Курьер - Николай Степанов

– Я?

– Догадлив, – усмехнулся Икин де Зенвар.

– И что со мной не так? – От волнения забыл, где нахожусь и с кем разговариваю.

В войсках Дагара Четвертого офицеры, особенно дворянского происхождения, брезговали общаться с простыми бойцами. Наорать на сержанта или младшего офицера еще куда ни шло. Баронет же доказывал обратное. И по пути к комендатуре, и в кабинете.

– У тебя нет стены между первой и второй памятью. Честно говоря, затрудняюсь объяснить, как при этом можно оставаться в своем уме. Те, кому специально устраняли преграду, теряли рассудок через пару часов, зато силища у них пробуждалась – угомонить не могли. В связи с этим у меня появилось несколько вопросов…

Пришлось в очередной раз рассказывать про странный поход за серым дубом, про свое спасение и смерть отца Фазила. Надо отдать должное Икину, слушал он очень внимательно.

– С помощью серого дуба обычно изгоняют темных духов.

– У меня в роду шаманов не было. – Испугавшись, я начал оправдываться.

– Не дергайся, магического фона ни в крови, ни в ауре не найдено. Но я сейчас не об этом. Увидев падающее дерево, ты испытал стресс, что могло пробить лазейку в барьере. В этот момент произошел всплеск силы, позволивший удержать дерево. До сих пор все объяснимо. Но потом… Лазейка просто обязана была затянуться. Вместо этого она расширилась, открыв постоянный доступ ко второй памяти. – Казалось, баронет разговаривал сам с собой. – Но почему агрессивная суть дара не набросилась на твой разум? Что ее сдерживает? Загадка.

Мы беседовали целый час. Он спрашивал, я отвечал, когда мог. Иногда де Зенвар увлекался, и понять его попросту не удавалось. Наконец допрос закончился.

– Что будем с тобой делать? – озадачил меня капитан.

– Не знаю.

– Думаю, не стоит объяснять, что все услышанное здесь является государственной тайной. Другому бы мы просто стерли часть памяти и вернули на передовую. С тобой сложнее. Во-первых, далеко не всякое заклинание, даже из высших, способно тебе хоть как-то навредить, во-вторых, человека с таким даром использовать в качестве расходного материала слишком большая роскошь. Предлагаю должность сержанта и два места будущей службы на выбор…

Именно этот выбор мне сейчас и предстояло сделать.

Огонек масляной лампы нервно подрагивал, освещая небольшой участок комнатки. Я сидел за единственным столом и подпирал руками отяжелевшую голову. Мозги после сегодняшних издевательств отказывались работать. Пресловутая вторая память (еще бы знать, что это за штуковина?) ничуть не помогала. И как поступить?

Пойти в разведчики или в курьеры? Спроси меня об этом лет пять назад, ответил бы не задумываясь. Про героев почтовой службы никто никогда не слышал. До сегодняшнего дня я вообще понятия не имел о существовании таких специалистов в армии, как и о том, что туда брали далеко не всех. Впрочем, обычному сельскому пареньку и не положено знать о войсковых подразделениях.

– Для разведчика у тебя есть все необходимые качества: сила, выносливость, наблюдательность и хорошая память. Остальному научишься за пару декад, – объяснил баронет. – Курьеру сила не столь важна, но там понадобится твоя вторая память. Риск отдать концы поменьше, а побегать придется в разы больше. И учти: почтовикам редко перепадают награды его величества, да и жалованье всего три серебряных за декаду.

– А в разведке?

– Пять.

Оно, конечно, разница существенная, но что в ней толку? Пока буду учиться – все хорошо. Червонец серебром – деньги немалые, рядовому бойцу полгода за них ишачить нужно. Но первое же боевое задание в тылу врага может стать последним. А курьер вроде только почту разносит. Подумаешь, напичкают голову донесениями, пробежишь от одного высокого начальства к другому, там извлекут сведения, полдня отдыха, и – с ответом обратно. Глядишь – и доживу до конца войны, в деревню вернусь сержантом. То-то староста обрадуется! Да и с милашкой Ларзи будет о чем поговорить…

Приняв решение, я сразу уснул, как в омут провалился. Очнулся от тряски. Открыв глаза, увидел лицо незнакомца.

– Вставай! – приказал тот. – Капитан вызывает.

Снова кабинет, за окном светит солнце, за столом Икин с бумагами. Такое ощущение, будто он и не уходил никуда.

– Не знаю, что ты себе надумал, сержант, но командованию срочно понадобился курьер. Вот твои документы и сержантские нашивки. – Баронет указал на край стола. – Зайди в штаб, найди там лейтенанта Ирвана. Он уже знает, что ты от меня. Да, еще. Своих в городе не ищи, их ночью перевели в другое место.

Даже если бы я захотел найти ребят из полка, у меня бы ничего не получилось. Стоило войти в здание штаба…

– Сержант Дюзан? – спросил молодой человек в форме унтера, поджидавший в коридоре. Он смотрел так, будто я успел перед ним провиниться раз пять подряд.

– Так точно! Меня направили к лейтенанту Ирвану.

– Я вместо него, – пробурчал он. – Ты от капитана Икина?

– Да.

– В штаб явился?

– Так точно.

– Тогда почему мундир не в порядке?! Как стоишь, когда с тобой офицер разговаривает?!

– Я…

Вообще-то звание «унтер» еще не являлось офицерским, но этот тип наезжал с таким упорством…

– Что «я»? Ты на службу прибыл или на ярмарку заглянул?! Где гулял? Почему опоздал?

Когда он замахнулся, мое тело непроизвольно развернулось боком к опасности, левая рука пошла вверх…

– Отставить! – прозвучала команда. – Унтер, вы что себе позволяете?

Спесь моментально слетела с лица заносчивого типа, уступив место угодливости.

– Господин лейтенант? Здравия желаю. Тут вот какое дело. Капитан Икин послал этого разгильдяя к нам еще пять минут назад, а он… представляете…

– Я вижу, Сергин. Вместо того чтобы сразу отправить сержанта в курьерский отдел, ты решил отчитать его. Если майор узнает, из-за кого задержка…

– Но он же… – совсем растерялся унтер.

– Ты какой приказ получил?

– Встретить и проводить.

– И?

– Я… это…

– Сергин, не испытывай мое терпение. Я ведь могу и забыть, что ты сын моей кузины. Почему до сих пор здесь стоишь?!

– Разрешите исполнять?

– Быстрее, болван.

Здание курьерского отдела находилось рядом со штабными постройками. Неприметный одноэтажный домик, никаких знаков или вывесок. В первой же комнате меня дожидался писарь.

– Документы? – спросил он.

Бумаги отобрали, выдав вместо них пояс с металлической застежкой.

– Прикоснись сюда большим пальцем.

Перед застежкой прямо в воздухе проявилось изображение головы в шлеме с небольшими крылышками. Повторное прикосновение погасило иллюзию.