Загадка старика Гринвера - Сергей Садов

— Ух ты. Почти суд присяжных. А не нобилей кто судит?

— Все то же самое, только двенадцать человек выбирают из граждан республики.

— А мальчишку кто бы судил?

— Этого вора? Да набрали бы первых попавшихся людей и все.

— Ладно. Тут я поняла. А если преступление, например, совершенно купцом против нобиля?

— Тогда специальная сенатская комиссия решает. Они набирают присяжных по договоренности с купеческой гильдией и сенатом. Наташа, ты немного не понимаешь, кто такие нобили. Это не некая социальная прослойка. Нобили сами купцы или банкиры. Поэтому преступление купца против нобиля или нобиля против купца — это внутреннее дело. И даже если преступление совершает наемный работник против нобиля, то и тогда, если работник гражданин республики, он имеет право на открытый суд.

— Мне кажется, вполне демократично.

— Как? Ты имеешь в виду равные права? Наташа, ты идеалистка. Ясно же, что в суде все равно все решают деньги.

— Да нет, это понятно. Но если суд открытый, то явных злоупотреблений и нарушений законов быть не должно.

— Ну если так смотреть, тогда, конечно.

— Но я все равно не понимаю, как можно так сурово отнестись к тому мальчику! Каторга! Да ему лет двенадцать или одиннадцать!

— А у вас как за кражу наказывают таких?

— Таких не наказывают, — вздохнула Наташа. — У нас уголовная ответственность наступает по закону только с четырнадцати лет. Так что поругали бы… ну пару подзатыльников отвесили бы, а потом отпустили к родителям. Те уже сильнее бы всыпали.

— Боюсь, что у того мальчика просто не родителей.

— Как и у меня, да? Тогда бы его передали в органы опеки. Его бы определили в детский дом…

— Работный?

— Не работный, а детский. Я не знаю, что у вас в том работном доме делают, потому не буду говорить, что это одно и тоже. В детском доме просто живут и учатся дети, у кого нет родителей.

— Учатся?

— Ну конечно. Я же говорила, что среднее образование у нас обязательное и бесплатное.

— Обязательное? А что, у вас есть такие, кто отказывается от бесплатного образования?

— Находятся, — Наташа вздохнула. Не признаваться, что сама неоднократно подумывала, чтобы сбежать из школы. И с уроков бегала. Теперь, глядя на восхищение в глазах мага, ей становилось стыдно. Только когда чего-то лишаешься — по-настоящему понимаешь ценность этого. И сейчас она действительно оценила всю прелесть того, что образование в их мир действительно доступно всем. Надо только захотеть и приложить немного усилий. — Ладно, дядя Гонс. Я поняла, как у вас тут судебная система работает. А теперь не подскажете, как мне добраться отсюда до особняка Гринверов.

— Мы с тобой, Наташа, еще поговорим о вашей системе образования. Возможно, нашей республики тоже не помешает такая же. Глядя на вас, я понимаю, что она в вашем мире работает очень хорошо. Вы сами говорили, что не из богатой семьи, и даже бедствовали вначале, но сразу видно, что вы очень образованная девочка. А что касается особняка… вы уверены, что хотите туда?

— Да. — На похвалу Наташа благоразумно решила не обращать внимания. — У меня появились кое-какие вопросы к слугам.

— Вы думаете, ночевать там не опасно? Убийца еще неизвестен.

— Думаю, что пока не опасно.

— Может и нет, но я договорился сегодня с Гортом, что буду ночевать у них. На всякий случай. Ему тоже не нужны лишние проблемы, потому согласился.

— Понятно. Спасибо. Так как добраться?

— Одну минуту, возьму наемный экипаж. Подождите здесь.

Не успела Наташ и слова сказать, как маг куда-то исчез. Девочка улыбнулась. На душе было хорошо. Возможно, этот мир не так уж и плох и в нем можно жить. Папы будет не хватать, но… нехорошо так говорить, но может она переживает своего оригинала в том мире и тогда получит ее воспоминания. И сумеет пережить все те радости и горести, которые у той еще только будут. Сможет увидеть и поход в Карелию и многие другие походы, которые ей еще только предстоят. Только чтобы это увидеть — надо жить.