Ищу спасителя - Олег Шелонин

— Слышь, дядя, посторонись!

Мимо оборотня пронесся мелкий тролль с подносом пирожков в руках. Он был совсем еще маленький, мелкий тролль. Можно сказать, пацан, хотя и выше Борюсика как минимум на голову. Подскочив к прилавку, он закричал:

— Дядя Сусик! Пирожков не хотите? А то обеденный перерыв.

— А что такое? — насторожился гоблин.

— Сборщик податей идет,— еле слышно прошептал пацан.— Так пирожков не хотите? — уже громче закричал он.

— Я не голоден.

— Как хотите. Пирожки! Кому горячие пирожки? — Юркий «малыш» помчался предупреждать остальные торговые точки Сусика о надвигающейся опасности.

Дальнейшие действия гоблина повергли Борюсика в шок. Он нажал на что-то внизу, и прилавок тут же перевернулся на невидимых шарнирах вокруг своей оси. Вместо ожерелий, сережек, браслетов и колец на нем теперь лежала капуста, морковка, огурцы... та же метаморфоза произошла и с коврами, развешанными вдоль стен торговой палатки. На них теперь висели пучки трав, лук, чеснок...

Взгляд гоблина упал на оборотня. От него не укрылась его отпавшая челюсть.

— А ну иди сюда,— строго сказал он.

Борюсик, будучи еще в трансе, автоматически сделал шаг вперед. В руки ему плюхнулась корзинка с кочаном капусты внутри. Оборотень неуклюже переложил ее в одну руку, так как вторая была занята саблей.

— Язык в задницу засунь и попробуй только лишнее вякнуть,— грозно сказал Сусик,— будешь иметь дело с моими мальчиками. Я продавец, ты покупатель. Понял?

— Угу,— кивнул ошарашенный оборотень.

К лотку подошел сборщик податей в окружении стражи. Видя такое дело, Жак с драконом, наблюдавшие за своим «господином» издалека, переглянулись и, не сговариваясь, прогулочным шагом двинулись к торговой палатке гоблина, по дороге делая вид, что рассматривают выложенный на других прилавках товар.

— Ну что, Сусик? Много сегодня наторговал? — благодушно спросил круглый как шарик сборщик податей.

— Вах! Какой тарговля? — воздел ручки кверху гоблин.— Пакупатэл савсэм нэт! Вот хароший гаспадин капуста купил! Цэлый тры мэдяк дал. Пэрвый пакупатэл за вэс дэн!

— Однако торговый сбор платить надо,— укоризненно покачал головой сборщик податей.

— Вай мэ!!! — начал биться лбом о прилавок Сусик. Длинные уши его мотались вслед за головой, звонко шлепаясь о прилавок.— Какой пазор на мой сэдой голова! Такой уважаэмый чалавэк пришол, а мнэ платит нэчэм!

— Неужели совсем нечем? — растерялся сборщик податей.

— Тры мэдяк всэго натаргавал! Бэри! — Сусик со слезами на глазах грохнул на прилавок три медные монетки.— Пуст май дэти умрут с голоду, но никто нэ скажэт: Сусик нэпарадачный чалавэк!

— Вообще-то ты гоблин,— не выдержав, подал голос Борюсик.

— Тэм болээ! — гневно сверкнул глазами на покупателя пройдоха, не забывая при этом размазывать по мохнатым щекам сопли и слезы. Оборотень заметил, что он при этом опять нажал на что-то под прилавком.

И тут задняя стенка лавки, представлявшая собой ковер с развешанными на нем пучками трав, поползла в сторону, открыв душещипательную картину. Кучка маленьких мохнатых гоблинов сидела около корзинки с гнилой морковкой и голодными глазами глядела на нее.

— Дядя Сусик,— жалобно взмолился один малыш,— можно, я самый гнылой марков съем?

— Вах! С ума сашол? — зло рявкнул на него Сусик.— А вдруг этот марков кто купыт?

Этого зрелища сборщик податей вынести на смог, извлек из кармана пару мелких серебряных монет, кинул их на прилавок.

— Слушай, Сусик, ну нельзя же так! Купи малышам хоть какой еды.

— Вах! Я нэ ныщий! — оскорбился гоблин.

— Ладно, ладно,— замахал руками сборщик податей,— это не подаяние. Я покупаю у тебя вон ту корзину с морковью. Главное, чтоб малыши эту гадость не ели.

Борюсик офигевшими глазами проводил сборщика налогов, за которым стража тащила корзинку с гнилой морковкой, «Ну и аферист,— мелькнуло в его голове.— И ведь не боится, что «добрые» соседи заложат. Почему не боится? Как ни запугивай народ, обязательно кто-нибудь кому надо на ушко шепнет».

Ответ на свой вопрос он получил практически сразу. Гоблин поманил пальцем малыша, только что мечтавшего полакомиться гнилой морковкой. Малыш подскочил к Сусику. В руки ему плюхнулось два кошеля. Один поменьше, другой побольше.

— Это сборщык,— ткнул он пальцем в жидкий кошель,— это тожэ сборщык,— перевел палец на более тугой кошель,— но для...

— Вах! Дядя Сусик! Нэ в пэрвый раз!

— Толко нэзамэтно сунь!

Малыш нырнул под прилавок, вынырнул с другой стороны через какую-то потайную дверцу и помчался догонять сборщика налогов.

— Что ещо гнылой ест? — повернулся гоблин к своим помощникам.

— Капуст намного, лндя (усик.

— Аставтэ на завтра,— распорядился ушастый аферист.— Пуст хот да памойки данэсут за такой дэньга!

Тут взгляд гоблина вернулся к Борюсику, сгружавшему в тот момент корзину с капустой обратно на его прилавок. Глазки продавца просканировали его экзотический наряд и затормозили на сабле.

— Вах! Настаящий гамасский стал! Бэз ножна. Гаспадыну нужэн оружий?

К прилавку подошли Жак с драконом. Ариэль, узнав Сусика, открыл было рот, но гоблин его опередил:

— Гаспадын нэ адын? Вах, дарагой, тэбэ исклучитэл-но павэзло. Здэсь ти найд ли всо дли свой пэри!

Прилавок молниеносно перевернулся овощами вниз, драгоценностями вверх, ковры с травками тоже взлетели под крышу, и внутренность лавки приняла первозданный вид. У Ариэля под чадрой отпала челюсть. Он прекрасно помнил последний доклад своего управляющего о плачевном состоянии бюджета заповедной долины. Ситуацию усугубил Гроф, вынырнувший из ближайшего проулка лабиринтов Авалонского рынка.

— Сусик, здесь тысяча,— кинул он солидный мешочек на прилавок,— те, кто под Косым были, под твою руку просятся. Челом бьют. Это задаток.

— Слюшай, Гроф, ти савсэм дурак! У мэня клыэнт, видыш?

Ариэль начал тихо свирепеть, он понял, что еще немного — и конкретно убьет наглого проныру.

— Повелитель,— пропищал дракон из-под чачвана,— пошли отсюда. Я знаю, ты хочешь сделать меня своей любимой женой, но я не позволю тебе тратить деньги на эту дешевку!

— Ну почему? — растерялся Борюсик.— Вон то ожерелье вроде ничего. Сколько стоит?

— Триста! — подался вперед Сусик.

— Фи, я ж говорю, дешевка,— передернул плечиками дракон, скрипнув зубами.

— Зачэм так гаварыш, красавиц? Это тавар для нищий. Авалон народ бэдно живет. Для хароший клыэнт ест асобый тавар!

Сусик откинул прилавок в сторону, освобождая проход внутрь.