Жар огня - Франциска Вудворт

На какой-то миг появилось искушение не признаваться в том, что это я разрушила храм. Наг в бегах, свидетелей не было… Но вовремя вспомнила о том, что выжгла там магию, а если верить Темнейшему, это редкая способность даже среди темных. Поэтому, когда Харн попросил рассказать, как все получилось, я покорно стала писать:

«Мы все были прикованы к алтарю и в антимагических браслетах. Наг — менталист. Он сначала насылал кошмары, а потом кусал, обездвиживая. Ему зачем-то нужен был страх для ритуала. Меня оставил напоследок — не смог пробраться в голову сквозь щиты и хотел, чтобы я боялась. Мне пришлось беспомощно наблюдать, как он режет вены на руках темному жрецу Арраклу, Асхану, Сарияру. Потом настала моя очередь. Нагу удалось сломить щиты, и я погрузилась в кошмары. Спасла Гая. Она ранила нага, когда он попытался меня укусить. Освободиться я не могла, все истекали кровью, и я обратилась к внутренним резервам, выбрасывая силу. К чему это привело — вы знаете».

— Лоран, напомни мне тебя не злить, — разрядил атмосферу Кайл.

— Не переживай, нападение на члена королевской семьи карается смертью, а ты под моей опекой. Этот наг вне закона не только у нас, но теперь и у темных, — добавил Харн.

«Помимо Кироса, у темного были помощники. Я видела двоих, но есть и еще. Они одеты как селяне. Кто-то следил за начальником отряда оборотней. Его специально отпустили, чтобы представить дело так, как будто по моей вине нас заблокировало в храме, а потом я призвала силу, и нас завалило камнями. Они сами собирались все разрушить, скрывая следы ритуала».

— Мне нужно сообщить об этом. — Харн поднялся, сжимая в руках мое сообщение, и быстро вышел.

— Лоран, ты молодец! Не переживай из-за храма — это всего лишь груда камней.

«Теперь», — добавила я про себя, но от его слов стало легче на душе. Я не сожалела о содеянном, скорее была впечатлена масштабами, ведь мне удалось разрушить саму гору, проделав в ней дыру.

Успокоившись, я вновь легла. Разговор с Темнейшим и рассказ о случившемся дались тяжело, накатила слабость. Я отложила бумагу, испытывая простое удовольствие оттого, что получила передышку. Темный ушел, об основных событиях сообщила и пусть теперь ответственные люди разбираются, что с этим делать. Наверное, даже хорошо, что лорд Хэйдес пока занят, для общения с ним мне понадобится много моральных сил.

— Вымотали мы тебя своими вопросами? — с сочувствием произнес Кайл и погладил меня по голове.

От его участия так приятно стало. Если вспомнить, как он меня все время задирал, теперь видеть от него человеческое к себе отношение было непривычно. Наверное, хорошо в некоторых ситуациях быть девушкой, когда от тебя не ждут, что ты должна быть сильной и не презирают за слабость.

Я послала ему слабую улыбку, чувствуя себя как в детстве, когда сбивала колени, а перед сном приходил дядя и журил за неосторожность, при этом гладя по голове и желая приятных снов. При воспоминании о человеке, который заботился обо мне все эти годы, хотя и родным, возможно, не был, мои глаза увлажнились.

— Извини, ты такое пережила, а мы насели, — всполошился Кайл. — Ты пока единственная, кто хоть что-то может рассказать. Я с разрешения ректора отца вызвал.

Мои глаза вопросительно округлились, а рыжий усмехнулся:

— Он увлекается редкими ядами и один из лучших специалистов в этой области. Вот посмотришь, быстро всех на ноги поставит.

«Конечно, помню я его эксперименты надо мной!» — воскликнула про себя, насупившись.

— Не хмурься, — палец Кайла погладил меня между бровей, — это его увлечение. У нас дома лучшая лаборатория, но его иногда заносит, когда вопрос касается любимой темы. Я уже привык к его экспериментам. Он даже меня яды заставлял принимать.

«Как так?!» — неподдельно изумилась я.

— Да-да! И Дага. В малых дозах яд безопасен и теперь нас сложно отравить. Правда, это не спасает при обедах в некоторых тавернах. Такую отраву приходилось пробовать, куда там отцу со своими зельями!

Я рассмеялась, а Кайл стал травить байки, вспоминая разные веселые случаи. Слушая его, я расслабилась. Умеет он быть забавным, если хочет. Закутавшись в одеяло, я бы так и уснула, но меня тревожил один вопрос. Когда он сделал паузу, я потянулась к его руке и написала: «Кто меня переодевал?»

Все же очнулась я в пижаме и хотела знать, кто меня видел.

— Мадам Ришь. Твой брейд прислал ее с одеждой, — смутился Кайл. — Ты не против?

«Хорошо», — ответила я, успокоившись.

Дверь открылась, но вместо Харна на пороге возник лорд Тагуан.

— Отец, — вскочил Кайл, отпуская мою руку.

— Сиди-сиди. Зашел проведать нашего пациента.

Я тоже села, прижимая к себе одеяло, и чувствуя неловкость от своего неодетого положения.

Лорд опустился на место Харна у моей постели и по-доброму улыбнулся.

— Что, Лоран, сильные мужчины сокрушены, а вам опять пришлось всех спасать?

От его слов я смутилась, даже не найдя, что сказать, но он, казалось, даже не ждал ответа, переведя взгляд на сына.

— Кайл, уже был сигнал на построение, — с намеком произнес он. Видя упрямое выражение, появившееся на лице рыжего, с упреком произнес: — Давай ты не будешь показывать Лорану пример, как не стоит относиться к занятиям. Иди, ваш подопечный теперь в безопасности.

Наверное, он не был бы столь убедителен, знай, что поблизости расхаживает беспрепятственно Темнейший.

Нехотя Кайл поднялся.

— Лоран, я сегодня еще зайду, — пообещал мне.

Мы остались одни, и я вопросительно посмотрела на лорда, ожидая серьезного разговора. Не просто же так он выставил рыжего. Интуиция не подвела. Улыбка сбежала с его лица, и мужчина серьезно посмотрел на меня.

— Лоран, я рад, что все обошлось и вы живы, а также нашли общий язык с Кайлом. Наша семья в долгу перед вами за сына, и вы всегда можете рассчитывать на нашу поддержку. — Лорд сделал паузу, а потом продолжил: — Не зная о вашем происхождении, я был бы счастлив, войди вы в нашу семью на правах невесты.

У меня перехватило дыхание. Мне ясно дали понять, что знают о маскараде. Как оказалось, ему известно не только это.

— Узнав же, кем вы являетесь, с сожалением понимаю, что это невозможно. Ваше происхождение намного выше нашего, и я буду вам благодарен, если вы не станете давать Кайлу ложных надежд.

«Это он сейчас на что намекает?!» — растерялась я.

— Мой вам дружеский совет — дайте шанс проявить себя принцу. Он искренне заботится о вас и достоин. Известие о вашем существовании не утаить, и многие захотят использовать вас в личных целях. Держитесь своего опекуна. Он тот единственный, кто сможет и станет отстаивать ваши интересы. Рядом с ним вы не превратитесь в пешку на политическом поле и сможете обрести счастье.