Битва судьбы - Дмитрий Казаков

– Да, отправлюсь, – охотник опустил голову. Родомист принялся не спеша, осторожно вытаскивать пробку.

– Погоди, – остановил мага Ратан. – Хорт, ты на самом деле хочешь вернуться? Не желаешь идти с нами?

– Я сам не знаю, чего хочу, – охотник поднял глаза. – Или вернуться домой, к обычной, привычной жизни, или идти с вами.

– Так пойдем, – предложил Родомист. Глаза мага настороженно блестели.

– Я не нужен там, южнее, – тоска прозвучала в словах Хорта. – Ведь все вы носите Дар, и любой из вас может войти в этот Храм, а я – нет. Кроме того, ты сам сказал, Родомист, что болезнь вернется ко мне, когда я переступлю край леса. Вода из Сиреневого озера перестанет действовать. И я вновь стану обузой.

– Ты никогда не был обузой! – горячо начал Леслав, но Родомист остановил юношу.

– Не лезь. Дай я скажу, – маг отложил бутыль. Завозился, устраиваясь поудобнее. – Во-первых, человек без Дара тоже может войти в Храм и даже выйти оттуда после Ночи Судьбы. Такое бывало, и не раз. Во-вторых, ты на самом деле – не обуза, даже когда приступы терзали тебя, ты оставался верным и надежным спутником.

Ратан и Леслав кивали, одновременно, словно деревья под ударами ветра.

– И, кроме всего прочего, никто лучше тебя не разбирается в животных, не охотится и не находит дороги, – продолжил маг. – Ты нужен нам!

– Нужен, – эхом отозвался Ратан. – Главное не то, что твои возможности не столь велики, главное – что ты используешь их в пути полностью, ничего не жалея и не зажимая. И я хотел бы, чтобы ты шел с нами.

– И я, – Леслав смотрел прямо и серьезно.

– И я, – торжественно кивнул Родомист. – А впереди нас ждет еще один лес, тот, что лежит за Кольцевым хребтом.

– Нет, я не могу, – Хорт сжался, словно побитая собака. – Я никогда не был в степи. Там все другое! И так я двадцать пять дней в лесу – это очень много. Я устал, я хочу домой. Хочу отдохнуть и выспаться.

– Мы все устали, все этого хотим, – просто ответил Родомист. – Но мы пойдем дальше, потому что надо! Потому что больше некому! Некому, понимаешь? Если мы не пойдем туда – никто не пойдет. От нас, от людей Северинского княжества – никто. И что тогда?

– Мне то что? – глухо ответил Хорт. – Какая мне разница, кто подати собирает – Северин или Новгород? Для меня ничего не изменится.

– Хорошо, – Родомист рукой остановил вскинувшегося Леслава. – Зайдем с другой стороны. Зачем тебе возвращаться? Кто тебя ждет? И что там – впереди?

Тяжелое молчание повисло над поляной. Хорт сидел, подобно грозовой туче, мрачный и насупленный. В горле у него что-то сипело:

– Ты попал в точку, маг! – сказал он жестко. – Меня никто не ждет. А впереди – еще лет двадцать охотничьей жизни, пока медведь или вепрь не задерет, или пока лихоманка окончательно не скрутит.

– У тебя есть шанс изменить будущее, – Родомист вновь потянулся за бутылью. – Сравни с тем, что ждет тебя, если пойдешь с нами. Поход в неведомые края, преодоление опасностей и, быть может, – слава?

– Что в ней толку? – спокойно ответил Хорт. – Она мне не интересна. Опасности – их и дома хватает. Это все ерунда. Но зато если я пойду на юг, у меня будет шанс на хорошую, полезную смерть! На это стоит соглашаться!

– Что ты такое говоришь! – вскипел Леслав. – Какая смерть?

Ратан остановил юношу, сказав веско:

– Он говорит правильно, – и Леслав замолчал. Тяжелая ладонь на плече заставила его сесть.

– Прожить долгую жизнь, в безвестности, бездействовать, подобно мыши в норе! – Хорт вскочил, глаза его засверкали. – Или же пойти в неизвестность, рискуя гибелью на каждом шагу? О, Творец, обычно ты предлагаешь такой выбор лишь героям, а я – разве я герой? Что мне выбрать? Куда пойти? Прожить палкой в заборе – долговечной, но малозаметной? Или поленом в костре, которое, сгорая, отдает тепло другим?

Охотник сел, кусая губы.

– Никто не выберет за тебя! – глядя ему прямо в глаза, сказал Родомист.

– Все ясно. Я решил, я иду с вами, – усталая улыбка появилась на лице Хорта. – Ведь если я откажусь, то всю жизнь буду сожалеть о том, что не пошел. Для чего рождается мужчина, как не для славной гибели?

Хорт обвел спутников взглядом, мутным, как вода в болоте.

– Эх, маг, наливай! Выпьем за успех в дальней дороге.

– Ура! – завопил Леслав. Ратан хлопнул Хорта по плечу с такой силой, что тот едва не кувырнулся в костер, а маг принялся деловито наполнять кружки.

Путешественник

Луций тосковал пятый день. Даже горы вокруг, родные горы, казались скучными, обыденными. Но когда тебя неизвестно зачем вызывают в заброшенный город Лонга, где, как все знают, кроме магов никто не живет, поневоле заскучаешь. Но и от вызова отказаться нельзя. Ведь как пойдешь против велений народа, которые выражают маги цвергов, что носят на одежде знак Горна. Вот и сидел Луций пятые сутки в отведенной ему комнате, глядел сквозь окно на заснеженную долину и ждал неизвестно чего. Попытался заикнуться о работе, чтобы было чем заняться. Но маг, к которому обратил просьбу, так посмотрел на дерзкого, что Луций ощутил себя полным идиотом и быстро отошел, бормоча нечто невразумительное.

О причинах вызова в Лонгу Луций мог только догадываться. В пределах Северного царства нет более загадочного места. Государством правит принцепс, дворец которого расположен в Тускулуме. Там же проживают и знатнейшие цверги. Лонга же – совсем небольшой город, в двух сотнях верст от столицы, стоит вдали от торговых путей, от иных поселений и всецело принадлежит магам. Сколько их и чем они занимаются – об этом ходят самые разные слухи, большую часть из которых каждый почтенный цверг посчитает враками. В повседневные дела государства маги не вмешиваются, проявляя себя только в годы еойн и прочих несчастий, когда гибель грозит всему народу. Но свиток, запечатанный печатью Горна, который приносят к тебе в дом – достаточная причина для того, чтобы бросить все и кинуться выполнять указания, в нем заключенные, будь ты хоть последний рудокоп, хоть сам принцепс Марк. Вот и Луций, старший сын купца из Кум, города на западном взгорье, также не посмел ослушаться, когда свиток, повелевающий явиться в Лонгу, нашли на пороге в первый день месяца Собаки.

Удивлению Луция не оказалось тогда предела. Зачем он, ничем не выдающийся обитатель Кум, таинственным магам? К своим семидесяти годам – началу зрелости у мужчин горного народа – Луций успел побывать с торговыми караванами почти во всех обитаемых землях, видел вечнозеленые деревья Эмайн Махи, столицы надменного Эрина, видел прибитый жарой Ашзнти, главный город империи Гологоловых, бывал в перемещающейся, словно перекати-поле, и не имеющей названия столице орды Аджад. В странствиях приходилось и мечом помахать, и переговоры вести. Но таких как он, в тех же Кумах, где все живут торговлей – десяток на дюжину. Вот и недоумевал он – зачем?