Темногорск - Роман Буревой

– А я думал, надо ставить подпись кровью! – вполне серьезно сказал водный колдун.

Каждый взял бумагу и, следя краем глаза друг за другом, подписал.

«В чем же они меня накололи?» – раздумывал Роман, отдавая расписку главе Синклита.

– Ну что ж, надо выпить за сделку, – объявил Гавриил.

Он налил коньяку себе и Аглае, водный колдун плеснул в третий фужер воды из серебряной фляги, заговорил на спирт.

«Все это мне очень не нравится… – Роман чокнулся с коллегами. – От этих бумажек за версту несет подлостью. Аглая Всевидящая, прорицательница… Что же такое мерзкое она увидела в моем будущем? Она же ошибается через два раза на третий… А вот смерть предсказала!»

В этот миг его взгляд встретился со взглядом Аглаи. Романа будто током ударило.

«Неужели? Две недели? И только… Вот сука!..»

* * *

Выйдя от Гавриила, Роман чуть ли не бегом припустил домой.

На углу Дурного переулка стоял, прислонившись к столбу, человек в черном кожаном плаще. Заслышав шаги бегущего, неизвестный выступил вперед, щелкнул пальцами. Синий всполох осветил бледным светом улицу и тут же погас.

«Колдован!» – Роман вытянул в сторону стоящего у фонаря человека руку с перстнем-оберегом.

Но тот, похоже, не собирался нападать. Напротив, отступил в сторону Дурного переулка. Что и понятно: колдовану в одиночку не под силу тягаться с полновластным повелителем стихии.

«Откуда их столько в последние месяцы развелось в городе? – раздумывал Роман, направляясь дальше – к своему дому. – Поточное производство открыли, что ли? Надо будет поставить вопрос на заседании Синклита…» И мысленно добавил, вздохнув: «Если успею!»

Впрочем, вопрос этот поднимался на Синклите уже раз пять или шесть, да все без толку. Обучение колдованов было делом прибыльным и совсем не хлопотным, многие члены Синклита получали за обучение хорошие деньги и не собирались от своих доходов отказываться из-за призрачной угрозы. Однако никто так и не озаботился проблемой: что станется с Темногорском, если число колдованов превысит число колдунов?

Роман отворил ворота и кинулся в гараж. Через несколько минут он вывел из «конюшни» синий «Форд» – подарок Алексея.

Колдуну в этот миг казалось, что никаких двух недель нет в его распоряжении. А есть всего несколько часов. Аглая могла говорить о двух неделях для отвода глаз. Иначе зачем на ночь глядя устроил Гавриил эту встречу, почему не подождал до утра?

Значит, утром поздно может быть – напрашивался простой ответ.

Роман коснулся серебряного кольца-оберега с зеленым камнем. Оберег молчал, не граял про опасность. Получалось, что хотя бы несколько часов в запасе имелось. Для сильного колдуна это очень много. Тогда – вперед. Размышлять будем по дороге, пока машина мчится в родную деревеньку Пустосвятово. Полночь уже миновала, ночной морозец покрыл мокрый корявый асфальт ледяной коркой. Из-под колес летели ледяные осколки.

«На такой дороге очень даже просто сломать шею», – подумал колдун и сбавил скорость.

Ни одной машины не попалось ему навстречу, никто не обогнал. Уже после того как мелькнула у дороги надпись «Пустосвятово», колдун почувствовал: немеет палец, окольцованный оберегом.

«Успею!» – сам себя подбодрил колдун и свернул на грунтовку, ведущую к кладбищу.

У подножия холма с деревенским жальником он оставил машину. Рука сделалась будто чужой уже до самого локтя. Освещая дорогу фонариком, Роман побежал наверх. Вообще-то колдун и в темноте видел неплохо. Но сейчас решил не рисковать: ямина под ногой или предательский камень могли воплотить в реальность предвидение Аглаи. Особенно если камень этот или ямину кто-то из недоброжелателей заговорил. Луч фонарика выхватывал из темноты покосившиеся старые кресты и новые гранитные обелиски. С некоторых пор пустосвятовское кладбище стало модным местом. Бытует мнение, что здесь особенная земля, и лежать в ней «покойно». Свободного места на горушке не так уж и много, потому старые могилы срывают и ставят поверх них роскошные новые надгробия.

Как ни торопился Роман, около одного из обелисков задержался на пару минут – попросту не смог пройти мимо. На двухметровом черном монументе, огороженном кованой решеткой и укрытом добротной крышей, изображен был импозантный мужчина в полный рост, а на заднем фоне белели фонтан и любимый «Мерседес». Роман прочел надпись на камне: «Роман Больколюк». Отродясь никаких Больколюков в Пустосвятове не проживало, тем более Больколюков, которым по карману было купить «мерин» и установить подобный обелиск. Совпадение же имен водного колдуна поразило. Это был еще один знак, еще один тревожный звоночек.

Роман шагнул к могиле, просунул руку между коваными завитками решетки (один из них тут же заржавел и ссыпался на землю рыжей трухой) и коснулся черного камня. Фонтан ожил, зажурчал, смывая «Мерседес». На месте шикарной машины под действием фальшивых струй проступил кургузый «жигуленок». Роман хмыкнул, на минуту вообразил растерянность и ярость наследников и направился к могиле деда.

Сиротливый холмик никто не посмел потревожить, хотя и всех примет у могилы – камень без надписи да скромная оградка. Кто-то недавно приходил на могилку, прибрал после зимы да оградку покрасил. Неужто мать вернулась в Пустосвятово?

Роман постоял минуту-другую возле камня, потом прошептал:

– Надеюсь, ты вовремя меня предупредил, деда.

Сдвинуть самому камень колдуну было не под силу, пришлось плеснуть на гранит пустосвятовской воды из серебряной фляги и прошептать нужные заклинания. После чего Роман легко, почти играючи, поднял камень весом не менее двух центнеров и понес с кладбища. Плохо было лишь то, что рука с оберегом все больше немела – значит, времени изменить судьбу оставалось впритык. А надобно было еще добраться до перекрестка.

Загрузив камень в багажник, колдун поехал назад – к пересечению узенького колдобистого шоссе с почти непроходимой грунтовкой. Мысленно Роман уже не в первый раз прокручивал недавний разговор с Аглаей Всевидящей: не промелькнуло ли нечаянное указание на точное время? Впрочем, знала ли роковой час сама Аглая?

«Итак, заключим соглашение сейчас, до рассвета», – всплыло в памяти.

Проговорилась все-таки!

До рассвета оставалось еще несколько часов. «До рассвета»… Сегодня? Или через две недели? Какой рассвет станет последним? На его расписке срок был проставлен в три месяца. «Вы ничем не рискуете!» – со змеиной улыбкой заявила Аглая. Значит, трех месяцев у него точно нет.

Ну, это мы еще посмотрим! Знаете, господа прорицатели, меня уже один раз хоронили!

Колдун наконец добрался до перекрестка, хотя казалось – не доедет шикарный «Форд», увязнет в какой-нибудь луже по самую крышу.

Два или три раза колеса начинали буксовать, приходилось Роману подталкивать тачку магическими заклинаниями. Оставив машину у обочины, колдун вытащил надгробье на середину дорожного перекрестья, камнем оберега провел на могильном граните крест, шепнул заклинание, полоснул ножом по руке. Кровь брызнула, зашипела. С громким треском камень распался на четыре части. От разбитого камня пахнуло тлением.