Воительница и Сфинкс - Рю Эмерсон

Зена прыснула, девушка искоса посмотрела на нее и тоже рассмеялась, пожимая плечами. Сморщившись от усердия, она запихнула сбережения поглубже.

— Так-то лучше. Странно, что ни в одной легенде не говорят, как это неудобно!

— Способ распространенный, но жалоб слышать не доводилось, на деньги редко жалуются, — подтвердила Зена.

— Зато если кто-нибудь попытается завладеть моими сокровищами, я точно замечу.

— Надеюсь, — благоразумная воительница все же решила поберечь свое тело и, вынув кошелек, пристроила его на поясе рядом с грозной чакрой — вряд ли кто-то захочет остаться без пальцев. Хотя она и постаралась завязать его потуже, мешочек оставался плотным, ок-руглым, внушительных размеров.

— Туго набит, а? — удивленно заметила Габриэль. — когда ты так разбогатела?

— Эй, говори потише, — шикнула Зена, кивая на бурлящую толпу. Рынок есть рынок, кого тут только не увидишь: грозные стражи, проворные слуги, богатые покупатели, услужливые продавцы, ну и воров хватает. Судя по крикам, кто-то только что лишился серег. Габриэль нахмурилась, а воительница продолжала: — Не теряй бдительности и не привлекай к себе внимания, совет очень прост. А отвечая на вопрос, скажу: деньгиподарила Пенелопа. Я не смогла найти предлог и отказаться. Может, стоило подослать к ней тебя?

К изумлению Зены, Габриэль не ответила на хитрую усмешку, а вдруг стала серьезной:

— Нет, — ответила девушка, покачав головой. — Царица может позволить себе такие жесты, и, кроме того, Пенелопе приятно думать, что она помогла тебе.

Глаза Зены взметнулись к небесам, но только на мгновение. В следующую секунду воительница уже овладела собой и вернулась на землю.

— Не мне, а нам, — поправила она. — Ты тоже потрудилась на Итаке.

— Ну конечно. Только смешно сравнивать мою помощь с твоей.

— Царица сказала, что это для нас обеих. Она заботилась о том, чтобы тебе не пришлось спать на холодных камнях и кутаться в лохмотья.

— Я всегда живу с комфортом. Очень мило с ее стороны. Но тебе ведь неловко, да? Будто Пенелопа заплатила тебе за работу?

Зена задумалась, потом пожала плечами:

— М-м… похоже на то.

— Что ж, посмотрим на дело по-другому: если на Итаке появится очередной "жених" со своей бандой, им достанется куда меньше Одиссеевых… э-э, — Габриэль осторожно оглянулась: — сама понимаешь чего.

— Это мне в голову не приходило, — признала воительница.

— Кроме того, ты ведь не потратишь на себя все, — напомнила ей подруга. — Думаю, часть денег осталась в той деревне, как ее, Килосе?

Зена приподняла брови, удивляясь ее проницательности:

— Селяне в них нуждались.

— Видишь, ты нашла деньгам хорошее применение, Пенелопа не ошиблась. Готова поспорить, она специально дала тебе так много. Вовсе не для того, чтобы я вкусно ела.

— Может быть. Следи за дорогой, — оборвала ее Зена, заметив впереди суматоху и выхватив кинжал: на всякий случай. Перед ними колыхалось людское море, и вдруг толпа хлынула прямо на спутниц.

— Держись за стремя, — приказала воительница. — Потеряешься, не оберемся хлопот.

Против общего движения мчался мальчишка, его золотые кудри переливались в лучах щедрого южного солнца. По пятам гнались два грузных стражника в высоких бронзовых шлемах, украшенных конскими хвостами. Солдат провожали смехом: видно, паренек не впервой уходил у них из-под носа. Зена приподнялась в седле, положив одну руку на кошелек, а другой сдерживая Арго.

Вор и вправду оказался сущим мальчишкой, наверное, его голос был еще высок и звонок. Золотистые кудряшки очаровывали с первого взгляда, а кожа загорелых рук и озорной физиономии сияла свежестью. Оборванная одежда едва прикрывала невероятно тощее тело. "И как ему удается бегать так быстро? — подумалось Зене. — Похоже, он ни разу в жизни не ел досыта!" Тем временем паренек повернул точно к ним, и на долю секунды в душу воительницы глянули пронзительные голубые глаза. Мальчишка метнул взгляд на стражей, они нагоняли. Зена качнула головой: "Беги туда!" — воришка шустро развернулся, метнулся за спину Арго, Задел Габриэль, закружив ее на месте, и скрылся. Воительница тронула поводья, развернула коня, и Арго заслонил стражникам путь.

— Эй, женщина! А ну отодвинь скотину! Поживей! Зена почтительно кивнула, стараясь скрыть улыбку, и, заставив Арго отступить, позвала Габриэль. Ответа не было: вокруг гудела толпа, и, возможно, они просто не услышали друг друга. Воительница обернулась в седле — Габриэль рядом не было, приподнялась в стременах — и в нескольких шагах от себя разглядела фигурку, полускрытую чудесными светлыми волосами. Видимо, толпа увлекла девушку за собой.

— Габриэль! — прокричала Зена изо всех сил, стараясь перекрыть гомон толпы, и скоро за ее спиной раздался восхищенный и безмятежный голос подруги:

— Нет, ну ты видела? Он… Он прекрасен, как Гермес на той фреске в Итаке! О-о-о…

А затем воительница услыхала второй голос, уже мужской: теплый, глубокий и удивительно красивый.

— Габриэль! О, милая Каллиопа, муза моя, скажи, что глаза мне не врут! Габриэль! — Зена повернулась иувидела, как сквозь толпу протискивается изящный, миниатюрный юноша. Он стиснул девушку в объятиях, и ей на плечи упали мягкие темные локоны.

— Гомер! — Габриэль не могла скрыть восторга. — О, Гомер, это ты, как я рада! Что ты здесь делаешь?

Будущая знаменитость обнял девушку за плечи и притянул к себе еще ближе:

— И я очень рад, глазам не верю! Я думал, вас не будет в Афинах сотню лет!

— Приехали на забеги. Соревнования женщин.

— О, не знал, что ты бегаешь, Габриэль! Или участвует Зена? — в уголках его губ появилась морщинка, и он, спохватившись, прибавил: — Извини, не сразу тебя заметил. Это, наверное… Да-да, — ответил юноша сам себе и обратился к воительнице с неотразимой улыбкой: — Добрый день, Зена. Я столько о тебе слышал!

— Не сомневаюсь, — сухо ответила она. — Габриэль и о тебе много мне рассказывала. Всегда приятно познакомиться с человеком, которого она так ценит.

— Забеги! — словно лунатик, повторила Габриэль и потянула Гомера за рукав. — Пройдись с нами немножко. Я не хочу опаздывать: сегодня бежит Аталанта! Только, Гомер… или ты теперь зовешься Орионом?

— Нет, решил внять твоим советам и остаться Гомером.

Зена уже привычно возвела глаза к небу и, вполуха слушая дружескую болтовню своих спутников, продолжала пробиваться сквозь толпу. Народу становилось все больше. Блеснувший в морской дали солнечный луч дал ей ориентир. Габриэль шла рядом, одной рукой цепляясь за стремя, другой обнимая юного певца:

— Не думала, что ты можешь свободно гулять по Афинам. Ну, бродить по рынку и прочее. Разве так