Знамение - Александр Прозоров

— Найл, ты собираешься идти, или нет? — подтолкнул его Симеон.

— Извини.

Посланник двинулся вперед, теперь вдвойне осторожно ступая на нижнюю паутину и куда более цепко держась за верхнюю. Через пару десятков метров скальная стена в очередной раз изогнулась. Найл оглянулся, бросив прощальный взгляд на распластанное тело и скрылся за поворотом.

Постепенно гребень перевала становился все ближе и ближе, пока в один прекрасный миг Найлу не удалось взглянуть поверх него. Там различалась далекая линия горизонта. Ровная линия. Линия, которая бывает такой геометрически правильной только в двух местах: на море и в пустыне.

— Есть, дошли!

— Куда дошли? — Симеон вытянул шею и попытался привстать на цыпочки. Носки его сандалий без труда оторвали паутину от скалы и проскользнули в щель между нитью и камнем. Ай!

Медик от испуга выпустил верхнюю нить, испуганно сжался — паутинка захлестнулась под колени — и Симеон завис вниз головой в таком виде: сжавшись в комочек, крепко вцепившись в паутину по обе стороны от коленей и испуганно округлив глаза.

— Держись! — Найл придвинулся к нему на полшага, чуть присел, крепко схватился за паутину правой рукой, а левую протянул медику. Давай, Симеон. Отпускай паутину и бери меня за руку.

— Б-боюсь. — прошептал щуплый пожилой человек, возраст которого уже приближался к тому, после которого смертоносцы отправляли людей в Счастливый Край. — Н-не р-разжимаются.

— Ты что, собираешься висеть здесь до конца жизни?

— Вам помочь, мой господин? — следующей за Симеоном по паутине шла Нефтис.

— Как?

Начальница стражи вытянула примотанное за спиной копье — чтобы не мешало наклоняться, перехватила его в левую руку, прижав большим пальцем к скале, низко склонилась, схватила Симеона за шиворот и резко потянула вверх. Нижняя паутина поползла вслед за медиком, а у Нефтис от натуги покраснело лицо и вздулись жилы на плечах и руках.

— Ну же, хватайся! — рявкнул Найл медику в ухо.

Симеон наконец-то решился отпустить нижнюю паутину и схватиться за верхнюю. Нижняя паутина дернулась к земле, тщедушное тело подпрыгнуло вверх. От рывка рука Нефтис соскользнула с паутины. Последним, милосердным жестом она отпустила шкирку медика, чтобы снова не сорвать его со стены, резко изогнулась, попыталась ухватиться за нижнюю нить, но промахнулась и молча заскользила вниз.

— Нефтис!!! — во весь голос закричал Найл, словно это могло хоть чем-нибудь помочь. Он увидел, как девушка ударилась о камень — ее отбросило от скалы, и она с громким хрустом рухнула в снег.

— Стой! Убьешься! — испуганно воскликнул Симеон, видя, что правитель собирается прыгнуть вслед за своей телохранительницей.

— Ну, медик, — кинул на него Найл ненавидящий взгляд.

— Постой! — Симеон пальцем указал вперед. Тут до перевала всего ничего осталось! Дойдем до гребня, а потом пешком спустимся назад, к ней.

До серого камня, за которым виднелась заветная линия горизонта, оставалось не больше пятидесяти метров. Спуск от него к упавшей девушке казался не очень крутым. В общем, за полчаса можно успеть.

— Шевелится! — крикнул Симеон. Жива! Когда они сбежали вниз, Нефтис продолжала лежать в снегу, в мокрой насквозь тунике и болезненно морщилась.

— Сейчас, сейчас, — медик быстро ощупал девушку: тело, руки голову, ноги. Поцокал языком, поднял глаза на Найла. — Нога.

— Что «нога»?

— Нога сломана. Чуть ниже колена. Шину нужно наложить. Нужно что-нибудь прямое. Палка там, доска.

— Копье?

— Копье слишком длинное.

— Можно отломать, — правитель вытащил из-за спины копье. Мерлью давала тебе нож, где он?

Симеон достал нож, протянул Найлу.

— Отлично. Сколько отрезать?

Медик показал. Найл быстро сделал глубокие надрезы вокруг древка, переломил его об колено, протянул нужный кусок.

— Ага, сейчас, — Симеон отмотал у себя с пояса длинную матерчатую ленту, — Так и знал, что пригодится.

Он приложил обломок копья к ноге Нефтис, плотно примотал, потом отступил на пару шагов, жестом позвал к себе Найла и тихо прошептал:

— Это все. Ей не спуститься.

— Как?

— На одной ноге ей не спуститься вниз по склону, а ночью она тут замерзнет, сам понимаешь. Так что это все, твоей Нефтис не повезло.

— Она спустится, она сможет. Найл мысленно вызвал Дравига и спросил, какой склон с той стороны горы.

— Склон крутой, Посланник, — смертоносец прислал яркую картинку обрыва чуть не километровой высоты. Мы оставили вам несколько паутин для спуска.

— Спасибо, Дравиг, — Найл, глядя на свою телохранительницу, прикусил губу.

— Не вздумай! — Симеон сразу понял, о чем думает правитель. Если ты начнешь отдавать ей свою энергию, тебя самого ни на спуск, ни на ночевку не хватит.

— Не надо, мой господин! — испугалась Нефтис. — если вы из-за меня погибнете — я убью себя!

— Не погибну.

— Лучше оставьте меня здесь.

— Вот-вот начнет смеркаться, Найл. — напомнил Симеон. Нам не удастся спуститься в темноте, нужно уходить.

— А как же Нефтис?

— Ты хочешь погубить всех ради одной стражницы?

— Оставьте меня, мой господин, — Нефтис попыталась шевельнуться, но вскрикнула от боли. Это судьба.

Правитель поднял глаза на гребень горы. Уже почти все люди стояли там, а кое-кто начал спускаться к нему, желая выяснить, в чем дело. Готов ли он обречь их всех на ночь в снегу — без тепла, без укрытия — ради одной-единственной жизни?

— Спускайтесь, — Найл выпрямился и махнул рукой стоящим на краю обрыва путникам: — Спускайтесь! Скоро ночь, уходите!

Однако слушаться его никто не торопился, а некоторые из путников начали спускаться к правителю.

— Что случилось, Посланник? — спросила подошедшая Юлук. Из-за ее плеча выглядывал Рион: папочка больше чем на голову не дотягивал до роста своей дочурки.

— Нефтис ногу сломала, — объяснил Найл. — спуститься сегодня точно не успеет. Я останусь с ней, чтобы не замерзла, а утром что-нибудь придумаю. Вы свои подстилки и покрывала отдайте нам, а сами уходите, хорошо?

— Нет, вдвоем вы все равно замерзнете, Посланник, — выступил вперед Рион. — Для хорошего тепла нужно людям шести-семи вместе сбиться. И покрывал побольше. Я вниз заглянул, там снега нет. Кто пойдет вниз, пусть свои скатки нам передаст, понятно?

Обращался Рион не к правителю, а к своей дочке. Та кивнула, оглянулась на перевал и закричала:

— Нуфтус, Кавина, заберите у всех тряпки и идите сюда! А остальные пусть спускаются, пока не поздно!