Дом Дверей - Брайан Ламли

– Я имею в виду все, кроме похищения и всего остального, – согласился Тарнболл. – Что… в основе своей неправильно.

– Похищение? – удивился Джилл. – И какой же за нас потребуют выкуп? Я так не думаю. Нас похитили, конечно. Однако мы об этом не знали.

– Ну и что, – пожал плечами Тарнболл. – Но скажи мне: сколько времени мы пробыли здесь?

– Думаю, чуть больше двадцати четырех часов.

– А вы голодны?

– Не особенно… Однако я видел, что может сделать с человеком местная пища! А Варре, насколько я помню, был голоден.

Тарнболл кивнул.

– Давай-ка поговорим об этом, – задумчиво протянул агент. – Мы уже двадцать четыре часа терпим всевозможные невзгоды. Большинство из того, с чем мы сталкиваемся, непривычно. Ядовитые ракообразные, гигантское чудовище – робот-скорпион, как вы его назвали. И все же мы до сих пор не падаем с ног. Мы не слишком голодны. Мы даже не особенно устали.

– Я бы так не сказал, – возразил ему Джилл. – Если честно, то я прямо сейчас мог бы упасть в кровать без задних ног. Но в чем-то ты прав. Я не доведен до крайней степени истощения… Так что ты хочешь этим сказать?

– Что?

– Твой вывод?

Тарнболл вздрогнул всем телом и только потом ответил:

– Быть может, это прозвучит глупо…

– Попробуй.

– Ладно… Неужели все это реально? Я имею в виду… Разве не может так получиться, что все это нам всего лишь снится? Скажи, разве ты не хотел ущипнуть себя и проснуться? Думаю, я хотел… Черт!

– Что случилось?

Последовал твоему совету и поставил себе синяк.

– Нет, мы не спим, – объявил Джилл. Он криво усмехнулся, а потом добавил: – Если бы мне приснился такой сон, я бы живо отправился к психиатру.

Тарнболл фыркнул.

– Ты серьезно?

– Серьезно. Пошли… Скажи: что еще тебе кажется неправильным?

– То, что Баннермен, по твоему утверждению, человек-машина. Пойми меня правильно. Я тебе верю… но если так, то чем он занимается? Наблюдает за нами или преследует какие-то свои цели? Может, он кто-то вроде ангела-хранителя? Если так, то почему он пытался убить тебя той ночью? В том, что это был он, я уверен.

– Все это часть одной большой тайны, – согласился Джилл. – Что еще?

– Да больше, пожалуй, и ничего, – усмехнулся Тарнболл. – А с другой стороны, на меня давит эта обстановочка. Все здесь неправильно! Сама ситуация безумна!.. И все-таки подумай, может быть, мы спим и все это нам грезится?.. Я просто с ума схожу.

– Я чувствую примерно то же самое. И все же я в здравом уме… ты тоже. Если бы я не знал, что Замок – инопланетная мышеловка на Земле, поймавшая нас, – реален, то думал бы точно так же. Но я хорошо помню, что с нами случилось. Я совершенно уверен, что в своем уме, просто попал в безумную ситуацию, вступил в контакт с инопланетянами… а может, подвергся испытанию. – Тут Джилл замолчал, нахмурился. – Знаешь, может, так оно и есть?

– Какие-то твари устроили нам проверку? Почему?

– Не знаю, – покачал головой Джилл. – Но я знаю, что нахожусь внутри огромной машины, и Баннермен – тоже машина, точно так же, как тварь, охотящаяся на Хагги. Все это происходит с нами, пока мы находимся внутри Замка или Дома Дверей, который стоит на склоне Бена Лаверса! Однако этот особняк на Земле только верхушка айсберга – малая часть Дома Дверей! И в этом нет ничего безумного, все тут – иное, инопланетное. Так что пока я, – тут он, словно подражая Тарнболлу, вздрогнул всем телом, – удовлетворен.

– Ты… что?.. – Агент внимательно посмотрел на своего спутника, видимо, сомневаясь, правда ли тот находится в своем уме. – Удовлетворен?

– Мы узнали больше, чем знали раньше, – ответил Джилл. – Не слишком много, но мы изучаем то, что нас окружает. Когда мы узнаем больше, мы, быть может, сообразим, как нам вести себя дальше. Однако все, что мы сейчас можем: изучать и изучать… А пока я хотел бы задать тебе несколько вопросов.

– О чем?

– Тебя укусила ядовитая тварь, ты был безнадежно болен. Помнишь? Ведь это было всего часа полтора назад. А часов пять назад я отправился в путешествие на спине инопланетной твари. Однако мы проходим сейчас милю за милей, словно скауты-тинейджеры! Не знаю, как ты, но случись такое со мной раньше, я бы давным-давно лежал в кислородной палатке!

– Так вот что ты имеешь в виду! – раздраженно протянул агент.

– Ты еще кое-что забыл, – продолжал Джилл. – Одну вещь, которая тоже кажется сверхъестественной. – Он вновь нырнул в лес, и походка его снова стала подпрыгивающей.

Тарнболл догнал экстрасенса и поравнялся с ним.

– Продолжай.

– Волосы, – ответил Джилл.

– Что?

– Как часто ты бреешься?

– Дважды… Что? – Тарнболл в удивлении провел рукой и щекам и подбородку. – Дерьмо! – только и сумел он выдавить из себя.

– Словно попка малыша, – согласился Джилл. – Единственным небритым из нас был Хагги. Как ты это объяснишь?

Они шагали между деревьев.

– Никак, – пожал плечами Тарнболл. – Еще одна… Ого!

Агент и экстрасенс поспешили вперед. Перед ними попрек тропинки протянулась паутина. Она была восьми футов высотой, и паутинки напоминали телефонные провода – может, и не такие прочные, но такие же толстые. В верхней части паутины покачивалось несколько темных комков – мрачное зрелище. Приглядевшись, они поняли, что эти комки – огромные клубки паутины. А потом Джилл и Тарнболл услышали звук, переполненный медленной, угрожающей, немеханической вибрацией. Нити в верхней части паутины завибрировали, клубки распушились. Вскоре уже вся паутина целиком вибрировала…

Джилл и Тарнболл отступили, нашли другую дорожку и быстро зашагали по ней. Тут все было спокойно. Разговор, что вокруг что-то не так, не возобновился. Вместо этого люди постоянно оглядывались. Иначе, наверное, они прошли бы мимо. Экстрасенс увидел ее первым и побелел, как смерть. Она висела на шипастом кусте, свешиваясь до самой земли.

Это была когда-то белая, украшенная кружевами, а теперь порванная и окровавленная блузка Анжелы!