Пирожок по акции - Наталья Ракшина

— … к тому времени уже бомжа того похоронили за меня. Менты сильно не заморачивались. Родня тревогу забила, когда я не вернулся. А нашли-то кости бомжа. Розыск, то-се. Опознание-то было уже через месяц, что там опознавать… какие-то вещи…

Из родни у Вадима были живы дядя и тетя, мать умерла за год до описываемых событий, с женой он развелся, детей не завел. Обида на родственников, так легко согласившихся с его смертью, держалась очень долго. Да и для них был немалый шок, когда объявился «умерший». Потом и дело было уголовное, какое-то висящее-вялотекущее, да закрылось.

— … а помнишь, — снова дернул головой бывший однокурсник, — старый фильм, «Жених с того света», где Ростислав Плятт играет бюрократа, которого сочли мертвым?.. Так вот, его приключения — слабое подобие ада, через который прошел я сам.

Мужчины помолчали.

— Где ты сейчас, как? — тихо спросил Лозинский, испытывая острое чувство осознания вселенской несправедливости.

Это чувство посещало его довольно часто, как и то самое детское любопытство: в особенности, когда приходилось сталкиваться с делами должников ОМВО, проходящих через порталы. Сам должник порой и знать не знал, что его пращур совершил нечто ужасное, не раскаялся, не загладил никак вину, а должок-то накапал с процентами!

— Прекратите их жалеть, Антон. — Жестко говорила в таких случаях Елена. — Когда вам двенадцать лет, это вполне естественно: пытаться накормить всех бродячих собак и пристроить в добрые руки всех бродячих котов. Когда вам стукнуло сорок, это уже отдает шизофренией.

Профессор выдавал в ответ какую-нибудь остроту, но на этом все и заканчивалось — эмоции оставались прежними.

— …живу, представь себе, в Нижнем Тагиле. Занесла судьба. Ни с кем из наших не общаюсь, в Москву ни ногой уже лет семь. Да и не знает особо никто, что я жив, так, пара-тройка старых приятелей. И мне их не надо… Как-то все другим стало, понимаешь? Не пью, не курю, соблюдаю ЗОЖ. Антиконвульсанты, — с легкой запинкой выговорил Вадим, — от государства получаю, по инвалидности. Салончик у меня всякого-разного старья, от подсвечников до монеток. А ты?

— Я как раньше. Опять лекцию вот прогулял, первую пару. Только я не слушаю лекции, я их читаю. — Антон коротко рассказал, что защитил «докторскую» и сейчас преподает историю.

Собеседники рассмеялись.

— А монетами играться не бросил? — спросил Милухин, и профессор отрицательно покачал головой.

— Не бросил. Затягивает, сам знаешь. Коллекцию здесь не держу, она в Москве у родителей. Иногда покупаю по мелочи, иногда продаю.

— Ну, тогда… — на невыразительном лице полноватого дядечки, выглядевшего куда старше своих сорока с хвостиком лет, мелькнуло юношеское озорство, — тогда пляши, что меня встретил. На это надо глянуть, так что не зря ты свою лекцию профукал, товарищ профессор! Думаешь, я зачем сюда собрался, в края ваши неласковые?..

Антон снова покачал головой. А в следующую секунду второй раз за утро усомнился в адекватности — теперь уже не в своей собственной. Видимо, последствия менингита до сих пор давали о себе знать, и на инвалидность Милухина вывели по весьма конкретным причинам!

Сейчас он на полном серьезе говорил о некой фантастической монете, мало того, ее можно было посмотреть и подержать в руках прямо тут, в Ханты-Мансийске!

Один из фальшивых демидовских рублей, которые якобы чеканил Акинфий Никитич Демидов втайне от государыни, Анны Иоанновны. Один из мифов нумизматики, красивая и жуткая легенда, игры разума, тема для конспирологических телепередач, «развод» для новичков и откровенных дурней, верящих в плоскую Землю.

Нет такой монеты — и не было никогда.