Обсидиановое зеркало - Кэтрин Фишер

Гидеон как-то спросил ее – кто они?

Она поцеловала его в лоб и ответила: «Они, мой милый, наши враги».

– Я бы не советовал тебе прыгать, это глупо, – раздался чей-то голос.

Гидеон покачнулся, потом присел на корточки и развернулся:

– Не смей ко мне подкрадываться!

Ши сидел в темных ветках сосны и очаровательно улыбался. Это был парень в красивых одеждах из голубой и серебристой ткани, его длинные волосы были затянуты в хвост на затылке.

– На что смотришь? Можно взглянуть?

Все Ши были любопытными, как дети.

– Машина, – сообщил Гидеон. – Кто-то там припарковался. И я думаю, они зашли внутрь.

Судя по слою снега на крыше, машина уже простояла там какое-то время. Она была темная и гладкая, и от нее не исходило тепло.

Ши прошелся к воротам, Джейк спрыгнул со стены и присоединился к нему.

– Смотри. – Ши показал на ворота длинным пальцем.

Они были открыты ровно настолько, чтобы в них мог проскользнуть человек. Створки слегка покачивались на ледяном ветру. Видеокамеру залепило снегом.

– Что это за штука? – спросил Гидеон.

Губы Ши растянулись в улыбке.

– Магический камень Венна. Сегодня он ничего не увидит. Даже это.

Они оба посмотрели на следы, которые вели за ворота и уходили дальше по заметенной снегом подъездной дороге.

Следы человека. И следы волка.

Визг отдавался в зубах и бил по нервам. От него у Джейка вибрировал позвоночник. Ему хотелось закричать, чтобы все остановили, но он прикусил язык и не отрываясь смотрел на Сару. А она вглядывалась в зеркало. Джейк подошел и встал у нее за спиной, но видел лишь черноту.

– Ничего.

– Именно, – задыхаясь от восторга, произнес Венн. – Ничего. Даже отражения нет.

– Комната, – внезапно сказала Сара. – Коренастый мужчина. С усами. Он видит меня. Он говорит со мной.

Визг достиг невероятной высоты. Сеть завибрировала.

– Прекращаем, – заявил Пирс.

– Нет! – Венн вглядывался в зеркало. – Не сейчас. Я должен это увидеть. Сара, где это? Где?

Но она беседовала не с ним, а с зеркалом.

– Что это за место? Кто вы?

Ответ пришел из ниоткуда. Голос был слабый, звучал торжественно, и при этом странным образом чувствовалось, что человек напуган.

– Меня зовут… меня зовут Симмс.

Ши опустился на одно колено, потрогал и понюхал следы, потом поднес ладони к ушам и спросил:

– А что это за жуткий писк такой?

Гидеону тоже стало интересно.

– Может, это мир замерзает? – предположил он.

Гидеон жил в Лесу очень давно, и Ши научили его слышать, как они. Он слышал, как наступает холодная ночь, как медленно и неуклонно лед затягивает лужи на гравиевых дорожках. Как птицы переступают лапками на замерзших ветках, чистят перья и моргают черными глазами-бусинками. И как потрескивают от мороза стекла в окнах Уинтеркомба.

Но этот писк был гораздо хуже всех этих звуков.

Ши встал и с неприязнью бросил:

– Похоже на человеческую машину.

Гидеон кивнул. Отвращение Ши к металлу даже после всех этих лет доставляло ему удовольствие. Это была их единственная слабость. Ши слушал, на худых плечах оседал снег, волосы цвета бледной луны блестели от влаги.

– Саммер захочет, чтобы мы все разведали, – предположил Гидеон.

– Хочешь пробраться в Убежище? – лукаво спросил Ши. – Многие пытались. Венн очень осторожен.

– Для тебя – да. А вот я, может, и смогу…

– Саммер запретила.

Это было рискованно. Ши – коварные существа. Этот мог предать его в любую секунду.

Гидеон никогда им не доверял, поэтому он тяжело вздохнул и согласился:

– Ты прав. Да и потом – сегодня же праздник.

Ши улыбнулся, как будто знал, что все этим закончится.

– Зимнее солнцестояние! Я совсем забыл! Мы должны вернуться.

Гидеон мгновенно представил себе жуткую и завораживающую музыку Ши. Эта музыка поглощала жизни и время. Она поглотила его человеческую сущность, превратила в раба, преследовала его, а он подсел на нее, как на наркотики.

– Ты иди, – сказал Гидеон. – Я потом подойду.

– Я должен тебя привести. Она разозлится.

Птичьи глазки Ши заблестели, он улыбнулся, обнажив мелкие острые зубы.

– Я догоню, просто хочу посмотреть, куда ведут эти следы.

Ши колебался, он был раздосадован, но потом все-таки согласился:

– Ладно. Но только быстро!

Ши повернулся, его сшитая из лоскутов одежда, обладавшая свойствами волшебной маскировки, превратилась в белый бархатный костюм с горностаем и пуговицами изо льда. Ши отступил в сторону и тут же исчез.

Гидеон пинком захлопнул ворота и быстро побежал к дому.

Визг все усиливался, это был какой-то кошмар. Пирс отдернул руки и выругался. В темноте что-то заискрило.

– Выключайте! – завопил Уортон.

Сара распласталась на сети, Венн сзади схватил ее за руки.

– Я его не вижу, – бормотал он. – Он там? Как он выглядит?

– Я падаю! – запаниковала Сара. – Я падаю!

Зеркало исчезло. Оно превратилось в дыру. Все оставленные на столе предметы засосало в нее. Раздался громкий треск, и часть сети порвалась, один зеленый кабель пролетел мимо головы Джейка и исчез, мигнув на прощанье ярким огоньком.

– Остановите это! – закричал Джейк.

Венн оттолкнул его в сторону:

– Нет, продолжаем. Я держу тебя, Сара.

Но она изо всех сил пыталась от него вырваться.

– Отпусти ее! – заорал Джейк.

Он обхватил Сару руками. Мимо, как шквальный огонь из пулемета, просвистели заклепки. Джейк потянул девушку назад. В какой-то момент все трое потеряли равновесие и превратились в клубок тел, который затягивало в зеркало. Их удерживала сеть, но черная дыра, как сильный невидимый магнит, втягивала в себя их волосы, руки и весь воздух из легких. И когда Джейк понял, что ему уже нечем дышать, визг оборвался, последовавший за этим взрыв сбил его с ног, а зеркало, захлопнув портал, обрело твердость.

Джейка шатало из стороны в сторону, комнату заполнили клубы дыма.

Уортон боковым зрением увидел снопы красных искр и закричал:

– Пожар!

Сара схватила Джейка за плечи, она что-то вопила, но он не слышал – у него звенело в ушах.

Пламя взметнулось к самому потолку. Пирс и Уортон вынырнули из клубов дыма и снова исчезли. Потом – какое-то яростное шипение, и в голове у Джейка что-то щелкнуло, и слух вернулся. Огнетушители накрывали каскадами пены искрящие кабели, обугленные книги и проводку.