Соколиная магия - Андрэ Нортон

— Я велел тебе подождать моего возвращения с этим делом, — сказал он полуворчливо. — А теперь застаю тебя в грязи. Не такой я думал увидеть тебя снова…

Она со слезами бросилась в его объятия, едва не сбив его с ног.

— Эйран, Эйран, чуть сдержанней! — Он рассмеялся и повернул ее голову. И сразу стал серьезным. Это не слезы радости. — В чем дело? Что случилось?

— Дженис…

Не так она хотела рассказать ему — спокойно, без страха и паники, которые ощутила во время рассказа Эйдин. По мере ее рассказа он начал дрожать. Они опустились на колени, обнимая друг друга, и Эйран рассказала все, что знает, что узнала с того вечера.

Тогда он встал, подняв и ее на ноги, и они пошли в дом. Здесь он сел за стол, и по привычке Эйран поставила на огонь чай. Смельчак уже сидел на насесте, он забил крыльями и приветственно закричал.

— Сколько вооруженных всадников? — холодно спросил Ярет.

— Пятеро, сказала Эйдин. Пять мужчин, одна женщина, шесть девочек.

— И женщина была в сером? Ты уверена?

— Так сказала Эйдин. Я сама их не видела. Я.., я уходила.

Он нахмурился.

— Ты оставила Дженис одну?

— Я не в первый раз так делала. Я была нужна в другом месте в деревне. Дженис всегда присматривала за домом до моего возвращения.

— А где ты была?

— Бельду избили.

Ярет ударил кулаком по столу.

— Этот никчемный человек! Ты ухаживала за его избитой женой, а в это время ведьмы Эсткарпа украли мою дочь… — Он начал вставать. — Я его убью…

— Нет! — Эйран снова усадила его. — Это ничего не даст! Что это значит — ведьмы Эсткарпа?

Он нахмурился. Под глазом у него задергалась мышца.

— Никто другой не может быть. Женщина в сером, вооруженные мужчины, дети — все девочки?

— Так сказала Эйдин.

— Тогда нет сомнений. Ведьмы почти все погибли от напряжения, когда устроили этот Поворот и разрушили Гнездо. Многие в Эсткарпе надеялись, что они все погибли. Теперь они пытаются восстановить свои ряды, крадут дочерей у ничего не подозревающих…

— Но они не могли ждать, пока родители всех шести девочек будут отсутствовать…

Ярет встал. Теперь от него исходила решимость.

— Прошло много времени, след будет совсем холодным. Но неважно. Я знаю, куда они увезли ее. Я отправляюсь в город Эс и привезу дочь назад.

— Ты не поедешь один.

— Почему?

— Потому что она моя дочь не меньше, чем твоя! — свирепо посмотрела на него Эйран, не сознавая, что прижала руки к животу. — Даже больше, чем твоя. Я носила ее в животе все эти месяцы! Я выносила ее. Моя боль выпустила ее в мир. Ты думаешь, я не отправилась бы за ней в ту же минуту? Но я считала, что должна подождать тебя. А теперь ты считаешь, что можешь оставить меня? Никогда! Я еду с тобой, и это окончательно!

Ярет посмотрел на нее желтовато-карими глазами, свирепыми, как глаза сокола, Смельчака. Другой человек, даже воин, мог бы дрогнуть под этим взглядом; Эйран представляла себе, что так происходило много раз в прошлом, когда на пути сокольничего вставал кто-то. Не то, что простая женщина. Но она не просто женщина, она жена Ярета и мать Дженис, и она отправится с ним и потребует своего ребенка у тех, кто его увез.

— Я не хочу, чтобы Рангин нес двойную тяжесть до города Эс, — сказал Ярет.

Ноги Эйран слегка задрожали; она боялась, что он найдет способ удержать ее на месте, не брать с собой.

— Ты забыл о Дорни. Дай мне несколько минут на подготовку.

Он отвел взгляд.

— Я теряю время, дожидаясь тебя.

— Лишний час ничего не изменит. Ты только что вернулся, проведя неделю в горах. И кое-что должен сделать, прежде чем снова уходить.

— Ну, хорошо, — неохотно согласился он. — Один час.

Эйран давно уже подготовила свой спальный мешок и остатки продовольствия, выложила рубашку и брюки, чтобы надеть их в дорогу, а также плащ поверх. Она торопливо смыла грязь и переоделась. Потом взяла на руки Прыгуна и торопливо пошла к соседке.

— Присмотришь за ним? — спросила она у Эйдин. — Мы уезжаем за Дженис, и не знаю, когда вернемся…

— Конечно, — ответила Эйдин. Она взяла кота на руки и погладила. — Я пошлю Хефина заканчивать посадку в вашем огороде и присмотрю за ним до вашего возвращения. Ни о чем не волнуйся. Будь осторожна.

Дороги в наши дни не безопасны.

— Знаю, знаю. Но мы вернемся.

— Удачи.

— Спасибо. У меня предчувствие, что она нам понадобится.

Она побежала назад, в маленькую конюшню. Ярет уже накормил Рангина и торопливо почистил его.

Смельчак ждал, сидя на балке чердака, и Ярет свистнул. По этому сигналу сокол слетел и сел на седло.

Ярет тоже сел верхом.

— Подожди… — сказала Эйран.

— Ты должна поторопиться, если хочешь ехать со мной. — Ярет подтолкнул Рангина, и торгианец вышел из стойла. Некогда он при этом приплясывал и мотал головой, словно показывая, что долгий путь и охота для него ничего не значат. Но годы начали сказываться на коне, как и на Смельчаке. Сейчас сокол предпочитал оставаться на насесте, а не взмывал в небо при любой возможности.

Эйран торопливо закрепила на спине сумку. Надела узду на Дорни и села ему на спину, жалея, что у них нет второго седла. К тому времени, как она вывела спокойного неторопливого мерина на аллею, Ярет был уже далеко впереди, и она знала, что большую часть пути до города Эс будет смотреть ему в спину.