Равника - Грег Вайсман

— наблюдении за птицами. В углу неподвижно стоял серебряный голем Карн, видимо, оттачивая свой и без того феноменальный талант подражать безжизненной статуе. Вместе все эти мироходцы составляли Дозор, группу самопровозглашённых спасителей Мультивселенной. Вернее, формально Джайя и Карн так и не присоединились к Дозору, то есть не принесли положенной клятвы. Но они всё равно были здесь, чтобы вместе с остальными выступить против дракона Боласа. Выступить и, вполне возможно, погибнуть.

Внезапным и резким движением Джейс поставил чашку на кофейный столик, словно горячий шоколад его чем-то напугал. — Его нет слишком долго, — сказал маг.

«Им» был Гидеон Джура, душа Дозора — по крайней мере, Чандра так считала. Гидди вернулся в Доминарию, чтобы отыскать там ещё одного члена Дозора, некромантку Лилиану Весс, которая должна была встретиться с ними в Каладеше, но почему-то так и не явилась. Джейс уже предельно ясно дал всем понять, что считает эти поиски пустой затеей, потому что Лилиана никогда и не собиралась помогать им в битве против Боласа, а всего лишь использовала Дозор для борьбы со своими личными демонами, — в буквальном смысле, — и теперь, когда эти демоны были мертвы, её потребность в так называемых друзьях также отпала.

Но Гидди отказывался в это верить, и Чандра поддерживала его, а вместе с ней Карн, Джайя и Тефери. Впятером они твёрдо считали, что Лилиана — несмотря на свой извечный и тщательно поддерживаемый образ эгоистки — была настоящим другом и верным союзником. Что они были ей небезразличны, даже Джейс. Может быть, особенно Джейс.

Ведь они когда-то спали друг с другом, верно?

Но Лилиане определённо был небезразличен Гидеон, которого она хоть и постоянно подначивала, но делала это любя. И Чандра не думала, что слишком уж льстит себе, считая, что тоже небезразлична Лилиане. Чандра всегда относилась к ней, как к старшей сестре.

Очень старшей сестре. На-пару-веков-старшей сестре.

Но, тем не менее, сестре. Чандра не сомневалась, что в любой момент Гидеон появится перед ними вместе с Лилианой, готовой вступить в противостояние — последнее противостояние — со злым властелином-драконом. Но приходилось признать, что Гидеона и вправду нет слишком долго. Не то чтобы она за него волновалась: способности Гидеона делали его почти неуязвимым. Остальные могли пасть, — Чандра могла пасть, — но Гидеон не прекратит сражаться. Сражаться, и сражаться, и сражаться...

В этом он весь, подумала она.

Бесстрашный воин, неукротимый джаггернаут с безошибочным чувством справедливости и потрясающими кубиками пресса. В своё время Чандра была без ума от Гидеона. Сейчас она переросла эту влюблённость, но Гидеон по-прежнему оставался для неё самым близким другом в мире. Во всех мирах. В Мультивселенной.

Да какая разница?

Чандра вздохнула. Мироходкой она стала ещё в детстве, но до сих пор ей бывало трудно подогнать свой словарный запас к тому, что за этим скрывалось. Чандра Налаар была одной из немногих избранных, способных перемещаться — ходить — между измерениями, с этого плана бытия на соседний, из одного мира в другой. И в каждом мире, где ей довелось побывать, хватало своих проблем и невзгод. Нигде не нужны были новые опасности, прибывшие с неведомых планов. Поэтому и возник Дозор. Чтобы мироходцы, которым было не всё равно, могли сражаться и охранять миры от межпланарных угроз вроде Никола Боласа.

Ну ладно, не вроде Боласа. От Боласа.

За последние несколько недель стало очевидно, что каждая угроза, с которой они сталкивались, была порождена, инициирована, состряпана коварным драконом. И это не считая личной встречи с ним в мире под названием Амонхет, где Болас легко и непринуждённо надрал им задницы. Конечно, тогда в Дозоре не было Джайи, Тефери или Карна. Только Чандра, Джейс, Гидди, Лилиана и…

Она погрузилась в кресло ещё глубже. Гидеона не было слишком долго. Если они всемером (или всё-таки ввосьмером) действительно хотят опередить Боласа и подготовиться к грядущей битве, им нужно выдвигаться немедленно. Воистину, неопределённость убивала её.

Чандра выпятила нижнюю губу и дунула вверх, лениво пытаясь убрать рыжий локон, заслоняющий ей левый глаз. Попытка не увенчалась даже скромным успехом. Она попробовала снова. И в третий раз.

А затем внезапно вскочила на ноги, взбудораженная странным зовом, пронёсшимся сквозь измерения. Остальные отреагировали не столь бурно, но не менее озабоченно.

— Вы тоже почувствовали, да? — спросила Чандра, заранее зная ответ.

Все молча кивнули. Она взглянула вверх, на небо, и, разумеется, увидела лишь потолок в апартаментах своей матери. Но между ней и потолком вспыхнули разноцветные сполохи. Они искрились, словно драгоценные камни, и звали её отправиться за ними в… в… в Равнику!

— Равника, — вслух произнесла Джайя.

Остальные согласно зашептали.

— Что это значит? Мы опоздали? — спросил Карн.

Никто не спешил отвечать. Всем было известно, что Болас ждёт их в Равнике. Что он подготовил там для них какую-то ловушку. Они рассчитывали прибыть туда раньше него, чтобы испортить его ловушку, помешать его вторжению и сорвать все его гнусные планы. Но предыдущий опыт противостояния Боласу подсказывал им, что если чьи планы и будут сорваны, то только их собственные.

Джейс заговорил медленно, осторожно, словно пытаясь убедить самого себя. — Это может быть зов о помощи от тех, кому известно, что Болас направляется в Равнику.

Тефери пожал плечами. — Это может означать, что он уже там.

Чандра по-прежнему не могла отвести глаз от сверкающих сполохов. Синие, зелёные, красные, белые и искристо-чёрные, они манили её, суля верную гибель, но вместе с тем вызывая непреодолимое желание последовать за ними в другое измерение, на другой план бытия, в мир-город Равнику.

— Чувствуете это притяжение? — спросила она, всё так же зная ответ.

Все вновь кивнули.

В тот же миг вспышка золотистого света возвестила о прибытии Гидеона Джуры, который возник посреди комнаты с видом истинного героя, держа ладонь на рукояти Чёрного Клинка — пожирающего души меча, способного, как они надеялись, убить Боласа, раз уж ничто другое до сих пор не сработало.

Да, конечно, сорвать его планы — это здорово и всё такое, но на самом деле мы просто хотим прикончить проклятого дракона. Видят боги, он это заслужил.

— Ну наконец-то! — почти хором воскликнули Чандра и Джейс.

— Простите, — сказал Гидеон, — мне пришлось приложить усилие, чтобы попасть в Каладеш. Я ощущал мощный позыв отправиться прямиком в Равнику. И до сих пор ощущаю. А вы?

Джейс кивнул, подняв свой капюшон. Чандра заподозрила, что этот жест был призван отвлечь