Попала в лапы к дракону - Екатерина Кариди

Ушел? Хммм!

Вика проводила взглядом широкую дышащую возмущением спину дракона и фыркнула. Нет, ну, а что?! Она уже считала этот зал своей территорий. А если это её территория, то незачем царапать когтями наборный паркет!

Потом все-таки поморщилась и зябко повела плечом, испытывая нечто вроде угрызений совести. Это же вроде как его дом, может, он любит расхаживать тут в таком виде? И тут же одернула себя.

Она, между прочим, не просила тащить её сюда. И вообще, не знала, как тут оказалась! И вот это как раз и пугало Вику больше всего. Потому что если начать о процессе попаданства думать, такие мысли лезут в голову… Проблемы надо решать по мере поступления, сказала она себе. В конце концов, ну опоздает из отпуска? Всегда можно что-нибудь придумать, сослаться на эпидемиологическую обстановку и взять задним числом за свой счет, или уйти на больничный.

А пока она решила заняться насущным.

И наконец обратила внимание на дядечку, державшего в руках огромный ворох женских платьев. А он с готовностью закивал и заковылял к ней, кряхтя:

— Мадам, посмотрите, что я для вас нашел.

Ворох одежды был такой огромной, что его за ним почти не было видно. Торчали только тонкие кривоватые ноги в белых чулках и всклокоченная макушка. Старик доковылял и сгрузил это все на ближайшую козетку (или канапе, впрочем, без разницы).

— Вот, мадам. Лакард выбирал только самое лучшее, это должно вам подойти.

И уставился на нее взглядом, полным служебного рвения.

Платья были пышные, все в висюльках и золотом шитье, в общем, богатые и пестрые. У Вики слегка зарябило в глазах от их разнообразия. А заодно и от мысли, откуда здесь взялось это все? И чем дольше она на них смотрела, тем явственнее эта мысль выходила на передний план.

— Кто такой Лакард? — спросила она для начала, чтобы четче определить для себя обстановку.

Ведь если кто-то выбирает для нее платья, он потом может предъявить счет. Об этом не мешает знать заранее, чтобы прикинуть, сколько у нее на карте.

— Лакард — это я, мадам, — расплылся в улыбке старичок.

Хмммм… Но теперь уже вставал совсем другой вопрос.

— Кому принадлежат эти платья?

Мало вероятно, что они новые. Хотелось бы знать, кто носил их до нее?

— Э… — дядечка замялся. — Видите ли…

Вика придвинулась ближе.

— Э… У мессира в гостях бывают дамы, и надо быть во всеоружии…

— ЧТО? — грозно спросила Вика.

Значит, у этого… самонадеянного типа дамы тут частые гостьи?

Старик видимо понял, что сморозил глупость. Немедленно стушевался и сошел с лица, а потом метнулся и отложил несколько платьев в сторону:

— Мадам! Я клянусь, эти не надевал никто!

Но праведный гнев уже было не потушить. Стоило вспомнить, с каким выражением лица было сказано: «Ты быстро научишься, как нужно вести себя с твоим господином», все угрызения совести, если они были, мгновенно испарились. Чертов мачо чешуйчатый!

Она выбрала из отложенных платьев одно, лимонно-желтое с висюльками по лифу.

— Остальное уберите.

— Мадам… — дядечка вытер потный лоб и раскланялся. — Простите, я не был готов. Я немедленно закажу для вас новые. А пока я подам обед. И…

Он как-то странно, почти испуганно покосился на дверь и выдал шепотом:

— Вы позволите принести для вас ванну?

От мысли, что вот сейчас можно будет помыться, сладко заныло где-то под ложечкой. Вика огляделась вокруг, пожалуй, из шторы можно сделать неплохую ширму. А за ширмой её не будет видно. И благосклонно кивнула:

— Несите.

Подумала и добавила:

— А заодно еды.

Дядечка тут же обрадованно засуетился:

— Да, мадам, Лакард немедленно распорядится!

И засеменил к выходу.

— Стойте, — окликнула его Вика.

Тот замер как подстреленный заяц и обернулся.

— Кто такой господин Дерриз?

Странное выражение проскользнуло у него, брови поползли вверх. Тут что-то есть, подумала Вика и проговорила: