Эхо Севера - Джоанна Рут Мейер

Затем мы целый час фехтовали на пляже. Но должна сказать, что Хэл делал это без былого энтузиазма. Утомившись, мы повалились с Хэлом на песок и принялись смотреть, как накатывают на берег волны, чтобы потом с таким же шелестом отступить назад.

Рука Хэла нашла мою руку, я придвинулась ближе к нему, но тут…

Громкий взрыв сотряс землю, и, оглянувшись назад, мы увидели, что весь рынок охвачен пламенем.

Хэл крепче сжал мою руку.

– Что это? – спросила я.

– Не знаю. Такого раньше здесь никогда не случалось.

Прогремел еще один взрыв, от которого вновь закачалась земля.

– Не случалось? Что ты имеешь в виду?

– То, что я прочитал эту книгу полдюжины раз, и взрывов на рынке никогда не было. Сюжет меняется.

У меня сжалось сердце. Мысли мои сразу устремились к Дому-Под-Горой: он разваливался, сбрасывая с себя комнаты, словно меняющая кожу змея.

– Мне нужно идти, – выдохнула я. – Я должна… Библиотека, я хочу прекратить чтение.

– Эхо, подожди…

Но я уже протянула руку к возникшему передо мной зеркалу.

Библиотека тряслась, как в лихорадке. Падали на пол зеркальные книги, сверкающим дождем летели острые хрустальные подвески с люстр.

Нет. Нет!

Только не библиотека.

Только не Хэл.

Трещина прорезала пол, и в нее улетел один из диванов. Звенели зеркала, разбиваясь о плитки пола. Библиотека начала кричать.

Я перепрыгнула через расширяющуюся трещину, споткнулась и едва не ухнула в другую, которая появилась рядом с первой. Моя рука автоматически метнулась к подвешенному на талии мешочку. Палец скользнул в наперсток, и я потащила из мешочка иглу и катушку золотых нитей.

Я не хотела, не могла позволить библиотеке отвязаться от дома.

Я не хотела и не могла потерять Хэла.

Я бросилась к двери, проводя по стене наперстком на пальце. Моя рука провалилась сквозь стену. Я нащупала красные переплетающиеся шнуры связок – скользкие, гладкие, с оборванными, разлохматившимися концами. Я крепко ухватила их.

Библиотека взвизгнула, затряслась еще сильнее. Зеркала разлетались вдребезги. Острые хрустальные подвески продолжали падать, царапая мне шею, застревая в волосах. Комната накренилась, словно тонущий, уходящий под воду корабль. Одной рукой я сжимала обрывки красных шнуров, другой цеплялась за дверной косяк, а мои ноги уже болтались в пустоте. Сердце билось в бешеном темпе, лихорадочно отстукивая:

Не отпускай. Не отпускай. Не отпускай.

Но если я не отпущу косяк, у меня не будет двух рук, чтобы сшить концы шнуров.

А если я отпущу косяк, то упаду сама.

– Эхо!

В коридоре рядом с дверью библиотеки появился волк. Он пригнулся, вся шерсть на нем стояла дыбом.

– Эхо, протяни руку! Я удержу тебя!

Но я не могла потерять Хэла.

Я оглянулась себе за спину и увидела осколки зеркал и пропасть, которая расширялась, спиралью уходя в пустоту.

Ради спасения Хэла можно и нужно было рискнуть. И я рискнула, отпустив дверной косяк. Лихорадочно вдела нить в иглу, которая сразу же загудела в руке.

Все уложилось в три удара моего сердца. За это время я прихватила одним стежком разорванные концы красных шнуров, ухитрившись не свалиться в пропасть.

В следующий миг волк сомкнул на моем запястье зубы и вытащил меня в безопасное место – в коридор.

– Я еще не закончила! – Я вырвалась из волчьих зубов и подкатилась назад, к библиотеке.

Она все еще дрожала, ходила ходуном, однако трещина больше не расширялась, и библиотека перестала кричать.

– Мы еще можем спасти ее, – сказала я волку.

– Это слишком опасно, – прорычал он в ответ.

– Я не собираюсь отпускать библиотеку. Иди в комнату пауков и принеси связующую нить. Всю, что есть.

Я очень странно чувствовала себя, впервые отдавая приказы волку, однако он молча опустил голову и ушел. Я провела рукой по дверному косяку, желая успокоить библиотеку, заставить ее перестать трястись.

– Именем древней магии, – негромко сказала я. – Именем древней магии я приказываю тебе остаться.

И в комнате вдруг стало тихо.

В следующий момент появился волк с корзинкой в зубах, полной катушек с золотой нитью. Я схватила корзинку и прыгнула в библиотеку – даже если волк и хотел бы возразить против этого, он все равно не успел.

– А ты? – оглянулась я на волка. – Разве ты не собираешься мне помочь?

Он хмыкнул, но тоже спрыгнул вниз, стараясь держаться дальше от трещины.

– Мы сможем все исправить, – сказала я, вкладывая в эти слова больше уверенности, чем было во мне самой. Я пыталась не смотреть на разбитые зеркала, старалась не думать о том, что большинство зеркальных книг – если не все – невозможно восстановить.

Я опустилась на колени рядом с трещиной и воткнула иглу в пол. Она вошла легко, нить в игле ожила, натянулась, тихонько запела. Без предупреждения я перепрыгнула на другую сторону трещины, поскользнулась на стеклянных осколках, едва не упала, но устояла на ногах. Волк тревожно пролаял.

– Я в порядке, – успокоила я его.

Он не двигался с места.

Я снова воткнула иглу в пол и приготовилась прыгнуть обратно.

– Брось мне иглу, Эхо, – сухо сказал волк. – Я буду шить с этой стороны.

Конечно, перебрасывать иглу друг другу было намного легче, чем самой прыгать через трещину.

На то, чтобы заново связать библиотеку, у нас ушло несколько часов. За это время мы наложили с обеих сторон трещины сотни швов. Когда закончили, я перепрыгнула к волку, и мы вдвоем ухватились за нить и потянули ее – края трещины медленно сошлись. Весь дом стонал и скрежетал под нашими ногами. Затем я соединила красные шнуры вокруг дверной рамы, после чего комната выровнялась и встала на прежнее место.

А вот что теперь делать с зеркальными книгами? Этого я не знала.

– Дом сможет их восстановить, – сказал волк, поняв, о чем я думаю.

В это сложно было поверить, но все же я хотела надеяться, что волк прав. У меня было огромное желание покопаться в осколках и попробовать самостоятельно восстановить зеркальную книгу. Мне очень хотелось заглянуть в нее и убедиться в том, что с Хэлом все в порядке, но времени уже не оставалось.

Воздух в коридоре вдруг стал ледяным. Зажженная лампа замигала, отделилась от стены и поплыла прочь, оставляя огненный хвост. Все это означало, что уже почти полночь.