Вечный Странник - Ирина Сербжинская

Тильвус и Сидор чинно перешли дорогу и спустились к кинотеатру, возле которого толпились зрители. Аппетитно пахло жареным – рядом с кинотеатром стояли киоски, где вовсю шла торговля горячими чебуреками и холодным пивом. Зрители давились в очереди за пирогами так, словно выбирались в кино только затем, чтобы перед сеансом как следует поесть. Принюхиваясь к заманчивым запахам, приятели миновали кинотеатр и направились дальше.

– На обратном пути чебуреков купим, – пообещал Тильвус, заметив, какие взгляды Сидор бросает в сторону киосков с надписью «Пирожки горячие». – Народ в кино уйдет, очереди не будет.

Тот кивнул.

Они свернули на тихую улицу и вскоре оказались возле серого унылого здания. На крыльце Сидор неловко потоптался и потянул на себя тяжелую стеклянную дверь. Они зашли внутрь, по привычке опасливо косясь по сторонам, хотя охранников тут никогда не было и с улицы заходил самый разнообразный народ. Офисы здесь сдавались в аренду, и все пять этажей здания были забиты какими-то конторами. Фирмы – распространители чудо-средств для похудения соседствовали с туристическими компаниями. Школа испанского языка размещалась напротив кружка, где учили танцам живота. Клуб разведения бульдогов находился как раз напротив вывески «Продажа колготок по оптовым ценам». В кабинете, расположенном по соседству, по выходным проводились бесплатные курсы по изучению Библии.

На пятом этаже помещалось местное отделение Красного Креста, получившее две комнаты в центре города лишь благодаря чьей-то спонсорской помощи. Туда-то и направлялись Тильвус с Сидором. Первым знакомство с сотрудниками этой замечательной организации свел Сидор, потом познакомил с ними Серегу и Тильвуса, и с тех пор раз в два-три месяца приятели считали своим долгом нанести визит вежливости.

Возле дверей лифта они остановились. Подниматься на пятый этаж на лифте маг категорически отказывался: темная, тесная и обшарпанная кабина будила в нем крайне неприятные воспоминания о пыточных застенках, где Тильвусу когда-то довелось провести немало времени. Сидор же, напротив, с удовольствием покатался бы на лифте, но не был уверен точно, какую кнопку следует нажимать, а поэтому из солидарности с приятелем тоже отправился пешком.

Две маленькие комнатки Красного Креста находились в самом конце коридора, а сразу возле лифта располагался офис Комитета солдатских матерей, возле которого частенько крутились тощие юные солдатики с перепуганными глазами. Комитетом заправляла решительная дама с крутым перманентом, ухитрявшаяся держать в страхе все военное начальство округа.

Приятели прошли пыльным гулким коридором, и Сидор робко постучал в стеклянную матовую дверь. Дверь тут же распахнулась – на пороге стояла девушка.

– Здравствуйте, Сидор! – сказала она. Сидор страшно сконфузился, он никак не мог привыкнуть, что Аня, сотрудница отделения, называет их с Тильвусом на вы. – Вовремя подошли, как раз вчера одежду привезли. Заходите!

Апартаменты, оплаченные Красному Кресту щедрым спонсором, были небогаты. В комнате стояли стол, несколько пластиковых стульев да тяжелый металлический сейф. На стене висел большой портрет Анри Дюнана, основателя Красного Креста.

– Сейчас соберу вам что-нибудь, – сказала Аня. – Присаживайтесь, подождите пока. Одна я сегодня, так что… Марь Михална на дачу внука повезла, а Катя поехала портфели закупать, к первому сентября уже готовимся.

Она достала пластиковые одноразовые стаканчики, налила кипятка, бросила по пакетику заварки, придвинула коробку с печеньем.

– Угощайтесь, – рассеянно предложила Аня. – Ежегодную акцию готовим – «Помоги собраться в школу». Вместе с отделом соцзащиты. Для малообеспеченных родителей, у кого денег нет, чтобы детишек в школу собрать. Много таких! А то учебный год начнется, а ребятня так и будет по улице болтаться.

Она задумалась.

– Даже и не знаю, есть от этого какой-то толк? – Аня вздохнула. – Мы родителям-то деньги не даем, а привозим вещи для детей. Думали, так лучше будет. А родители и портфели, и учебники сразу же продают, а деньги пропивают. И что с ними делать?

Она подлила Сидору чаю.

– Завтра поеду в «Призма-банк» деньги просить на беспризорников. Вот как вы думаете, если я скажу, что это для детей, дадут? Ведь нужно же им как-то помочь! Ведь они же не чужие, они в нашем же городе живут!

Тильвус улыбнулся.

Аня не делала никаких различий между людьми и одинаково разговаривала и с вокзальными бомжами, и с чиновниками, и с банкирами. Знаменитый призыв Дюнана «Все мы братья» Аня воспринимала буквально и старалась воплощать в жизнь принципы движения Красного Креста.

Тильвусу она напоминала диллерийку.

Диллерийки, женщины, ходившие в длинных темно-серых платьях, с белыми передниками и ниспадающими до земли белыми же покрывалами, принадлежали к Ордену Диллери, покровительницы всех, кто нуждался в защите и помощи. Дав обет милосердной Диллери, они всю жизнь служили великой цели: помогали страждущим, облегчали людские немощи. Обители диллериек были почти в каждом городе. Находясь под защитой своей богини, диллерийки ухаживали за больными проказой, бесстрашно вступали в зачумленные селения – и страшные болезни обходили стороной этих женщин. Они помогали раненым на поле сражения: людям и нелюдям, своим и чужим, не делая никакого различия между ними. В этом их убеждения полностью совпадали с теми, которых придерживался великий гуманист, основатель Красного Креста. Как известно, одним из принципов основанной им организации он провозгласил беспристрастность.

Пока приятели распивали чаи, Аня вышла в другую комнату, заваленную тюками с одеждой. Из дверей тянуло едва уловимым запахом плесени.

– Одежду собрали для северного района, наводнение у них было в прошлом месяце, – говорила Аня, распаковывая огромный баул. – Сейчас вам найду что-нибудь. Обуви нет пока что, но к зиме будет обязательно.

Вскоре она появилась с охапкой тряпья в руках.

– А в прошлый раз вас вроде трое было? – спросила Аня. Она положила вещи на стол и присела, отыскивая в недрах его полиэтиленовый пакет. – Вот, возьмите. Сложите сюда одежду. В августе теперь приходите или в сентябре. Будем акцию проводить «Зима на пороге», теплую одежду собирать.

– А это Серега с нами был, – пояснил Тильвус, запихивая в пакет одежду. – Спасибо большое!

– Его на днях сестра, это самое, домой забрала. – Сидор, конфузясь, взял печенье, громко хрустнул, смутился и покраснел.

– Сестра?

– Ну да, – пояснил Тильвус. – Она его сперва из дома выгнала, а вчера вот приехала. Отыскала и домой увезла. Вспомнила о брате.

– Это хорошо, – благодушно проговорил Сидор. – Так что Серега, значить, теперь дома живет, телевизор смотрит. Хорошо, что сестра о нем вспомнила!

– Да уж… – неопределенно протянул Тильвус.

Аня быстро взглянула на него и отвела глаза.