Разрушитель империи - Николай Басов

Как ни связывался Ибраил с Нишапром, как ни пытался помочь ему Трол, ничего из этого не вышло. И поход в мир Яйца пришлось устраивать вслепую. Так уж получилось, что ему действительно уже на следующий день доложили, что канаты, способные выдержать до двадцати тонн груза, заказаны и скоро их доставят в Дотимер, что корабль взялись перестраивать, что уже скоро будут срублены недостающие механизмы — лебёдка, поворотные барабаны и кое-что ещё, предложенное Корком. Даже каменные лотки, которые, кстати, вызвали у мага самые большие опасения, пробуют заказать в одной из местных каменоломен. Тогда Трол вместе с магом решил, что им в Дотимере делать нечего, и оба отправились на разведку.

Переход на этот раз получился у него хуже, чем всегда. Настолько хуже, что он, несмотря на все свои тренировки, так и не сумел отвлечься от боли и муки, которые, как обычно, навалились на него в магических коридорах, состоящих как бы из влажноватой, почти живой ткани, но упругой и жёсткой в основе, словно они шли по сырому, невероятно плотному мху, растущему на каменных стенах.

Как всегда, у него довольно быстро упало зрение, пропал слух, чувство ориентации, и он прилагал сумасшедшие усилия, чтобы всё-таки видеть перед собой Ибраила, а они всё шли, шли… Потом маг вдруг принялся ему что-то объяснять. Трол попробовал сосредоточиться, полный благодарности, что его отвлекают таким немудрёным, но всегда действенным методом, как разговор на посторонние темы. Прислушался и понял, что Ибраил говорит:

— Никогда не находил ни малейшего объяснения твоей неспособности адаптироваться тут. Просто даже гипотезы на этот счёт не сумел придумать.

Значит, разговор всё-таки шёл на не совсем отвлечённые темы. Возрождённый, присев на миг, чтобы сбросить напряжение в спине, потряс головой, выпрямился, попробовал идти дальше, разжал губы и спросил:

— А знаешь, я одного не пойму — как это вы с Нишапром так ловко всё устроили, что войти в этот коридор и выйти из мира Яйца получается в одной точке?

Маг обернулся, посмотрел на Трола озабоченно, твёрдо проговорил:

— Ты, оказывается, куда хуже, чем я думал… — Он поплямкал губами, добавил: — Ты же только что уже задал этот вопрос, и я даже попробовал тебе на него ответить.

— Да? — удивился Трол. — Я не заметил.

Ибраил зашагал дальше, его фигура стала таять в холодноватом, красном мареве, стоящем вокруг, Трол поспешил за ним.

— Это не природное свойство коридоров такого класса, обычно их прокладывают однонаправленными. Но это очень старое образование, и оно уже было старым, когда Сухмет Золотой Ошейник нашёл его и обновил. А в древние времена и маги были посильнее, и действовали экономнее. Вот и получилось, что они создали двунаправленную дорогу… С развилкой в тот мир, где хранится янтарная скала.

— Не понял, при чём тут экономия?

— Чтобы пробить вход или выход из любого чуждого мира в наш, нужно очень много энергии. Сами-то тоннели не требуют и трети таких сил, хоть опоясай ими весь наш свет… Вот и получается, что древние маги, обладая искусством изящным и совершенным, делали вход-выход совмещёнными. — Маг обернулся и, осознав, что Трол слушает, постепенно приходя в себя, усмехнулся. — Ведь плотник в доме тоже не делает одну дверь только для входа, а другую для выхода.

Они пришли, покатились по песку, как обычно, выход в этот мир находился в десятке футов над каким-то покатым песчаным склоном. Трол снова потряс головой, чтобы избавиться от песка, набившегося в волосы, налипшего на губах, осознал, что ему стало немного легче, и выпрямился. Ибраил уже с интересом оглядывался. В самом деле, тут было на что смотреть.

В той стороне от янтарной скалы, где протекала река, стоял самый настоящий дом, наполовину сложенный из камней, наполовину вырубленный из толстых, в обхват двумя руками, брёвен. Над строением курился дымок из трубы, от него в разные стороны вдоль берега реки простирались тучные луга, которых раньше не было. В нескольких местах эти луговины прерывались полями с чем-то похожим на низкорослую пшеницу, а у самого дома виднелись грядки с самым удивительным огородным разнообразием. Кажется, что на них росло всё — от репы до подсолнухов и от перца до гречки. Причём одновременно и весьма бурно.

Трол не поверил своим глазам — луговины, дом, поля, всё это стояло в том самом месте, куда он, как ни старался, не сумел дойти, даже стискивая зубы от боли. И вдруг — так спокойно, так мирно и успешно преодолеть рубеж, который, как он думал, способен миновать только маг. И как это Мёде удалось?

Он сделал шаг в том направлении и вдруг понял, что несильная, но отчётливая волна несёт его к этому месту, потому что оно уже было оживлено человеком, и теперь даже Трол мог бы в нём существовать.

Откуда-то залаяли собаки, потом Трол понял, что это не собаки, а небольшие, ещё не способные летать фламинго. Они выбежали из-за дома кучей, почувствовав чужаков, остановились. Из дома вышла женщина, молодая и сильная, она подняла руку козырьком, вглядываясь в Ибраила с Тролом. Исчезла в доме, появилась снова.