновременно с этим подталкивая рабочего пройти чуть дальше двери. — Мы бы и точнее диагноз поставили, да сами понимаете — нечем.