Ведьмина генетика - Альма Либрем

— Все не так просто, — мужчина усмехнулся, — как тебе кажется. Иначе я бы давно уже вышел отсюда. Или они. На двери — магия, которая не даст выйти ни одному преступнику. Все, кто попал сюда за дело, как сидели, так и останутся здесь сидеть.

— Я очень рад, что вы все так положительно смотрите на вещи, — хмыкнул Акрен. — И что мне так повезло попасть сюда именно в тот период, когда у каждого уже терпение на исходе, но у меня нет времени. Я очень надеюсь попасть в столицу вовремя, прежде чем ваше непутевое величество натворит дел, которые потом точно будет не разгрести.

Например, устроит свадьбу, а потом попытается каким-то образом заставить своего сына быть "правильным" принцем. Что он там угрожал сделать, отсечь магию? Акрен очень сомневался, что это удачное решение.

— Ну так что? — спокойно поинтересовался он, — мы пробуем, или вы остаетесь гнить здесь до скончания своих дней или как минимум до суда, а я разбираюсь с собственными проблемами самостоятельно? Мешать хоть не будете?

Акрен легко спрыгнул на землю и протянул руку.

— Там у тебя под подушкой еще должно быть что-нибудь вроде вилки, — промолвил он.

— Пророк, — скривился мужчина, вытягивая и вправду нечто напоминающее вилку — тонкое, с двумя острыми длинными зубцами, которыми при желании можно было проколоть кому-то артерию.

Мужчина даже не спрашивал, каким образом Акрен узнал о существовании у него в запасе еще и такого оружия. Он отдал его так безропотно и спокойно, что Акрен с трудом сдержал рвущуюся на свободу торжествующую улыбку.

Он присел рядом с дверью, заглянул в замочную скважину и чуть прищурился, пытаясь разглядеть магию, если она и в самом деле существовала. Но, как и каждый раз, когда Шантьи пытался это сделать, колдовство никоим образом не выдало себя, ответило на его зов знакомым, донельзя надоевшим уже равнодушием. Акрен и не ждал большего. Ему надо было только, чтобы заклинание, делавшее эту дверь такой мощной, держалось ровно до того момента, когда он наконец-то ее не откроет.

Он надеялся, что просчитал все правильно — и человеческие желания тоже. Что раздражение достигнет своего пика как раз в нужный момент, что люди а триста с лишним лет изменились не настолько, чтобы он уже не мог предсказать каждое их действие. Конечно, это было очень рискованно, он шел ва-банк, но разве Акрен делал это впервые в жизни?

Снаружи раздался тихий звук — чьи-то часы наконец-то привели свою стрелку к очередной цели.

Что-то в двери тихо щелкнуло. Замок открылся, и Акрен сдвинул дверь на какой-то жалкий сантиметр — исключительно для того, чтобы она не захлопнулась сама по себе, — а потом разочарованно протянул импровизированную вилку маячившему за спиной магу, а потом якобы замешкался, не спеша подниматься на ноги.

Удар — самый предсказуемый и самый ожидаемый из всех возможных в этой ситуации, — последовал ровно в тот миг, когда на него и рассчитывал Акрен.

Ненависть — сила, руководящая многими в те минуты, когда во главе всех действий пора бы вставать разуму и холодному, злому расчету. Человеческие эмоции, периодически очень предсказуемые, острые, как те ножи, и при этом удивительно простые, раскладывающиеся на элементарные компоненты, поддавались исчислению точно так же легко, как и любой количественный показатель.

Акрен отшатнулся в сторону, к стене, ровно на то расстояние, чтобы здоровяк врезался в дверь, и она, ведомая отточенным, хорошо работающим механизмом, распахнулась настежь, а сам мужчина налетел на защитное, вновь загоревшееся заклинание.

То, с какой силой его отшвырнуло назад, не мог предсказать даже Акрен. Он видел только, как мужчина всей своей массой навалился на несчастного, случайно оказавшегося у него за спиной, и с усмешкой кивнул собственным расчетам.

Дверь медленно поползла обратно.

Пространство вокруг сжалось. Акрен видел только последствия — он сам был причиной заметной дыры в заклинании и, недолго думая, нырнул в нее, продвигаясь в направлении двери. Клеть, сковывающая движение его противников — как же они все-таки отлично поддались на провокацию! — на мгновение расширилась, и Акрен выскочил сквозь все еще открытую дверь.

Он почувствовал, как чужие пальцы мазнули по плечу, увидел мага, пытающегося успеть выскочить на свободу, и вновь отпрыгнул в сторону. Колдун выпал все-таки за пределы камеры, дверь за ним с грохотом захлопнулась, отрезая мужчину от всех его подельников.

Акрен поднялся на ноги и спокойно протянул ему ладонь.

— Добро пожаловать на волю, маг.

Тот проигнорировал его помощь, встал сам, хоть и с трудом.

— Зачем? — тихо спросил он.

— Слишком много виноватых нельзя отпускать на свободу, а ты все равно мне не помешаешь. Привыкшие пользоваться своим даром очень плохо относятся к резкой смене оружия, — легко пояснил Шантьи. — Акрен.

— Танмор*, — представился маг. — Но это плохое место для знакомства.

— Это отличное место для знакомства, — вздохнул Акрен. — У этого дурака часы заведены были для смены.

И вправду, место пустовало. За магическими дверьми было плохо слышно все посторонние звуки, и смотритель, как всегда, зная, что никто не посмеет нарушить его покой, даже не задумывался о последствиях, которые могли быть у его временной отлучки.

Акрен уверенно двинулся вперед по коридору. Следящие заклинания, которые должны были предупредить каждый его шаг, оказались слепыми. Танмор, следовавший за ним шаг в шаг, не отступавший — понимал, что истинно неодаренного он больше не найдет, — чувствовал себя, должно быть, человеком-невидимкой.

Акрен подозревал, что его не запомнили, но остановить — могут. Он надеялся, что в период смены, когда вся тюрьма на короткие несколько минут приходит в движение, он не будет привлекать внимания — впрочем, преодолеть-то надо было всего лишь короткий коридор, обвешанный всякими предупредительными колдовскими штуками по всей его длине, безопасный до такой степени, что не существовало ни одного человека, способного в такой ситуации выбраться на свободу.

Шантьи вздохнул. Какая, однако, отвратительная система безопасности…

— Стоять! — он с усмешкой посмотрел на смотрителя, находившегося у выхода из тюрьмы, заметил кнопку, активирующую магический сигнал — сделать один шаг, и она не заработает. Этот дурак даже не вытащил оружие, надеясь на свою магию.

Все-таки, из тюрьмы в его мире, лишенном всякой магии, сбежать было гораздо сложнее, чем из этой.

— Не верю, — слова как-то сами собой сорвались с языка, — что ты способен это сделать. Ты же хороший парень. Ты не станешь трогать невиновного. Думаю, сейчас ты просто сядешь на свое место обратно и забудешь о том, что ты нас видел.

Акрен не колдовал — или думал, что не колдовал. В какой-то момент он осознал, что действительно достаточно просто поверить в то, что все, что он произнес — чистая правда.

Парень и вправду снял руку с кнопки и вернулся на свое место. Акрен спокойно прошел мимо него и даже не оглянулся — знал, что его магии хватило, чтобы маг тоже вышел на свободу.