Огненная звезда и магический меч Ренгвальда - Сергей Самаров

– Ты что, разучился пользоваться треугольником? – с удивлением подсказала старуха.

– Треугольник этого не показывает. Я пробовал…

Торбьерг от удивления даже встала, уставившись куда-то в черную стену и шамкая беззубым ртом, словно заклинание читая. Гунналуг ждал молча. Наконец старуха заговорила:

– Не бывает такого, чтобы треугольник не ответил… Если хорошо сконцентрироваться, он даже прошлое и чуть-чуть будущего показывает. Не всем, но некоторым показывает.

– Бывает. Но на этот вопрос он не отвечает.

– Ты полностью уверен? Ты хорошо делал треугольник? – Она уже, тупая старуха, начала надоедать Гунналугу всерьез.

Ответ на такой вопрос колдун посчитал излишним. Он каждый день делает по десятку треугольников, и все они показывают ответы на его вопросы. И только два вопроса остаются без ответа – кто атакует его и как подпитаться.

Торбьерг опять замолчала надолго. Села на сосновую колоду, свое привычное место, и молча думала, шевеля беззубым ртом, произнося какие-то заклинания. Это могло длиться бесконечно. Теперь уже Гунналуг не выдержал.

– Что, собственный язык разжевываешь?

– Мерлин ставил защиту от глаза треугольника. Накладывал большую желтую печать. Больше никто этого не умеет, и заклинание знает только Мерлин. Ни один колдун в мире. Для такой защиты нужна сила не в пример твоей и моей вместе взятым.

– Ты хочешь сказать, что Мерлин…

– Мерлин уже слишком стар, чтобы ввязываться в эти игры. Он на две сотни лет старше меня. А мне тоже, кажется, уже много больше ста.

Она опять задумалась. И опять терпение Гунналуга не выдержало:

– Что думаешь? Скажи… Подумаем вместе…

– А ты не знаешь сам, когда треугольник не будет показывать? – спросила она мрачно.

– Родился и уже вошел в силу Хозяин? – вспомнил Гунналуг старое предсказание, что некогда родится колдун, по силе превосходящий всех своих предшественников многократно. Этому колдуну не нужны будут никакие заклинания. Он станет Хозяином всех магических процессов и будет менять их мыслью по своему усмотрению. Только лишь мыслью. И бороться с Хозяином методами колдовства будет невозможно. Ему можно будет только служить, но на службу он будет брать не всякого. Определить Хозяина просто – магический огненный треугольник не будет его показывать.

– Все ученые колдуны в один голос говорили, что этого быть не может и Хозяина выдумали маги земли Туле, чтобы пугать других колдунов, – задумчиво сказала Торбьерг.

– Но треугольник его не показывает. Значит, или Хозяин, или Мерлин…

Старуха вздохнула горько, помолчала, потом сказала:

– Я слишком долго живу… Я устала… Я могу решиться…

Гунналуг вспомнил еще одно предание, связанное с первым, и понял ее. Но от этого понимания волосы у колдуна зашевелились, и ощущение было такое, что под кожей головы, во множестве расплодившись, ползают какие-то мелкие и шустрые червячки. Это был животный страх…

– Двойной треугольник?

– Я сделаю это… Я сделаю… Это лучше, чем умирать на колу, но умирать когда-то надо… Особенно, когда жить устаешь… А я устала… Я устала на тебя бездарного смотреть… Лучше так…

И она сняла с пояса мешочек с магическим порошком…

Гунналуг затрепетал и отвернулся, чтобы не видеть, как старуха наложит один на другой два огненных треугольника. Вернее, он не желал видеть то, что треугольники покажут, в надежде, что и его не увидят с другой стороны. И даже к стене отошел…