Новый дозор - Сергей Лукьяненко

— Что говорится в вашем первом пророчестве? — спросил я.

— Это второй вопрос? — уточнил Эразм.

— Да!

— Я не знаю, — улыбнулся старый пророк. — Я же рассказал вам, Антуан, — я прокричал пророчество в дупло старого дуба.

Мне пришлось подумать с полминуты, прежде чем я задал третий вопрос. Спорить по поводу бездарно профуканного второго было бесполезно.

— Каким образом, расскажите четко и внятно, я могу услышать ваше первое пророчество?

Прежде чем ответить, Эразм налил себе еще виски. Потом спросил:

— Уверены ли вы, что хотите этого? Прошло двести пятьдесят лет, но вдруг это пророчество еще не исполнилось? Тогда, стоит вам его услышать, вы запустите таинственный механизм пророчества. Во-первых, оно сможет исполниться, если вы перескажете его человеку. Во-вторых, до тех пор, пока вы будете единолично знать пророчество, за вами будет охотиться Тигр.

— Я хочу этого, — ответил я. И подумал о лежащей в кармане куртки игрушечной телефонной трубке с записанным на нее (возможно) пророчеством мальчика Кеши.

— Может быть, вы и правы, молодой человек, — сказал Эразм. — Знание — это великое искушение, перед которым трудно устоять…

Он поднялся, подошел к буфету. Открыл. Достал из дальнего угла что-то темное, пыльное… подержал секунду в руках, разглядывая — и вернулся ко мне.

— Держите, Антуан.

Я взял небольшую темную чашу… или, скорее, кубок — у нее был широкий верх, но присутствовала и небольшая ножка, покрытая незатейливой резьбой. Чаша оказалась на удивление легкой.

— Дерево, — понял я.

— Дуб, — уточнил Эразм.

— Это…

— Да уж не Грааль, конечно, — усмехнулся Эразм. — Я сам вырезал его из того дуба.

Я вопросительно посмотрел на старого пророка.

— Не знаю, — сказал Эразм. — Как именно услышать предсказание — не знаю. Но растения тоже имеют память. И где-то там оно есть… мое первое пророчество.

Подумав, я приложил кубок к уху. Вслушался в легкий шум собственной крови. Увы, никаких голосов…

— Может быть, налить в него вина и выпить? — спросил я.

— Тогда уж виски, — хихикнул Эразм. — Если выпить достаточно, то услышите все на свете.

Вид у него был довольный, словно от только что отмочил хорошую шутку.

— Мне кажется, вы лукавите, — сказал я. — Вы либо знаете… либо хотя бы предполагаете, как именно получить отсюда информацию.

— Быть может, — не стал спорить Эразм. — Но ведь и Гесер не разъяснил свой подарок, верно? А мне не очень-то хочется, чтобы вы действительно услышали пророчество.

— Трудно вас в этом упрекнуть… — согласился я. — Хотя вы относитесь к предсказанию о собственной смерти как-то… спокойно.

— К пророчеству, — поправил Эразм и, повернувшись ко мне спиной, протянул руки к камину. — Но вы же знаете, насколько пророчества туманны. «На исходе» — чьем? Моем? Или всего человечества? Или имеется в виду просто время суток? На исходе дня?

— Время суток — вряд ли, — сказал я. — Сейчас утро.

— Надо было попросить вас зайти вечером! — Эразм всплеснул руками. — Хотя… есть же еще один вариант! «На исходе придет ко мне Антуан…»

Я молчал.

— Возможно, речь шла о вас? — любезно предположил пророк, искоса поглядывая на меня. — И вы пришли ко мне на своем исходе… и ведь если за вами начнет охоту Тигр…

— Вот за это вас, Темных, и не любят, — сказал я, вставая. — Спасибо за чашку.

— Не обижайтесь, Антон. — То ли Эразм смутился, то ли сделал вид, что смущается. — Я всего лишь хочу предостеречь вас и показать все возможные толкования пророчества…

— Вы давно последний раз общались с Завулоном? — резко спросил я.

— Позвольте мне не отвечать на этот вопрос… — со вздохом произнес Эразм.

— Считайте, что вы уже ответили, — сказал я. — Передавайте привет своему учителю.

Поскольку мы были в Лондоне, то я счел себя вправе уйти по-английски — и прощаться не стал.