Ричард Длинные Руки - гауграф - Гай Юлий Орловский

Виконт нервно ерзал, я видел по его лицу, как ему не хочется терять место первого мужчины за столом, доминанта-самца. И хотя я – гроссграф и даже майордом, но это где-то там, к тому же различия уместны на войне, а в мирное время все мы прежде всего рыцари и принадлежим к одному классу и кругу.

– Женщина уверена, – сказал он вдруг и посмотрел значительно, – что дважды два будет пять, если устроить скандал и как следует поплакать.

Я не понял, к чему он это брякнул, но леди Элинор заулыбалась и сказала поощряющее:

– О, как точно, как остроумно!.. Как вы проницательны, виконт!

Родриго тоже залился веселым детским смехом, леди Дженнифер вскинула брови, но раз нужно смеяться, то и она улыбнулась.

Леди Элинор продолжала чарующим голосом:

– Вы так хорошо понимаете женщин, виконт!.. Признайтесь, у вас уже немалый опыт в этом деле?

Он залихватски закрутил ус и ответил жирным голосом:

– Портить приличных девчонок гораздо приятнее, чем исправлять… неприличных. Потому я и не рвусь в паладины!

Леди Элинор снова рассмеялась, Дженнифер поморщилась, я решил чуть подпустить в голос строгости:

– Паладины занимаются другими делами, виконт. Исправлением нравов, мужчин и женщин, без разницы – церковь. И хотя вам до паладина далеко, как и до рыцаря, если честно, но очень хорошо, что ваше хилое здоровье все-таки позволяет вам подниматься в седло. Пусть даже вас сажают впятером… Мужчина должен бороться против немощи, как может.

Он округлил глаза, нежное лицо пошло красными пятнами.

– Сэр Ричард! – вскричал он негодующе. – Да как вы… почему вы… у меня не хилое здоровье!

– Правда? – спросил я доверчиво. – Тогда почему в трудный час вы гоняетесь за оленями, которые уж точно не дадут сдачи, а не скрещиваете мечи с варварами? Или сенмарицами, не желающими называть себя арндцами?.. Вы хоть раз выезжали через северные ворота? На ту же охоту?

Леди Элинор сказала поспешно:

– Сэр Ричард, это я запретила им выезжать через северные. Там все еще могут возвращаться отставшие отряды варваров.

Виконт взглянул на нее с благодарностью, хоть и несколько удивленно, явно хозяйка о таком не упоминала, а я сказал с прежней непреклонностью носорога или воина-крестоносца:

– Пока надеждою горим, пока сердца для чести живы… как там дальше в Уставе рыцаря? Ах да, Отчизне отдадим души прекрасные порывы! Вы отдаете?.. Вы даже не знаете, что такое Отчизна!.. Ну и что, если еще никто не знает?.. Это не умом, сердцем надо чувствовать, как учит всеблагая церковь.

Родриго пропищал торопливо:

– Сэр Ричард, а что это?

Я напыжился было, речь о великом, но скис, не сумев подобрать слов, и пробормотал в затруднении:

– Это то великое, что на небесах, но объединяет нас всех. Мы все граждане одной Отчизны. Но потом стащим свои участки на землю, приспособим под себя, и такое начнется!.. Ладно, сэр Кернандель из Вилона, я не в укор. Всякий волен сражаться с кровожадным врагом либо бахвалиться победами над беззащитными гусями. Пирог в самом деле великолепен, леди Элинор! Все мы люди, а Господь велит быть милосердными… к каждому.

Далеко-далеко послышался звук рога. Я отметил это краешком сознания, у нас обед, нельзя отвлекаться, хотя ощутил, что дудят неспроста.

Родриго спросил заинтересованно, трудно или нет быть правителем королевства, леди Элинор строго напомнила ему, что за обедом не чавкают, а я ответил серьезно:

– Основой власти во всех государствах, как унаследованной, так и узурпаторской, служат хорошие законы и хорошее войско. То и другое позволяет мне иногда покидать дворец без опасения, что сразу все развалится. Потому, как только подберешь себе королевство по вкусу, сразу же установи справедливые законы.

– Так и сделаю, – пообещал Родриго тоже очень серьезно. – Хорошее войско…

– И законы, – напомнил я. – Без хороших законов и войско не спасет.

По коридору прогремели тяжелые шаги. Леди Элинор, Дженнифер и даже сэр Кернандель с Родриго насторожились. Я понял, что так никто из местных по ту сторону не бегает, сам напрягся и посмотрел по сторонам в поисках оружия.

Дверь распахнулась, в дверном проеме возник Мартин. По его застывшей фигуре я понял, что стряслось нечто страшное. Леди Дженнифер слабо вскрикнула и прижала ладонь ко рту. Леди Элинор побледнела, как смерть.

– Сэр Ричард, – произнес Мартин сдавленным голосом, – у нас неприятности.

Я быстро поднялся.

– Леди Элинор, леди Дженнифер, прошу прощения…

Мартин отступил, я вышел в коридор и плотно закрыл за собой дверь. Он доложил тяжелым голосом:

– Прибыл гонец.

– Из Армландии?

– Да.

– Насчет герцога? – спросил я медленно, чувствуя, как сердце охватила ледяная волна. – Что с ним?

– Захвачен в плен.

– Кто? – спросил я страшным голосом. – Кто посмел?