Грани Прошлого - Леси Филеберт

— Я вынужден огрызаться и познавать грани темного волшебства, — пожал Заэль плечами. — Быть сильнее, цепляться за жизнь из последних сил, когда меня топят свои же. И когда сил уже нет — тоже цепляться. За других — и выбираться по их головам. Так-то я светлый маг до мозга костей и не приемлю тьму.

— Темная магия тоже по-своему прекрасна, — с улыбкой произнесла Офелия.

Она сорвала цветок с ближайшего розового куста и дунула на него, сверкнув почерневшими глазами. Роза мгновенно покрылась ледяной коркой, а потом и вовсе полностью превратилась в лед. Красивая и сияющая, но такая хрупкая льдинка.

— Все демоны так умеют? — спросил Заэль.

— Только высшие. Да и то далеко не все.

— Хммм… Я вот никак не могу взять в толк. Если ледяная магия демонов так сильна, как же вы до сих пор не пробили все щиты архангелов?

— Высшие демоны, и впрямь, очень сильные. Если бы их было много, они сломили бы защитные барьеры архангелов. Но высшими демонами стать так трудно… надо быть человеком с особого склада характером и уходить из жизни очень, очень плохо, чтобы превратиться в такую дрянь.

Голос ее дрогнул. Офелия сжала цветок в кулаке, и роза сломалась, рассыпалась ледяными осколками на траву.

— Мне иногда становится тошно от самой себя, — призналась она. — Порождение тьмы, исчадие Преисподней, питающееся чужими душами и чужой болью. Я вынуждена поглощать негативную энергетику, чтобы выжить, но питаясь ею, только приумножаю ее. Это так… мерзко. Я… я просто ужасна.

Она помолчала, глядя на тающие льдинки в руках.

— Знал бы ты, в каком я была шоке, когда очнулась в теле и сознании демона.

Заэль не нашелся, что на это ответить. Только грустно улыбнулся и задумался над смыслом сказанного.

— Кстати, а демоны, получается, помнят свою прошлую жизнь?

— Да, — кивнула Офелия и скривилась. — Хотя лучше бы мне отбили память. Это дополнительная мука — помнить о своей светлой жизни, о своей смерти и видеть, во что ты превратился сейчас. А почему ты спрашиваешь?

— Ангелы о себе так не помнят. Информация о наших прошлых жизнях хранится в архивах, но доступ туда разрешён лишь единицам.

— Я бы тоже так хотела. Не помнить, не знать ничего о прошлом. Может тогда бы не так тошнило от настоящего.

— Но тогда ты бы не помнила о нашей встрече, — возразил Заэль.

Офелия улыбнулась.

— Да… это верно. Мы с тобой сейчас все время ходим по лезвию ножа… Но долго ли так получится бегать?

Заэль пожал плечами.

— Постараемся продлить эту агонию на как можно более долгое время, — просто сказал он. — Например, до завтра. А там уже нас и след простынет в этом мире.

Офелия рассмеялась и положила голову ему на плечо. Обняла обеими руками и счастливо улыбнулась, глядя куда-то вдаль. Она выглядела такой расслабленной, что Заэль сам проникся нежным настроением и вздрогнул, когда Офелия неожиданно резко дёрнулась вперед, вставая в боевую стойку.

— В чем дело?

— Там кто-то есть, — напряженно сказала Офелия. — Плотно окружён защитными барьерами, но я готова биться об заклад, что это кто-то из твоих.

Заэль нахмурился и тоже встал рядом, но никого не увидел.

— Ангел?

Офелия коротко кивнула, не отрывая злого взгляда от густых зарослей.

— Некто, от кого пахнет Поднебесьем за версту.

Чуять запахи так же тонко, как демоны, Заэль не мог. Зато эмоции улавливал отлично, и сейчас почувствовал приближение очень знакомой насмерть перепуганной ауры.

— Уничтожить его сейчас или подпустить поближе? — деловито спросила Офелия.

Заэль медленно покачал головой.

— Погоди пока пускать в ход свои темные чары. Тот, кто приближается к нам, излучает большое желание поговорить.

— Я ему поговорю. Я ему так поговорю, что он язык сотрет!..

— Тшш, — Заэль приложил палец к губам, осторожно пробираясь вперед.

Там, за высокими кустами кто-то упрямо продирался через колючие ветки, явно зная, куда и к кому идет. Потом шуршание прекратилось, и на поляне повисла звенящая тишина, нарушаемая только шелестом листвы. Первой заминку не выдержала Офелия.

— Я все-таки его грохну, — проворчала она и замахнулась, чтобы пустить демонические нити в ход.

— Постой! — воскликнул Заэль.

Он в последний момент успел сбить с ног Офелию, чтобы ее нити не достигли цели. Они вместе кубарем полетели на землю, но Заэль сразу же вскочил на ноги, вперив взгляд в замершего рядом ангела.

— Постой! — тоже воскликнул Натаниэль и вскинул руки в беззащитном жесте. — Я пришел к тебе с миром!

— Ну-ну, — скептично протянул Заэль.

— Честно слово, Заэль, дружище!..

— Не называй меня так, — зло сощурился тот. — У меня нет друзей и никогда их не было.

— Ты прекрасно знаешь, что это не так, — обезоруживающе улыбнулся Натаниэль. — Если архангелы затеяли какую-то свою игру, это не значит, что все мы их поддерживаем. Стал бы я тогда приходить к тебе сейчас и докладывать о том, что против вас готовят засаду?

В этом было зерно истины, и Заэль в нерешительности замер, буравя взглядом Натаниэля, раздираемый противоречивыми чувствами. Он постарался подавить в себе тёплые дружеские эмоции и на полную катушку включить холодный разум. Надо было для начала расспросить ангела как следует, а потом уже делать выводы.

Только Заэль собрался приступить к допросу, как вздрогнул от грозного рыка Офелии.

Она надвигалась на него рассерженной фурией, готовая рвать и метать.

— Ты что творишь!?

Возмущению ее не было предела, она вся так и искрилась от праведного гнева.

— Ммм?

Заэль не сразу понял, о чем идёт речь.

— Ты меня толкнул! Как ты посмел!

— Прости, дорогая, — примирительно сказал Заэль. — Но это был единственный способ оставить в живых это убогое создание и не навредить тебе. Давай мы его все же выслушаем, хорошо? А потом, если он окажется бесполезным слизняком, я оставлю его тебе на растерзание. Душа у него гадкая, конечно, и на вкус наверняка не лучше, но тебе на завтрак сойдет же, а?

Он ожидал продолжения лавины возмущения, но, видимо, обращение "дорогая" подействовало на Офелию, как лошадиная доза успокоительного. Она неожиданно покраснела и смущенно улыбнулась, отведя взгляд в сторону. Заэль мысленно поставил себе галочку почаще называть так Офелию, чтобы быстрее и эффективнее выводить ее из предыстеричного состояния.

Впрочем, такое обращение, кажется, произвело большое впечатление и на Натаниэля. Он вытаращился на Офелию огромными глазами и даже рот чуть приоткрыл, словно бы не веря тому, что видит и слышит. "Ангел и демон — вместе!?" — так и читалось в его взгляде.