Сердце твари - Наталья Караванова

– Твоя вахта – утренняя. Разбужу на рассвете.

Клим кивнул. Утреннее дежурство – самое легкое. А ночное Геда взяла себе. Из внутреннего благородства можно было бы отдежурить ночь самому, но Геда не оценит, так что надо использовать возможность нормально отдохнуть.

Он спросил:

– Как дорога?

– Добрались с торговцами, спокойно, только медленно. Но окрестности словно вымерли. Даже их охрана удивлялась – ни разбойников, ни даже просто бродяг. Особенно заметно в окрестностях города.

– Схарматы скоро выступят, скорей всего. Вот народ и попрятался.

Геда достала из рюкзака одеяло и кинула его в дальний от Клима угол. С удовольствием стянула сапоги и уселась в центре лежанки.

Спросила:

– В город пойдут?

– Вот тут есть сомнения. Они больше внимания уделяют изучению старых дорог, ведущих на равнину. Север их вроде не очень интересует. И, будем надеяться, не заинтересует.

– Много их?

– Может, оставим доклад до совета? Там я все в подробностях расскажу. А пока поговорим о чем-нибудь другом.

– Например, о погоде… – невесело подхватила Геда.

Клим вернул ей кривоватую улыбку:

– Я буду спать.

Стянул сапоги, бросил под голову куртку и действительно отключился, стоило закрыть глаза.

Проснулся от легкого прикосновения пальцев к плечу.

Небо едва светлело.

– Когда выходим?

– Часа через четыре будем собираться.

На месте, где вечером устраивалась Геда, тихонько посапывал бывший Дианин подмастерье. Утро было теплым.

– Отдыхай.

Клим уступил даме належанное место и выбрался в рассветный полумрак.

Костер в яме прогорел, краснели угли, как огни далекого города.

Клим подбросил дров, вернулся в грот за котелком. Вытряхнул остатки картошки прямо на стол. Сходил к ручью, принес воды. Все это выполнялось автоматически. Так горожанин спросонок тянется за одеждой, а потом бредет умываться. Когда рассвело, Клим расстелил чистую салфетку и принялся чистить пистолет. Что время зря терять? За этим занятием его и застала Геда. Перед сном она распустила волосы, и теперь они волной лежали на плечах. Без своей строгой прически она выглядела совсем девчонкой. Не скажешь, что это один из самых уважаемых мастеров в своей сфере.

На немой вопрос ответила:

– Не спалось. Предчувствие какое-то нехорошее.

Клим усмехнулся. В предчувствия он не верил.

– Чай будешь?

Геда сходила в пещеру за кружкой, зачерпнула горячего взвара из листьев и ягод. Чай пах смородиновыми листьями и черникой.

Когда-то они вместе учились в орденской школе, и Горное Убежище для обоих стало домом. Но в последние годы встречаться доводилось нечасто. Геда всерьез занялась наукой и много путешествовала по равнине в поисках старых книг. Клим же второй год координировал сферу разведчиков и следопытов Северного Урала.

Педантичность и принципиальность Геды стали легендой еще тогда. Вряд ли с тех пор что-то изменилось.

И точно, отправились ровно в срок. Даже чуть раньше.

Как по часам, в середине дня они вышли на отрезок асфальтовой дороги, что ведет к Горному Убежищу. Размытый и вспученный асфальт среди густого леса казался чужеродным явлением. Из-под его тонкой шкуры кое-где проглядывала щебенка. В одном месте прямо посреди дороги выросла кривая березка.

От сторожки – маленького кирпичного домика у ворот – замахал рукой дежурный ученик. Солнце белило крышу, в воздухе носились пушинки чертополоха и других сорных трав.

– Хорошо здесь, – улыбнулась Геда. – Ничего не меняется…

Отчасти это было так. В их времена ученики старшего круга тоже дежурили у ворот, и сами эти ворота ничуть не поменялись. И совершенно так же из-за старых, в полтора обхвата, сосен виднелись стены корпусов Горного Убежища, тайного места подготовки магов и бойцов Ордена Равновесия.

Климу послышался неприятный шорох в ближайших к дорожке кустах. Кто-то там затаился, стараясь не двигаться и не дышать. Чужаков тут быть уже не могло по определению – магические защиты Ордена их бы не пропустили, взрослым прятаться незачем, значит, кто-то из учеников.

Клим придержал Геду за руку, ее помощник остановился сам, сощуренным взглядом окидывая окрестности.

– Кто-то прячется в кустах, – пояснил разведчик. – Кто-то, кому надлежало бы сейчас быть на занятиях. Эй, там! Выходи, тебя застукали.

Геда, скрестив руки, встала рядом.

В кустах завозились. Затем на свет вышли два ученика. Правда, Клим рассчитывал поймать какого-нибудь школяра первого круга, а уж никак не двоих вполне себе взрослых рыбок. Выпускники или подмастерья. Ай-ай-ай!

– Чем это вы там занимались, молодые люди? – строго спросила Геда.

Парень шагнул вперед и, не отрывая взгляда от асфальта, пробормотал:

– Здравствуйте, мастер Клим… мастер…

– Геда, – подсказал Клим. – Запомните это имя. А это мастер Фаддей.

– Фад, – поспешно поправил его молодой следопыт.

– Итак?!

Парню лет шестнадцать. И самая запоминающаяся его черта – это, безусловно, уши. Хорошие такие, оттопыренные уши. Даже чуть загнутые сверху. Но он стоит, пламенеет этой своей запоминающейся чертой и молчит.

Внезапно из-за его спины отважно выглянула девушка. Решительно нахмурилась, сказала:

– Здравствуйте! Вы все неправильно поняли.

– Что «все»? – приподнял брови Клим.

– Вообще все. Я… мы просто пытались… в общем, вот.

Она подтолкнула парня вперед и заставила его показать левую руку. Рука была неприятно обожжена от локтя до кисти.

– Я пыталась залечить. Но у меня не получается…

– Идиоты, – сказал Клим. – К врачу обратиться не пробовали?

Парень затряс головой. Девушка пояснила:

– Скоро испытания. Если кто-то узнает, нас снимут…

Геда скинула рюкзак и принялась в нем что-то искать. А Клим продолжил допрос с пристрастием:

– Откуда ожог?

Парень не ответил. Взгляда от асфальта он не отрывал. И было ему, похоже, не до всяких интересующихся…

Геда тем временем на чистый бинт нанесла ровный слой желтоватой мази, распределила и протянула лопоухому:

– Придерживай, я зафиксирую. Так откуда травма?

– Подрался, – сквозь зубы сообщил ученик.

Девушка пояснила:

– Вы не подумайте, он не специально, это так получилось.

– Угу, случайное использование магии, – сообщил в пространство Клим. – Надеюсь, вы там, в кустах, не труп закапывали?