В спящем режиме - Владимир Колычев

– Я понял.

– Да. В принципе, все постоянно движется и без Захватов, – отвлеченно произнес Борода, осматриваясь, – но после них особенно сильные смещения.

Спохватившись, я тоже стал вертеть головой. Оказалось, что тайное убежище Бороды – это комната в подвале какого-то разрушенного здания. Сколько их в Зоне, таких вот бывших человеческих домов… Кто-то в них жил, строил планы на будущее, собирался встретить старость… а потом случилось Посещение.

– Что здесь раньше-то было? – спросил я, указывая на руины.

– Понятия не имею, – лаконично бросил мне проводник, дескать, не мешай.

Верно. Чего я лезу со своими вопросами? Сперва надо изучить обстановку, а вопросы подождут.

– Пойдем в Овраг Страха, – убедившись, что непосредственной угрозы нет, сказал Борода.

– Это там, где… – начал я.

– Именно. Да ты не боись, вдвоем справимся!

До указанного места мы дошли без приключений. Разве что дважды поволновались.

Первый раз, когда неподалеку пролетал военный вертолет, «Вертушка» патрульных, к счастью, нами не заинтересовалась. Вояки особо не разбираются, могут по ходу запросто шмальнуть, если заметят. У нас же нет опознавательных радиомаячков, как положено сталкерам лицензированным, а точней, «лицензонным»…

И второй раз, когда приметили стадо мутакоров. Вырожденные буренки, к двойному счастью, нами тоже не заинтересовались. Эти твари хоть и остались травоядными, но вместе с дополнительными парами рогов, тремя мускулистыми хвостами-щупальцами и бронечешуей на шкуре приобрели просто-таки носорожью свирепость. А что поделать, иначе не выжить. В Троте ведь как: хочешь уцелеть, сумей отбиться от всякого, кто захочет тебя сожрать.

– Зонников, конечно, осталось мало. Обычно все самое ценное подбирают в первые часы после Захвата. Но, думаю, что-нибудь и мы найдем, – сказал Борода.

– Как-то не оптимистично…

– А ты думал! – Борода ухмыльнулся. – Собирать хабар – занятие по умолчанию не оптимистичное. Это в интырнетах всякие лжесталкеры пишут об азарте и проводят параллели с золотой лихорадкой. На деле же все куда прозаичнее и унылее.

– Почему же? – спросил я.

– Хотя бы потому, что поиск зонников – очень тяжелый труд. Это тебе не игра, в которой подошел, нажал кнопочку и взял. В реальности же пока найдешь хоть что-то ценное, пока подберешься к нему, пока упакуешь… Помню, я один зонник полчаса паковал…

– Это понятно, – согласился я. – Ну а если ты нашел, предположим, «сеть» или, скажем, «серебряную каплю»?

– Во-первых, такие сокровища еще надо найти, подобраться к ним и взять их. Во-вторых, попробуй ценный хабар спокойно донести до скупщика, – поучительным тоном ответил Борода. – Знаешь, как после Захвата активизируются всякие подонки? Уголовники натурально звереют, да и сталкеры не брезгуют грабежом. Для того чтобы найти и продать особо ценный зонник, нужна большая удача. Иначе бы каждый, кому повезло найти такую драгоценность, становился богачом.

– Я читал, что, типа, сами Зоны контролируют и направляют некоторых сталкеров…

– Не исключено, – лаконично прокомментировал Борода.

– А ты сам веришь в это? Ну, в то, что все это непотребство с нормальной природой в Зонах вытворяет… э-э-э, не просто мусор, оставшийся от инопланетян на обочине их звездного пути? – задал я давно вертевшийся на языке вопрос.

Что может быть интереснее мнений сталкеров! Настоящих, а не тех, что сидят в Интернете и строят из себя ветеранов, истоптавших все круги Недоада и облазивших все локации других Зон.

– Я верю в удачу. А кто ее… м-м-м, транслирует, меня не особо волнует.

Просить Бороду подробнее изложить свое мнение я не стал. Проводник ясно намекнул, что разговор на эту тему окончен.

– Выкидывай из головы философские мысли, – потребовал проводник. – Спускаемся в Овраг Страха.

* * *

Это место представляло собой, как ни странно, овраг. Обычно фрагментам Зон дают возвышенные, поэтические названия. Вот, например, в четвертом круге есть Город Смерти. На самом же деле в том сегменте территории – руины поселка в десяток улиц… Назвать бы просто: «остатки цивилизации». Так нет же! Город, мать его! Прямо-таки нездоровая склонность к преувеличению. Все-таки сталкеры, как ни крути, народ по-своему творческий.

Или вот здесь – Овраг Страха. Овраг как овраг. Ну да, широкий, глубокий и извилистый. Ну да, «изменки» видны невооруженным глазом. А страх-то при чем? Может, проводник в курсе?

– А почему это место так называется?

– Хрен его знает. Так повелось, – Борода прищурился. – Правда, бывает, когда спускаешься, почему-то очень страшно становится. Как, впрочем, и везде в Троте. Чем ниже, тем опаснее. Зато как звучит, Овраг Страха! Сразу запоминается.

Это да. Не поспоришь.

– Короче, спускаемся по одному. Пойду я, ты бери чуть левее и тоже спускайся. Но осторожненько, – напутствовал Борода. – И да, камушки расходуй с умом. У нас их мало осталось. Потом придется подручным материалом восполнять.

А то я, блин, не понимаю!

Не знал я, сколько камушков влезает в карман куртки. Наверное, с полсотни. А это значит, что мне нужно изрядно попотеть, чтобы благополучно спуститься.

Я превратился в слух, зрение и чутье. Камушек в ладонь, прикидка траектории, бросок… И так до тех пор, пока не будешь уверен в надежности точки опоры, куда наступит нога.

Мне повезло – «изменки» впереди располагались достаточно далеко друг от дружки. Я видел их. Я видел их границы невооруженным глазом. Что это? У меня выработалось чутье? Снизошло озарение?

Когда до дна оврага оставалось с десяток метров и на большей части этого пространства растекся «дюшес», я внезапно остановился. Мне нужна пауза. Чтобы «смыть мыло» с глаз, как говорил Борода.

Секунд через двадцать я продолжил движение. Все, спустился.

– Ну как? Не очень страшно? – поинтересовался Борода.

Я прислушался к ощущениям.

– Не очень, – уверенно ответил я. – Страшно, понятное дело, не по аллейке в парке гуляю, но…

– Вот и хорошо, – проводник улыбнулся краешками губ, – начинаешь привыкать. Теперь следуй за мной.

Я приготовился к долгому, нудному и тщательному поиску хабара. Но уже сразу нам стало не до скуки: впереди лежал свежий труп.

Он был в таком обезображенном состоянии, что я отвернулся. Нет, тошноты и отвращения не было. Только нежелание приближаться.

– В тиски угодил, бедолага. Всего поломало, считай, – прокомментировал Борода.

Я повернулся, когда проводник скомандовал «Вперед». На мертвое тело старался не смотреть. Подозреваю, что в дальнейшем еще навидаюсь. Во всяких состояниях. Не только искореженных в «тисках».