Миллион для идиотов - Александр Чубарьян

Машина с заведенным двигателем стояла на улице перед гаражом. Мы были готовы к старту, мы были словно сжатые пружины, готовые действовать.

Я почувствовал некую гордость, когда зазвонил именно мой телефон. Громкая связь, запись разговора — я все сделал, как полагается, чтобы не допустить ошибки.

Звонила девушка. Видимо, оператор. Странный у нее был голос. Потерянный какой-то. То ли не выспалась, то ли наркотой обдолбалась.

— Вы подтверждаете участие в пятом этапе? — спросила она.

— Да! — хором крикнули мы.

— Точка пятого этапа находится… по адресу… улица Энгельса, семнадцать «б». Второй этаж… Угол красного цвета. Номер телефона указан на… синей книжке… Синяя книжка лежит в аквариуме. Аквариум заполнен водой. Транш — тридцать минут. Уменьшение интервала… допускается после восьми часов.

Это было похоже на мой рабочий комп, когда я на нем в «Старкрафт» играю. Во время замесов компьютер начинает тормозить, и реал-тайм превращается в пошаговую стратегию независимо от сценария игры. Девушка-оператор точно так же нещадно тормозила.

Она закончила свою речь, и связь моментально разъединилась. Можно сказать, с облегчением.

— Энгельса, Энгельса, семнадцать «б»… — задумался Жила.

— Это «Чоко-Синема» вроде. Или «Дары моря», — сказал я неуверенно. — Ростик, ты не помнишь, с какой стороны у Энгельса четные…

— Поехали, посмотрим, — сказал Ростик.

Улица Энгельса находилась неподалеку, так что мы успели не только избежать пробок, но и попасть по адресу за двадцать минут до первого транша. Я посчитал это хорошим знаком, но дальше начались первые сложности.

— Вот кинотеатр — одиннадцатый, — считали мы чуть ли не хором, медленно двигаясь в крайнем правом ряду. — Вон там рыбный магазин — четырнадцать. Вот фигня какая-то — пятнадцать… Стой, Ростик! Следующий дом — семнадцатый.

Но следующего дома не было. То есть было недостроенное здание: бетонные блоки, остовы арматуры. Я слышал, что здесь собирались возводить офисный центр, но потом стройку остановили, потому что кого-то из заказчиков посадили, а кто-то сбежал.

На воротах заброшенной стройплощадки сиротливо болталась табличка, из которой следовало, что строительство по адресу: Энгельса, семнадцать «а», ведет компания…

Название строительной организации было закрашено краской. Этой же краской снизу, под словом «ведет», кто-то заботливо дописал: «Бригада опытных боянистов».

— Семнадцать «б» дальше, — сказала Даша. — Вон тот дом, давай туда.

Сидя на переднем сиденье, она вела себя как штурман. Ростик молчал, но я знал, как он не любит, когда в его машине кто-то рассуждает о том, куда надо ехать. И если он терпит такие указания, то это только до поры до времени.

Жилой дом, на который указывала Даша, оказался с адресом Энгельса, девятнадцать. Вот тогда-то в мою душу и стали закрадываться первые подозрения.

— Иногда бывает, что дома с буквами за другие здания прячутся, — сказала Даша. — Надо, чтобы кто-то вышел и обошел их. Нужный нам адрес может оказаться сразу за той стройкой. Или давай с другой стороны объедем.

Ростик остановил машину. Он не собирался ничего объезжать, и я уже знал почему.

— Кто пойдет? — спросила Даша.

— Не надо никуда ходить, — сказал Ростик. — Парни, вы уже поняли?

Наше грустное молчание было ему ответом.

— В чем дело? — не поняла Даша.

— Я просто не знал, что он считается на Энгельса, — тускло сказал Ростик.

— Надо было четвертак забирать и сваливать, — прогундосил Жила.

— По шесть тысяч бы сейчас было, — вторил ему я.

— Да что там за дом?! — воскликнула Даша, разглядывая наши поникшие лица. — Вы знаете?

— Да, — ответил Ростик. — Сразу за стройкой начинаются спортплощадки Дворца пионеров. А потом, значится, и сам дворец. Энгельса, семнадцать «б». Это дом Лузы.

Logged Пластик-12

Пластик прилетел утренним рейсом. За два часа до начала пятого этапа. Машина ждала его в аэропорту на стоянке. На этот раз ему дали «импрезу». Не самая лучшая тачка для гонки, но Пластик не собирался гоняться за «Поршем». Ему был нужен «бумер» — «БМВ 720i», 1992 года выпуска, госномер… «Бумер» и четыре Курьера, сидящие в нем. Несколько рейтинговых баллов…

Но на самом деле плевать ему было на баллы. И на гонку. Он уже давно понял, что его заказчики не дружат с головой.

Обычная работа — прикончить кого-то, кого не в состоянии убить наркоманы и уголовники. Однако всегда в деле присутствует несколько идиотских условий, за которые ему и платили такие большие деньги.

Впрочем, идиотские условия не были сильной помехой. Три успешные акции тому пример. Эта будет четвертой. Дай-то бог, не последней.

Мы ехали по городу, и Ростик рассказывал нам всю информацию, которую знал о Лузе. Всю — это значит даже ту, которую раньше мы не слышали.

— Он когда Дворец пионеров забрал, первым делом забором обнес. Мол, для безопасности детишек. Потом новые помещения для кружков снял. На другом конце города в связи с ремонтом здания. Ну а потом сделал ремонт, и все. Теперь там вооруженная охрана, пистолеты-автоматы и сигнализация.

Мы уже свернули с улицы Энгельса и бесцельно кружили по центру города. Ростик нервничал, его позиция сейчас была самая выигрышная: мол, я же говорил вам, давайте заберем деньги.

Мы с Жилой в общем-то разделяли его мнение. Но Даша была настроена продолжать игру. Думаю, она не совсем понимала, кто такой Луза.

— Тебе надо бандитских сериалов поменьше смотреть, — сказала она. — Выдумки режиссеров на тебя дурно влияют.

— Угу, надо побольше блондинок слушать, — буркнул я. — При чем тут сериалы?

— При том, что раньше люди смотрели фильмы, чтобы думать, а теперь смотрят, чтобы не думать. Какие бандиты? На дворе двадцать первый век, если что. Девяностые давно ушли в прошлое.

— Девяностые, может, и ушли, а Луза остался, — сказал я. — Короче, давайте решать, что делать.

Нам надо или Стек выкидывать и сваливать из игры, или… Или что?

В машине повисла тишина. Такая гнетущая. Ростик включил было магнитофон, но тут же выключил и спросил у Даши:

— Как думаешь, что будет, если я какому-нибудь режиссеру… ну, скажем, кину в него сырым яйцом?

— Не знаю… В суд подаст, — неуверенно сказала Даша. — Или по морде тебе съездит. А при чем здесь сырое яйцо?

— У Лузы есть бильярдный стол. Со специальными креплениями для головы. Так вот, если я брошу в Лузу яйцом, или разобью его любимую вазу, или наступлю ему на больную мозоль, или просто попытаюсь как-то наебать его, он зажмет мою голову в эти крепления и будет играть в бильярд до тех пор, пока мои мозги через задницу не вылезут. — Ростик выпалил это на одном дыхании и в завершение стукнул руками по рулю.