Две принцессы Бамарры - Гейл Карсон Ливайн

Привратник открыл ворота, и мы покинули деревню. Наступала ночь. Гэвин шел между мной и Мэрил. Рис – с другой стороны от меня. Остальные поспешали следом. Гэвин задал темп, быстрый, но не настолько, чтобы приходилось останавливаться и отдыхать.

– Сколько нам до долины? – спросила я его.

– По меньшей мере три часа, если нас не убьют по дороге.

Три часа! А Мэрил умрет на заре.

– Ты станешь героем, Гэвин, – сказала она, – и нас всех ждет великое приключение.

Кашель ее уменьшился. Видимо, мойли помогла.

– Огров на этой тропе нет, – сказала Элиза, – но могут напасть грифоны. Они хорошо видят в темноте.

Я взглянула вверх, но разглядела лишь звезды. Мы шли вперед. Я попросила Гэвина и Элизу описать водопад.

– Он очень высокий, ваше высочество, – ответил юноша, – и вершины, с которых спускается вода, теряются в тумане.

Элиза добавила:

– Из него не вытекает ни единого ручья. Вода исчезает, как только касается дна долины.

И опять Воллис сказала правду.

– Трава под водопадом, – продолжала Элиза, – где вода ударяется о землю и исчезает, самая зеленая в Эскернах. Хорошенько вооружившись, мы даже пасем там овец. Они растут едва ли не на глазах, когда пасутся в долине.

– Вы когда-нибудь пили из водопада? – спросил Рис.

– Пью, – ответил Гэвин, – когда привожу овец. Мы все пьем.

Они пьют воду, и никто из них не заболевает «серой смертью».

Мэрил начала расспрашивать Гэвина о столкновениях с чудовищами. Тот отвечал, и другие селяне присоединились к беседе. Рис коснулся моей руки, и мы приотстали, заняв место в арьергарде.

– Я должен кое-что тебе сказать… – Он колебался. – Хотя тебе, возможно, это не понравится. – Он умолк. – Это касается нас. Тебя… – он помедлил, – и меня.

Он догадался о моей любви. И чувствовал себя обязанным развеять морок.

– Не надо ничего говорить, – шепнула я.

– Нет, надо. – Голос его звучал странно, словно простуженный, хотя чародеи не простывают. – Как я уже говорил, Орне прекрасный учитель.

Это Орне его надоумил.

– И очень убедительный. – Рис снова умолк, а затем продолжил: – Но я не всегда с ним согласен. По вопросу брака, с людьми во всяком случае…

Брака?

– Думаю, он ошибается, особенно насчет меня. Ох, Эдди, мы можем оба погибнуть сегодня…

Должно быть, Эскернские горы заколдованы, подумалось мне. Они заставляют меня слышать то, чего нет. Но я улыбалась.

Он остановился и взял меня за руку.

– Если мы умрем или я умру…

Он говорил о смерти, а я не могла перестать улыбаться.

В темноте он, должно быть, не заметил этого, потому что торопливо произнес:

– Я должен сказать тебе, что люблю тебя и если уцелею, то намерен просить твоей руки. Не надо ничего говорить сейчас, если тебя это нервирует, но я предпочел бы умереть, не зная, что ты не любишь меня, если таковы твои чувства.

Я открыла рот, но опять не смогла издать ни звука. За время странствий я набралась храбрости, но не для этого.

– Эдди?

– Но я люблю тебя, – прошептала я беззвучно.

Однако он услышал. Он взял меня за подбородок, и мне пришлось взглянуть ему в глаза. Он тоже улыбался, такой же счастливой улыбкой, как и я.

– Эдди! – Он наклонился поцеловать меня.

Но тут нас окликнула Мэрил.

– Эдди! Где ты? Рис? – Голос ее звучал испуганно.

– Уже идем.

Он подхватил меня на руки и полетел со мной к сестре.

– Мы просто говорили о будущем, – сказал он с хитрецой.

– Я думала, вас чудище утащило. – Она закашлялась.

Еще один цветок мойли пошел в дело. Мы продолжили путь, причем Рис держал меня за руку. Я сунула другую руку в облачное одеяло и стиснула ладошку Мэрил – теперь обе мои любви были со мной. Но у Мэрил рука была горячая, как дракон.

Мы все умолкли и продолжили путь. Мэрил шагала наравне со мной и не выказывала усталости. Над нами захлопали крылья. Я вскинула голову, но это оказался всего лишь ворон. Через секунду донеслось хриплое карканье.

Интересно, сколько мы уже прошли и сколько нам еще идти? Спрашивать не хотелось. Пусть ни тропа, ни ночь не кончаются. На краткий миг я получила все, о чем мечтала.

Мы продвигались вдоль хребта, а потом начали подниматься, перестроившись в цепочку по одному, потому что тропа сузилась. Мэрил шла впереди меня, Рис позади. Я отпустила руку Риса, но продолжала держать Мэрил. Тропа извивалась, возвращалась сама к себе и снова поворачивала. Мы карабкались со скалы на скалу.

Снова крылья. Две твари пересекли луну, то ли грифоны, то ли орлы. Кто бы это ни был, они пролетели и исчезли.

Подъем сделался круче. Скоро дыхание мое сделалось прерывистым, а Мэрил снова принялась кашлять, и новый цветок мойли не принес облегчения.

Луна вроде бы потускнела, а небо посветлело, или мне это только показалось? Наконец мы достигли гребня и направились вдоль него.

– Эйснанская долина под нами. – Гэвин указал влево, но в темноте ничего не удалось разглядеть.

– Здесь нам не спуститься, – заметила Элиза. – Придется идти в обход. Но все равно уже недалеко. Мы выйдем на скальный выступ. В нескольких футах за ним стоит утес, который мы называем Стражем. Когда обогнем Стража, окажемся в долине.

– Как далеко оттуда до водопада? – спросила я.

– С полмили, – ответил Гэвин.

Рис сможет отнести Мэрил туда по воздуху. До ее выздоровления оставались минуты!

Мы прошли еще немного и начали спускаться. Я напрягала слух в надежде различить шум водопада, но ничего не слышала. Сжав ладонь Мэрил, я почувствовала ответное пожатие, но мне показалось, что ее хватка чуть ос лабла.

Спуск оказался пологим, легче, чем подъем.

– Девять героев Бамарры спускались в Эйснанскую долину, – произнесла Мэрил и закашлялась. – Про нас надо слагать поэмы. Эдди, не почитаешь из «Друальта»?

На память пришла батальная сцена из начала. Голос мой звучал тихо, но постепенно набирал силу:

Брюс венценосный

В доспехах сияющих

Вел правый фланг, призывая:

«Прячьтесь, чудища, прячьтесь

От наших могучих рядов».

Друальт Смеющийся

В латах кровавых

Вел левый фланг, выкликая:

«Придите же, чудища,

К нам и узнайте

Нашу великую мощь».

Все подхватили – Рис низким голосом, Мэрил хриплым, селяне вразнобой: