Кровавый рассвет - Дмитрий Казаков

Ученик Лерака Гюнхенского кивнул, а затем сделал перед собой круговой жест. Раздался треск, черный ковер с золотыми звездами вспучился, лопнул и из разрыва вылез зеленый побег. Выбросил в стороны ветки с крошечными листочками, и через мгновение перед троном оказался миниатюрный, в пару локтей высотой, дубок.

Можно было даже разглядеть малюсенькие желуди.

– Впечатляет, – сказал император, не обращая внимания на пронесшийся по шатру удивленный гомон. – Но можешь ли ты сражаться? Будет ли от тебя толк в битве? Откровенно говоря, пока мы не можем похвастаться успехами в этой войне. Все приморские поселения к югу от Малого Огненного хребта сожжены, обширные территории в руках врага. Его разведчиков видели у истоков Южного Магера. Что предложишь ты такого, что сможет остановить проклятых орданов?

Саттия подумала, что успех, достигнутый в битве у Ла-Малады, так и остался для сельтаро единственным.

Правитель старших эльфов посмотрел на тар-Готиана:

– Я вижу, ты хочешь что-то сказать. Говори, не стесняйся.

– Слава Белому Престолу! – рявкнул сотник, вытягиваясь в струнку. – Я видел посланца Великого Древа в бою, и только благодаря его помощи мы смогли победить. Две галеры с колдунами Архипелага потонули в одно мгновение.

– Очень хорошо… – Император кивнул, и тут Саттия поняла, что он обратил внимание на нее. И под взглядом светло-серых прозрачных глаз она почувствовала себя очень неуютно. – Так, родственница и гном с севера… Что прикажете делать с вами? Говорите, я даю позволение.

– Мы в вашей власти, – почтительно ответила девушка, откинув со лба непослушную прядь. – Но мне бы хотелось сражаться рядом с посланцем Великого Древа.

– И я не против размозжить черепа дюжине-другой нагхов, ха-ха, – заявил Гундихар и взмахнул «годморгоном». – Вот увидите, я в бою получше многих, что таскают на себе золоченую броню и гордо задирают носы…

Саттия почувствовала, как их окатило кипящим валом недоброжелательных взглядов.

– Ты смел, гном, – сказал император, и на бледном лице его появилась улыбка. – Имейся у тебя хоть какие-то претензии на знатность, ты бы уже до сегодняшнего вечера получил не менее дюжины вызовов на поединок. Но с простым воином родовитым драться не с руки. Я полагаю, это так?

Под спокойным, уверенным взором хозяина Белого Престола гордые сельтаро опускали глаза, даже герцоги изображали смирение. Саттия вспомнила слова Арон-Тиса о том, что император правит только номинально, и подумала, что в годы войны положение резко меняется.

– Вижу, что все меня поняли. – Император вновь стал серьезным. – Слушайте же мое решение. Посланец Великого Древа и его спутники получают место в войске, в моей части. Тар-Халид, твой воин привез посланца к нам, и он получит награду – пост в Звездной Страже.

Краем глаза девушка увидела, как Вилоэн тар-Готиан ошарашенно заморгал и побледнел.

– Слава Белому Престолу, – отозвался герцог с алым львом на груди, но особой радости в его голосе не прозвучало.

– Подойди сюда, – приказал император, и сотник на подгибающихся ногах зашагал вперед. – На колени.

Один из стоявших около трона советников подал правителю длинный и тонкий клинок в простых темных ножнах. Блеснуло острейшее лезвие, и император осторожно, почти нежно коснулся острием лба тар-Готиана.

– Встань, гвардеец, – сказал он. – А теперь всем дозволяется удалиться. Большой совет будет на закате.

Сельтаро, гномы и гоблины без лишних церемоний зашагали к выходу из шатра. Хозяин Белого Престола дождался, пока выйдет последний, и после этого с кряхтеньем поднялся.

– Тар-Циеллос, – сказал он, – ты позаботишься об их размещении и прочем. Одноухий, – магов у старших эльфов, похоже, именовали по прозвищам, – ты выполнил свой долг безупречно.

Колдун отвесил поклон.

– А теперь идите все прочь, – император махнул рукой, – должен же и я хоть когда-то отдыхать?

Бенеш неожиданно шагнул вперед и взял правителя сельтаро за запястье. Причем сделал это так быстро, что никто, даже охранники, не успели пошевелиться. Советники замерли с открытыми ртами, гвардейцы напряглись, а брови императора неторопливо поползли вверх.

– Так много лучше, спасибо… – сказал он и закашлялся, хрипло, надрывно. – Ладно, идите-идите…

Тут уж гостям ничего не оставалось, как послушаться. У самого выхода из шатра их догнал один из советников, полноватый для эльфа, с мягкими чертами лица и умными глазами.

– Мое имя – Циеллос тар-Циеллос, – представился он, – и я милостью богов занимаю место мажордома Белого Престола. Ты, сотник, останься, тебе предстоит принять посвящение в Звездную Стражу…

Тар-Готиан, на лбу которого кровоточил надрез, кивнул.

– А вы идите за мной, – продолжил мажордом. – Местечко я вам найду, да вот только не ждите ничего особенного. Сами понимаете – лагерь, война, бардак, тут никакая милость богов не поможет навести порядок…

И он сокрушенно вздохнул.

Вилоэн тар-Готиан остался у императорского шатра, а остальных тар-Циеллос повел за собой. Остался чуть в стороне ручей, потянулись тесно расставленные шатры, небольшие, из простой ткани.

– Вот тут, – сказал мажордом, останавливаясь у одного из них. – Эй, Лавиллон, ты куда пропал?

Из шатра ответили, поднялась легкая суматоха, которая закончилась тем, что гостям нашли место. Они получили в свое распоряжение половинку другого шатра, немного покосившегося, но зато не дырявого, пару охранников и нескольких слуг с надменными физиономиями.

– Располагайтесь, – предложил тар-Циеллос, гостеприимно улыбаясь. – Пойду отдам распоряжение, чтобы вас накормили. Ну а вечером посланец Великого Древа должен будет принять участие в большом совете.

Бенеш кивком показал, что все понял, и мажордом удалился.

– Ну и попал Гундихар фа-Горин, клянусь когтями Аркуда, – заявил гном, когда полог шатра перестал колыхаться. – Никогда не думал, что окажусь в свите у императора… Какая честь!

Он хрипло и немного нервно рассмеялся.

Шатер, куда их поместили, делился на две части большой занавеской. За ней помещался императорский лекарь, так что внутри сильно пахло травами и еще чем-то сладковатым, но противным. Землю покрывал ковер, ало-зеленый и вытершийся, ну а сидеть предлагалось на козлах с брошенными на них досками. Седалище призван был защищать уложенный на них кусок плотной ткани, а у задней стенки шатра лежали свернутые одеяла и подушки.

Не успели оглядеться и освоиться, как пришел тар-Готиан, принес новый щит, такой же гладкий и блестящий, как у остальных гвардейцев.

– Корни и листья, что я вижу, – проговорила Саттия. – Можно поздравить?

– Да, это большая честь… – сказал бывший сотник, откровенно волнуясь. – Мне очень повезло… А еще я получил приказ охранять посланца Великого Древа и его спутников.