Сестра Рока - Яна Алексеева

А на обратном пути, добираясь окольными путями до города, где остановилась наша труппа, я попала в засаду. Самое обидное то, что расставлена она была не на меня и даже не на курьера, которого я заменяла, а на каких-то посторонних купцов, которых я обогнула по далекой дуге.

Лошадка неторопливо рысила по обочине грязной дороги, проходящей сквозь густой лес, и я настолько погрузилась в себя, перебирая подробности исполненного задания и разучивая про себя новую роль, списки с которого мне в дорогу сунул Арриол, что не обратила внимания на подозрительное шевеление в кустах. А зря…

Неожиданно под ноги лошади вылетело толстое бревно, и, запнувшись, она резко остановилась, едва не упав на колени. Крепко приложившись животом о высокую луку седла, я прошипела грязное ругательство и только потом огляделась. Из кустов неторопливо вылезали несколько низкорослых горцев в меховых куртках. Главный, судя по его красному лицу и длинной, волочащейся по земле косе и двойной меховой оторочке, происходил из клана Эргох, известного своей кровожадностью…

– Та-а-ак… – деловито протянул он, обходя меня кругом. – Идиоты! – бросил он своим подчиненным. – Кого остановили?

А действительно – кого? Среднего роста, молодой да рыжий, пропыленный, в удобной дорожной куртке, судя по шнурам в рукавах – курьер торгового дома. К тому же пустой.

Я все еще не до конца включилась в реальность, а потому философски взирала на происходящее сверху, не пытаясь вырваться из круга.

– Слезай!

– Зачем? – спросила я, подняв бровь.

– Не твое дело, – процедил главарь, не понимая, почему я все еще не дрожу от страха.

Но мои мысли витали в Степи.

– Как раз мое…

– Любопы-ытный? Грабить будем, – прохрипел главарь.

Усмехнувшись, я пожала плечами. Нечего грабить…

– По-моему, вы ошиблись. У меня ничего нет.

– Угу… уже неважно. Слезай.

– Не буду, – уперлась я.

– Слезай, не зли нас…

– Хе, чего вы мне сделаете?

– Любопы-ытный, да?

Что-то он повторяется…

Издалека донесся приглушенный вой. Сигнал о приближении еще одного путника? Все засуетились, половина разбойников вновь скрылась в придорожных кустах, главарь схватил лошадь под уздцы, пытаясь стащить с дороги, а еще один потянул меня за ногу. Очнувшись, я дернула ногой, бешено заорала и пришпорила отличающееся флегматичностью серое животное. Точнее, кольнула в круп острием кинжала, пристегнутого к запястью.

Такого обращения не потерпит ни одна тварь. Лошадь взбрыкнула, тряхнула головой и взметнулась в длинном прыжке. Не зря конюшни Хоркальта продают своих невзрачных выкормышей по такой бешеной цене. Выносливые, упрямые, но очень быстрые, способные долго нестись галопом.

И сейчас, стремительно удаляясь от остолбеневших от удивления горцев, совершенно не ожидавших такой прыти от косолапой на вид животинки, я звонко улюлюкала, прощально махая рукой. Вообще-то мне повезло, обычно в засаде сидят и арбалетчики. Но у горцев нелюбовь к стрелковому оружию доходила порой до абсурда, и вот в таких ситуациях они ничего не могли поделать.

Мимо левого плеча просвистел крупный камень. Пращники? Откуда? Быстрее! Я прибавила ходу.

Неожиданное чужое присутствие даже во сне заставило ощетиниться охотничьи инстинкты. Но окончательно из прошлого меня вырвал тихий оклик:

– Эй! Сирин! Ну и горазды же вы спать, сера…

Открываю глаза, пару мгновений бездумно всматриваясь в полог над кроватью. Простыни неприятно облепили потное тело, покрывало скомкано… Сердце полно горечи, воспоминания о той упорной, но беспечной девушке. Никогда, никогда боги не дадут забыть о прошлом, пусть даже воспоминания те приятны… хотя как ругали меня за беспечность мои учителя!

А кто меня разбудил? На миг напрягшись так, что в голове зазвенела кровь, я отбросила покрывало и стремительно перекатилась к краю ложа. Взметнулась вверх, откидывая полог, и торопливо огляделась, поправляя ножны кинжалов. Чуть смутилась под пристальным взглядом Грея, настороженно замершего рядом. Сколько он пытался меня добудиться? И как?

– Я крепко спала?

– Нет, просто долго…

– Сколько?

– Время идет к ужину.

– Время не идет, – расслабилась я, – оно тя-янется.

Гибко потянулась вверх, пытаясь заставить затекшее тело работать на полную мощность. Надо потренироваться? Да…

– Вам пришлось меня будить?