Коринн из Некрополиса - Дарья Кошевая

— Ренар, — представился вошедший, когда молчание стало угрожающе затягиваться. Николас, и без того мрачный, вовсе скривился, словно незнакомец только что произнес оскорбительное слово.

— Тот самый? Крысолов, значит?

— Так меня тоже называют, — спокойно отозвался Ренар.

— Вот дела-а, — присвистнул Алан, и было не понятно, чего в нем больше, беспокойства или восхищения. и все-таки парень покрепче сжал свой посох.

Ренар повернулся к девочке:

— Давай с тобой прогуляемся и ты мне все расскажешь, хорошо?

Таис кивнула и кинулась за верхней одеждой. Коринн раздумывала, как бы невзначай напроситься с ними. Или не нужно? с одной стороны ей хотелось остаться дома и допытаться у Ника, почему он назвал Ренара «Крысоловом» и откуда про него слышал. с другой — прогулка с самим Ренаром вдохновляла гораздо больше, и пусть она совсем не знает, что говорить. а с Ником она и позже успеет побеседовать. Решено!

Но не вышло. Стоило ей потянуться за плащом, Николас грубо — во всяком случае, так показалось Коринн, — спросил, куда это она направляется. и Коринн, растерявшись, пролепетала, что хочет навестить родителей.

— Что такого? Я давно их не видела!

— А, ну да…

И уже шагая по дороге, она раздраженно подумала, что оправдываться было совсем не обязательно. Кто такой этот Ник, чтобы задавать ей подобные вопросы?..

Дети лет пяти играли в саду мадам Грюфон, устроившись на покрывале среди кустов жимолости. Коринн не сразу поверила глазам — так подросли родители за несколько дней, что они не виделись.

И правда, стоило приходить чаще.

Они складывали плюшевых игрушек друг на друга и весело смеялись, когда сооружение начинало заваливаться в сторону. Коринн подошла поближе.

— Привет, э… отличная башня!

— Мы хотим сделать ее высокой-высокой, — важно пояснил Мэт.

— Да, — подтвердила Лионель, тряхнув заплетенными в косички волосами. Коринн подняла с земли игрушечного серого паука и пристроила его на верхушку «башни».

— Так быстро растете, это здорово! Скоро будете взрослыми!

Мэт широко улыбнулся:

— Я росту очень быстро!

— А я росту быстрее тебя! — заспорила девочка.

— Нет, я быстрее!

— Нет, я!

— А потом вернетесь домой и снова станете учеными, да? Скорей бы уже… Вы не представляете, сколько всего случи…

— Я буду воскресителем! — перебив Коринн, заявил Мэт и хлопнул себя раскрытой ладонью по груди.

— А я буду печь торты! — воскликнула Лионель.

Торты? Мама никогда не интересовалась выпечкой!

— Торты! — подтвердила девочка. — Большие! с шоколадом! И, — она немного подумала, возя желтой змеей по траве, — с ореховой пастой!

— Не бывает тортов с ореховой пастой!

— Бывает!!!

— А вот и нет!

— А вот и да!

Громкие возмущенные препирательства привлекли внимание мадам Грюфон, и она выглянула из дома, вытирая руки о передник.

— Не ругайтесь! Сколько раз вам говорить… О, Коринн, здравствуй. Поднимись-ка ко мне.

Коринн обернулась на родителей — они дулись друг на друга, но молчали, без прежнего энтузиазма складывая «башню».

Немного растеряно, она побрела в соседский дом. Мадам Грюфон ждала возле окна в гостиной, теребя ярко-красные бархатные шторы. Передник она сняла, и теперь он висел на ручке кухонной двери. Коринн остановилась перед женщиной, гадая, зачем ее позвали.

Может мадам Грюфон больше не хочет воспитывать маму? Что ж, если так, я возьму Лионель к себе. Выгоню всех из башни, и приведу ее домой. Так будет даже лучше! Наверняка, она даже быстрее повзрослеет в привычной обстановке!

Или дело в чем-то еще? Какие-то проблемы с родителями? Да нет, какие с ними проблемы… Почему она так на меня смотрит?

Соседка покусала бесцветную губу.

— Знаешь что? Хм. Ладно, не буду ходить вокруг да около. Думаю, тебе пока не стоит приходить сюда.

— Извините?..

Коринн показалось, что она ослышалась. не могла же мадам Грюфон в самом деле сказать такое вслух… Но та смотрела серьезно, насупив брови, что не располагало к шутке.

— Пока они еще маленькие. Знаешь, скажу прямо, боюсь ты плохо на них повлияешь.

— Я???

— Ходят слухи. Разные слухи, ох, не хочу даже думать об этом. Что ж, раз ты спрашиваешь моего мнения, скажу как есть. Ты, Коринн, связалась с преступниками и поселила их у себя! У нас на верхних улицах никогда не дежурили наблюдатели, а теперь ходят здесь, будто к себе домой! а еще эта Арлетта Крылоусс! Шныряет тут! Пусть лучше сидит в своей башне, вот что я думаю!

— Но родители всегда общались с Крылоуссами!

— То родители, а то… Словом, я не хочу, чтобы оборотни разгуливали возле моего дома. Мало ли, что придет им в голову!.. Да-да, пусть сидят в своей конуре, как сидели всегда. а если уж ты зовешь к себе такой сброд, то им стоит выбирать другую дорогу, а не ходить мимо моей башни! в общем, сама должна понимать, что тебе не стоит приходить к детям. Я поговорила с Бедуа, они полностью со мной согласны.

— Вы хотите сказать, что я плохо влияю на СОБСТВЕННЫХ РОДИТЕЛЕЙ?

Мадам Грюфон поморщилась.

— Не надо так кричать, девочка. Ужасные манеры, и кто тебя только воспитывал?.. Если хочешь знать, то в общем и целом… да, именно так я и сказала. Именно так.

Коринн показалось, что ей перестало хватать воздуха. Она слепо побрела к выходу.

— Да ты не расстраивайся. Я что ж, не понимаю, первая жизнь. Сама в твои годы ух в каких компаниях черные ритуалы проводила! Да вам и не снились те демоны, которых мы вызывали!.. А, вот еще что сказать хотела, искал тебя вчера утром один некромант.

Коринн сразу подумала о Ренаре, но вчера утром он вряд ли стал бы ее искать. Если вообще стал бы. Нет, конечно не он. Тогда кто?

— Какой еще некромант?

— Солидный такой мужчина. Имени не знаю, никогда раньше его не встречала. Я вчера возвращалась с рынка, а он стоял напротив твоей башни, возле указателя. Ну я и поинтересовалась, что ему нужно. а он говорит, мол ищу Коринн Тирс, а вокруг дома одни мороки и дверь никто не открывает. Спрашивал, где ты можешь быть, да кода приходишь и все в таком духе. Вроде как, вы с его сыном учились вместе… Эй, девочка! Куда это ты пошла, не попрощавшись?! Надеюсь, усвоила то, о чем мы сегодня говорили? Нет, все-таки манеры у тебя отвратительные…

Всю дорогу обратно Коринн разрывалась между мыслями о родителях и о том, что ее возможно разыскивал отец Фиакра Воронье. Которого она никогда в жизни не видела, но уже воочию представила со слов Никто.