Тиоли - Анна Гринь

— Ой! — бестолково выдала я самый информативный возглас, на который хватило слабо соображающей от удивления головы.

— Хадже могут почувствовать присутствие своей стихии даже за десятки ли от границы, — просветил дракон, не подумав опустить меня обратно на землю.

— А Ган Ён? — спросила я, стараясь не смотреть на его подбородок, хотя хотелось. На золотистой от природы коже виднелся крошечный светлый шрамик, который тянуло потрогать, провести по нему пальцем, стирая отметину.

— Ган Ён тем более, — фыркнул Дже Хён. — Для воды нет преград на пути.

— Дорога в тысячу ли начинается с первого шага… — пробормотала я, думая вовсе не про огонь и даже не про воду. — Три вещи никогда не возвращаются обратно: время, слово и возможность.

Добавила уже про себя: «Три вещи не следует терять: спокойствие, надежду и честь. Три вещи труднее всего сказать: я люблю тебя, прости и помоги мне».

Потрогать подбородок Дже Хёна хотелось все больше, куда сильнее, чем когда он нес меня на спине. Я закусила губу, чтобы справиться с этой безумной… потребностью.

Да, больше всего это желание походило на потребность, словно, не узнав, какая на ощупь кожа дракона, я не смогу жить дальше. Пытаясь отвлечься, я перевела взгляд выше, на щеку и губы мужчины. Мысли никуда не исчезли, наоборот, расширились, занимая все пространство во вмиг опустевшей голове.

«Соберись! — приказала я себе. — Ты что творишь?»

Не помогло. Сглотнув и волевым усилием отведя взгляд в сторону, чувствуя, как щеки заливает румянец стыда, я резко сказала:

— Я могу идти сама!

Попытка спрыгнуть на землю закончилась провалом: Дже Хён меня не отпустил, но и не упал, зато знатно выругался в попытке удержать равновесие. Румянец на щеках ощутимо пылал, смотреть в глаза дракону было страшно, а губу я, кажется, прокусила насквозь.

Надеясь отвлечь его от неловкой ситуации, я быстро отыскала взглядом хоть какой-то повод для вопроса и деловито ткнула пальцем чуть в сторону от тропы, по которой мы шли:

— А что это там такое?

Моя попытка сработала, дышать стало легче, как только Хён перевел взгляд с меня на заросли, в которые я так непредусмотрительно указала.

— Что ты видишь? — уточнил Дже Хён, а мне осталось догадываться, по какой причине он задал вопрос. Если для того, чтобы уличить меня во лжи, то уже через секунду я буду опять краснеть.

— А может, и показалось… — тихо пискнула я, чувствуя прилив жара к щекам, как и предсказывала сама.

Молодой человек не заметил изменений в тоне моей кожи, спустил на землю и за руку потащил в заросли.

«А может, не надо… — про себя молилась я. — Вот как я буду объяснять, зачем отвлекала Дже Хёна?»

Мыслей все еще не было, так что я обреченно семенила за драконом, молясь о пощаде.

— Там ничего нет, — фыркнул он. — Тебе показалось. Будь внимательнее.

Я слушала, кивала, а сама завороженно таращилась на заросли. Он хотел вернуться на тропу, но я воспротивилась, хотя со стороны это, похоже, смотрелось презабавно: высоченный парень с легкостью тянет за собой мелкую девчонку, пока та пытается сопротивляться. С тем же успехом муха могла бы попытаться лететь против ветра.

— Подожди, — попросила я, когда поняла, что дракон просто не замечает моих попыток его остановить.

Дже Хён замер и обернулся ко мне, вопросительно изогнув бровь, а я просто выдернула из захвата свою ладонь и направилась обратно. Молодой человек вздохнул и заметил:

— Если тебе надо в кусты, так и сказала бы.

Теперь была моя очередь вздыхать, но я сдержалась и произнесла:

— Пойдем.

На самом деле я не была уверена, что промелькнувшее предчувствие верно. Но оно, это предчувствие, настолько не укладывалось в рамки моего опыта, что я не могла не проверить заросли как следует.

Чем ближе я подходила к кустам, тем отчетливее было какое-то странное тепло. На мой вопрос Дже Хён лишь пожал плечами, давая понять, что ничего подобного он не чувствует. Тепло было неоднородным, неплотным, будто слабый горячий поток воздуха ежесекундно менял направление и высоту. Ласковое дуновение коснулось лица, а через мгновение уже сместилось к животу и ногам, чтобы затем пощекотать за ухом.

Чем дальше я шла, тем плотнее становилась волна, но она не обжигала, а лишь приятно наполняла тело, расслабляя и умиротворяя.

«Интересно, почему же я раньше не замечала за собой ничего из особенностей Хадже? — пробираясь сквозь кусты, думала я. — У меня ведь могли проявиться какие-то способности и раньше, еще до встречи с драконом».

Кусты закончились, а между редко растущими деревьями тепло начало уплотняться. Мне казалось, что я иду вброд через реку, но это по непонятной причине не страшило.

Я вообще начала воспринимать необъяснимое как часть моей жизни. Теперь она во многом состояла из подобных вещей.

«Не замечала, потому что не могла себе такое представить, — словно из ниоткуда пришло простое и понятное объяснение. — Мой разум просто не воспринял бы этого. Я не поверила бы…»

Конечно же. С детства, как и всех, меня учили: нельзя играть со спичками и зажигалками, нельзя прикасаться к пламени. Нельзя, нельзя… И эти «нельзя» прочно укоренились в сознании, и преодолеть их самостоятельно тоже нет никакой возможности.

Через пару десятков шагов впереди среди камней и деревьев начали мелькать искорки. Чем ближе мы подходили, тем чаще и крупнее становились вспышки.

— Ты это видишь? — спросила я дракона, но он лишь непонимающе помотал головой и произнес:

— Нет, но что-то мешает мне идти дальше.

Он взял меня за руку, и я непроизвольно вздрогнула, чувствуя исходящий от Дже Хёна холод.

— У тебя холодные пальцы…

— Зато у тебя горячие, — улыбнулся он в тот миг, когда я к нему обернулась.

От неожиданности я на секунду замерла на месте, разглядывая дракона. Даже рот открыла, чтобы спросить, почему он так спокоен и улыбается мне, хотя сам больше напоминает ходячий труп, бледный, будто покрытый коркой инея.

— Все нормально, — пробормотал он и опять ободряюще мне улыбнулся. — Просто иди вперед. По ту сторону все пройдет.

Он не злился, не паниковал, не требовал поспешить. Он просто терпел происходящее с ним, давая мне возможность сосредоточиться. Или? Или не бояться…

«А мне ужасно страшно, — подумала я, чувствуя, как в районе солнечного сплетения разрастается болезненно неприятное предчувствие. — Что там будет? Как на наш приход отреагируют?»

Меня пожирал изнутри страх, желание вернуться, но я заставила себя вдохнуть, выдохнуть и пойти вперед.