Темный дар - Кэт Фоллз

— Пожалуйста, только не надо… — вырвалось у меня.

А Зоя вскрикнула:

— И меня научи!

— Не надо учить таким словам Зою, — в отчаянии закончил я начатую фразу.

Зоя обняла Джемму.

— Мама с парой тебя удочерят! Им всегда хотелось иметь больше детей, правда, Тай? Правда-правда, — кивнула она, словно я сказал «да». — Но только они не стали заводить еще детей, потому что мама здорово испугалась, когда Тай лежал в больнице.

Хьюитт начал сосредоточенно катать по тарелке горошины.

— Спасибо, — с улыбкой проговорила Джемма. — Я собираюсь жить со своим братом.

— Когда еще ты его найдешь? — пожала плечами Зоя. — А если он вообще не на Придонной территории?

С горечью взглянув на меня, Джемма сказала:

— Я уверена в том, что он был здесь. Просто я не знаю, чем он сейчас занимается.

— Ну ладно, хватит об этом, креветка, — сказал я сестре.

Мне хотелось отвлечь Зою от разговора о брате Джеммы и еще хотелось услышать, о чем взволнованно говорили взрослые в соседней комнате.

Отчетливо донесся гневный голос Раджа Дирани.

— Депутат Таппер сказал: «живыми или мертвыми». Когда в следующий раз кто-нибудь заметит «Призрак», я предлагаю торпедировать эту субмарину.

— Сейчас вернусь, — сказал я и поставил тарелку на ступеньку.

Я тихо прошел по коридору и, проскользнув в кухню, притаился в уголке, подальше от родителей. Они могли решить, что я еще мал для таких разговоров. Взрослые уже не заполняли кухонные шкафчики продуктами, а стояли, образовав круг.

— Ты мог бы их убить без суда и следствия? — возмущенно спросила моя мать. — Даже если это одобряет депутат Таппер, это слишком жестокая справедливость, а значит, не справедливость вовсе.

— Если мы начнем игнорировать закон, — поддержал ее отец, — наше сообщество станет недостойным сохранения. Я готов вступить в ополчение — если только наша цель будет заключаться в том, чтобы разыскать бандитов и сдать их с рук на руки морским рейнджерам.

— Думаешь, судья вынесет им обвинительный приговор? — негромко спросил док. Отец нахмурился, а док поднял вверх искореженные шрамами руки. — Я хочу сказать только одно: система исполнения наказаний перегружена. Тюрьмы на материке битком набиты. С плавучими тюрьмами то же самое. Если нет стопроцентных доказательств вины, обвиняемых отпускают.

— Док прав, — сказал Ларс— Мы знаем то, что знаем. Но у нас нет доказательств. Мы даже установить личности бандитов не можем. Руки у них в перчатках, отпечатков пальцев они не оставляют, а когда грабят корабли с припасами, еще и лицевые пластины шлемов затемняют.

— Шейд этого не делает, — заметил Радж, вынув изо рта сигару, скрученную из водорослей. — Альбиноса трудно не приметить.

— Шейд — не альбинос.

Эти слова сами сорвались с моих губ. Все, кто собрался в кухне, повернулись ко мне.

— Почему ты так говоришь, сынок? — изумленно спросил Ларс.

У меня душа ушла в пятки. Да, я собирался рассказать остальным поселенцам о своем открытии, но сейчас для этого было не время и не место. Свирепый взгляд Раджа испугал меня.

— Джон, твой парень говорит, что Шейд — не альбинос, — прорычал Радж. — Что он такое знает, чего не знаем мы?

— Все, что мне известно, я уже рассказал рейнджеру Граймзу, — промямлил я.

Радж погасил сигару, сунув ее в чашку.

— У этой сухопутной крысы не мозги, а кучка дерьма. Он и в ванне рыбу не поймает.

— Скажи нам слово в слово, что ты ему рассказал, Тай, — потребовал Ларс.

Слова Джеммы насчет секретов я принял близко к сердцу, поэтому рассказал все. О том, как столкнулся с Шейдом лицом к лицу на плантации ламинарии, как потом узнал его в салуне. Рассказал даже про то, как встретился с ним в кабине лифта, как потом «Призрак» гнался за нашей мини-субмариной. Я видел, как родители обменялись взглядами, от которых у меня мурашки по коже побежали, и понимал, о чем они думают. Они думали о том, что мне нельзя доверять, что я нарушаю все правила и не могу о себе позаботиться.

— Но зачем Шейду мазать лицо цинковой пастой? — спросила Шерл, когда я закончил рассказ. — Почему бы ему просто не затемнять лицевую пластину шлема, как делают остальные бандиты?

— Потому что его узнали бы по росту, по фигуре, если бы случайно встретились с ним, — проворчал Ларс— Но если ты будешь думать, что он альбинос, на темнокожего внимания не обратишь.

Радж вытащил из кобуры пистолет.

— Здоровяк он или малявка — гарпун любого проткнет, — буркнул он, проверив, заряжен ли ствол пистолета мини-гарпунами.

— Разговор зашел слишком далеко, — вмешалась мама и обвела собравшихся строгим взглядом. — Радж, убери пистолет.

— Конечно, — сказал Радж и убрал пистолет в кобуру. — Но я его вытащу, как только выйду на палубу для отдыха. — Он посмотрел на Ларса. — Ты со мной?

— Шейда там сейчас нет, — сказал я. — Я же говорил вам: «Призрак» гнался за нами.

Мои слова на Раджа и Ларса не подействовали. Они быстро вышли из кухни. У меня сердце разрывалось. Я уже был не рад, что все рассказал. Огорченный взгляд отца подсказал мне, о чем он думает.

— Пойду за Зоей и Джеммой, — сказала мама. — Мы едем домой.

Они с Шерл вышли из кухни. Отец последовал за ними.

Я тоже направился к выходу, но док остановил меня.

— Задержись на минутку, — негромко попросил он. Похоже, он был чем-то озадачен. Даже встревожен. — Пожалуйста, опиши еще раз человека, которого ты видел в салуне. Того, которого ты считаешь Шейдом. Только на этот раз остановись на чертах его лица, а не на цвете кожи.

— Зачем?

— Окажи мне такую любезность.

Меньше всего мне сейчас хотелось оказывать любезности доку.

— Я нашел «Сиблайт», — сообщил я.

Док резко глянул на меня. Видимо, мой взгляд сказал ему, что я не собираюсь отступать.

— Тюрьма не замаскирована, ни от кого не спрятана, — более или менее спокойно проговорил док и взял со стола тарелку с едой.

— Это была вовсе не тюрьма, — не скрывая злости, сказал я. — Это была исправительная колония.

— Теоретически — да, — пожал плечами док. — Если бы ты увидел этих мальчишек, ты бы понял. Все до одного общественно опасные преступники.

— Это были всего-навсего подростки, — возразил я. — Младше меня. А власти держали их на дне моря в наручниках.

— Что ты хочешь сказать?

— Вы лжете, называя «Сиблайт» тюрьмой. Вы прикрываете то, что натворило правительство.

Док выронил тарелку, она звякнула о кухонный стол.