Тайна похищенной башни - Александр Рудазов

– Потерпи! – крикнула в ухо Стефания. – Приземлимся, будет легче!

Действительно, дышать стало немного легче. Зато подошвы туфель тихо зашипели. Ступням стало горячо. Очень горячо. Чертанов в ужасе уставился себе под ноги, боясь даже предположить, насколько раскалена здесь земля. Кажется, еще чуть-чуть – и сваришься живьем.

– А здесь где-нибудь есть тенек?.. – сдавленно взмолился он, приплясывая на одном месте в подобии чечетки.

– В Аду?! – приподняла брови Стефания. – Не смеши меня, смертный!

Чертанов посмотрел на нее с неприкрытой ненавистью. Судя по посвежевшему лицу и расслабленной улыбке, чертовка от этой жары не только не страдает, но даже получает наслаждение. Босые ноги совершенно безбоязненно ступают по раскаленной докрасна почве, тоненький хвост игриво покачивается туда-сюда…

– Я дома… – с удовольствием вдохнула горячую вонь Стефания. – Хорошо-то как…

– Хочу обратно на Эйкр, – тоскливо пробормотал Чертанов. – На «Чайку». В океан. К неграм-людоедам. К Петру Иванычу. Зачем я вообще согласился сюда ехать?!

– Заткнись и иди за мной, – скомандовала Стефания. – Будешь ныть, брошу. И делай, что хочешь.

Чертанов испугался. Очень испугался. Ему хватило одной секунды, чтобы полностью осознать весь ужас ситуации, если Стефания бросит его одного.

Он же не где-нибудь – он в столице Ада!

– Скажите мне, что я сплю!.. – отчаянно взмолился Чертанов.

– Ты спишь, – равнодушно сказала Стефания.

– Правда?! – выпучился на нее Сергей.

– Нет, конечно.

Чертанов снова пал духом.

Лесур Марин высадил их на ровной площадке, рядом с отвесно вздымающейся скалой. Если ухитриться по ней вскарабкаться – окажешься за пределами Пандемониума, на бесконечной багровой равнине под кровавыми небесами. А здесь… здесь город. Город чертей. И их не просто много – их чертовски много.

Еще больше разве что людей. Куда ни глянь – тьмы и тьмы обнаженных изможденных грешников. Вон там жирный черт сопровождает группу доходяг, весело подгоняя их бичом с семью хвостами. Немного дальше – громадная многоножка, которую несут на плечах двести с лишним человек. Еще чуть дальше идет строительство – возводят здание из сухого песка. Занятие нелегкое – кроме песка нет ничего, даже воды. Приходится использовать собственные слюни, чтобы хоть как-то продвигаться.

– Это они зачем?.. – не удержался от вопроса Чертанов.

– Это те, кто мухлевал со стройматериалами, – равнодушно ответила Стефания. – Поставлял плохие кирпичи или бетон. Вот теперь они сами строят дом – из песка. Когда достроят, смогут отдохнуть. Но я не думаю, что это будет скоро.

– Вот бедняги…

– Это еще только те, кто мухлевал по чуть-чуть. Во Втором Круге жулье покрупнее – они тоже строят дом, но не из песка, а из жидкого дерьма. А в Третьем Круге самые крупные – эти строят из собственных внутренностей.

– Ой… – невольно поежился Чертанов. – А сейчас мы, что же, в Первом Круге?

– Да, это Первый Круг. Как тебе?

– М-м… миленько, – с трудом выдавил из себя Чертанов. – Да, точно, миленько. А почему ваша столица расположена в громадной яме?

– Яме? – приподняла брови Стефания. – Это тебе не яма, смертный. Это место появилось здесь после падения Люцифера. Когда архангел Михаил его швырнул, тот врезался в землю с такой силой, что породил воронку размером с небольшой материк. Здесь и разместился Пандемониум. И здесь я живу и работаю, так что осторожнее с критикой.

– А где ты работаешь?

– Далеко. Огненное Озеро под номером двадцать девять.

– И кого там пытают?

– Самую мелочь. Тех, кто замышлял совершить преступление, но отказался от своего намерения из-за страха попасться.

– Всего лишь замышлял?.. И все?..

– Ну да. У нас судят не по уголовному кодексу, знаешь ли. Здесь намерение приравнивается к проступку. Хотя и в меньшей степени.

– И как у вас за это наказывают?

– Да ерунда. У нас на двадцать девятом условия божеские. Всего-то девяносто восемь по Цельсию, даже кожа почти не слезает. По сравнению с другими – так просто курорт. И сроки короткие – пару годиков попарился, и свободен. К нам любой мечтает попасть.

– А если отказался от преступления не из-за страха, а потому что понял, что так нельзя?

– То есть раскаялся в греховных помыслах? Тогда это вообще не к нам, а наверх. Такое записывается в плюс, а не в минус.

Чертанов вздохнул, в тоске озираясь вокруг. Мимо протопал здоровенный бес с козлиными рогами – на человека даже не глянул, а вот Стефании приветливо оскалился, даже рыкнул что-то дружелюбное, протягивая лапищу…

– За задницу не хватать!.. – взвизгнула чертовка, отскакивая в сторону.

На лицо бугая набежала тень. Он втянул голову в плечи и зашагал дальше, по пути раздавая тумаки грешникам.

– Бесы… – поджала губы Стефания. – Терпеть их не могу…

– А тот, что нас подвез, вроде приличный был… – подумал вслух Чертанов. – Или он не бес?

– Бес. Но третьего ранга. А этот здоровый – первого, как и я. Бесы первого ранга – живое воплощение тупизны. И все жутко озабоченные. Они ведь ближайшая родня сатирам. Слышал про сатиров?

– Слышал кой-чего… – промямлил Чертанов.

На самом деле он ничего про них не слышал, но признаваться не захотел.

Прошло сколько-то времени. В отсутствие солнца и часов сложно сказать, сколько именно. Стефания шла весело, разве что не приплясывая. Чертанов кое-как тащился следом, едва не падая от изнеможения.

Жара одуряющая. По спине градом катится пот. Горячий, обжигающий. Волосы уже мокрые – пот течет по лицу, попадает в рот, оставляя соленый вкус. Дышится тяжело, мучительно.

– Сколько здесь градусов? – прохрипел Чертанов через силу.

– Семьдесят один по Цельсию, – приветливо ответила Стефания. – Прохладно что-то сегодня. Обычно бывает теплее.

По крайней мере земля уже не обжигает прямо сквозь подошвы, как раньше. То ли стало чуточку прохладнее, то ли просто притерпелся. Скорее второе. Чертанов с грустью подумал, что по возвращении наверняка придется лечиться от ожогов. Стопы ужасно болят.

Он сделал еще шаг и пошатнулся. Перед глазами поплыли круги, спину как будто облили ледяной водой. Чертанов замер и плотно зажмурился, ожидая, пока пройдет дурнота.

– Что с тобой? – брезгливо поинтересовалась Стефания.

– Мне плохо…

– Плохо? – приподняла брови чертовка. – Это тебе-то плохо?

Чертанов слабо кивнул. Стефания цокнула языком и повела рукой, указывая на варящихся в адском котле грешников.

– Видишь их? – ехидно осведомилась она. – Вот им – плохо. А ты… ты просто кривляешься. Двигай ногами.