Солнце цвета стали - Дмитрий Казаков

– Нет, – покачал головой Главный Советник По Особым Поручениям, – я знаю свои скромные возможности в военном деле, и еще мне известно, как деретесь вы! Я не видел этого, но мог оценить результат. Впятером и без доспехов перерезать почти два десятка воинов охраны императрицы! Боюсь, что и для русичей это стало бы сложной задачей!

– То есть ты нам предлагаешь сражаться для развлечения? – уточнил Хаук, а Ивар тотчас вспомнил турниры при дворе короля Артура, увиденные им когда-то в Бретланде – красивое, но бессмысленное и глупое зрелище.

– Ради славы и ради денег! – ответил Эраст. – И не всем из вас, а только одному. Самому лучшему, чтобы уж вам не пришлось скрещивать клинки друг с другом. Победитель прославляется на всю империю и получает хорошую награду! Двадцать сотен золотых монет!

– Слава – хорошая вещь, – усмехнулся Арнвид, – и золото тоже. Но оно не нужно мертвому.

– На Играх сражаются не до смерти, – сказал ромей, – лишь до того момента, когда один из противников не сможет биться. Конечно, несчастные случаи бывают. Но нечасто. И знайте, – тут голос его стал вкрадчивым, – что последние пятнадцать лет Игры непременно выигрывал кто-нибудь из русичей. Неужели вы не хотите доказать, что вы лучше?

Нерейд засопел, лицо Арнвида побагровело.

– Мы лучше, и это даже доказывать не надо! – отрезал Хаук.

– Тогда чего же вам бояться? – Эраст хитро улыбнулся. – Кроме того, есть еще возможность заработать в тотализаторе такие громадные деньги, что рядом с ними сам приз покажется крошечным!

– Где заработать? – переспросил Ивар.

Главный Советник По Особым Поручениям вздохнул. По всему было видно, что беспросветная тупость собеседников его изрядно утомила. Но что взять с варваров?

– На каждого из бойцов, заявленных для участия в Играх, принимаются ставки… – устало объяснил он. – Если ты ставишь на фаворита, ну на того, у кого много шансов выиграть, то ставка невелика. И, вложив одну золотую монету, ты в случае его победы получишь всего две. Но когда боец никому не известен, то ставка может быть один к тридцати или даже один к сорока. Так что…

– Все ясно, – прервал суетливого собеседника конунг, – ты хочешь на нас нажиться.

– Да! – честно признался Эраст. – Лишние деньги мне не помешают. Но никто не запрещает и вам поставить на себя.

– Вот именно, никто, – сжал кулаки Нерейд, – и мы ведь должны показать этим грязным русичам, кто тут лучший!

– Хорошо… – после небольшой паузы проговорил Хаук и спросил: – Как там положено биться?

– Пешим, с одним или двумя клинками любого вида. Допускается щит, запрещено метательное и древковое оружие, – сообщил ромей. – Назовите мне только имя вашего поединщика. Я сам все устрою и даже внесу залог.

– Что за залог? – полюбопытствовал Арнвид.

– Он вносится за любого бойца и поступает в казну, если тот оказался недостаточно умел. Без него любой дурак поспешил бы вылезти на арену, размахивая мечом.

– Мы выставим бойца, – сказал конунг, – и им должен стать ты, Ивар.

Ивар ощутил, как сердце на мгновение замерло, а потом запрыгало, словно взбесившийся скакун. В горле пересохло, а мысли спутались.

– Я? – спросил он. – Почему? Я же не самый лучший!

– Один из лучших, – поправил его Хаук и, помедлив, добавил: – Мне в Играх участвовать нельзя, я все же правитель. Берсерков я туда не пущу, из них никто не способен отличить настоящую схватку от потешной. Войдет Сигфред в раж и загрызет врага зубами, так что, его победителем объявят? Сильно сомневаюсь.

Эраст кивнул, показывая, что согласен с конунгом.

– Кто еще? – продолжал рассуждать тот. – Эйрик уже стар, а там придется провести несколько боев за день. Нерейд хорош, но уж слишком склонен к подлостям и уловкам, которые годятся в настоящей схватке, но тут не пройдут. Остаешься ты. Кроме всего прочего, мы все знаем про твою удачу.

– Все верно… – проворчал Ивар. Ему совершенно не хотелось ввязываться в это дело, но повода достойно отказаться не находилось. – Ладно, я согласен… Когда хоть Игры-то?

– Через две недели… – Эраст потер ладони, будто торговец на рынке. – Ну я побежал вносить залог!

– Беги!.. – мрачно изрек ему вслед Нерейд, когда за Главным Советником По Особым Поручениям захлопнулась дверь таверны. – Прирезать тебя при следующей встрече, что ли?

– Успокойся, ради Тунда! – сердито оборвал его Ар-нвид. – А ты, Ивар, больше не пей пива! Придется две недели без него обходиться!

– Это еще почему?!

– Тебе предстоит бой, в котором ты будешь отстаивать честь всей нашей дружины, да что там, – эриль махнул рукой, – всех Северных Земель! И я не допущу, чтобы какая-нибудь мелочь вроде трясущихся рук или сбитого дыхания тебе помешала! Будешь пить только воду и упражняться с оружием от рассвета до заката!

– Хорошая мысль, – согласился конунг, и в его словах самый искушенный слушатель не уловил бы и тени насмешки. – Так что это приказ!

Ивар тяжело вздохнул.

– Какое счастье, что для Игр выбрали не меня! – Нерейд ехидно ухмыльнулся и принялся пить пиво, нарочито громко причмокивая.