Забавник - Сергей Малицкий

Перерыв был недолгим. Поднявшись с места, Рин помахал руками, расправил плечи, осмотрелся и понял, что не только претендентов стало меньше, но и часть наставников покинула арену. Круг состязающихся сужался. Пламя погасло. Колдуны заметали покрытый пеплом круг. Качис возился с лицом подвывающего Динуса, умащивая его мазями. Служки возвращали на место помост, на котором должны были пройти последние испытания. В этот раз помост стал чуть больше. Стражи притащили тележку, нагруженную мечами, и корзину деревянных щитков.

— Ну что? — Орлик повернулся к Рину. — Готов скрестить одну из тех полос дрянного железа с такой же полосой железа кого-то из претендентов?

— Не с кем-то одним, а с большинством из них, — пожал плечами Олфейн. — Насколько я понял, со своим подопечным я сражаться не могу, Тир меня не выберет, а остальные… Оглянись, вельт. Из оставшихся наставников я внешне самый хрупкий и неопасный. Ну не считая чернолицую, но кто ее вызовет? Публика может счесть такой выбор позорным! Думаешь, кто-то рискнет вызвать тебя? Тогда сделай доброе лицо.

— Хорм сказал, что важно обойтись без кровопролития, — задумался Орлик. — Значит, надо только обороняться. Надеюсь, их мечи хоть отбалансированы?

— А ты хотел бы обнажить свой? — без улыбки посмотрел на друга Рин. — Ни тебе, ни мне не нужно привлекать слишком много внимания. Хотя тут уже не спрячешься. Как думаешь, где Айра?

— Где-то там, — кивнул на холм вельт. — И Марик там. И Насьта. Кому из них ты спровадил Рич? О чем задумался, парень?

— Зачем все это? — обвел взглядом арену Рин. — Зачем нужно представление? Что это даст молодым воинам?

— Это все для них, — снова кивнул на холм Орлик. — Публика жаждет зрелищ! Или ты никогда не бывал на казнях в окраинных землях? Зеваки выползают из-под земли, как черви в дождь! Хотя мне все это тоже не слишком нравится. Вельты много не говорят. Знаю, знаю, ты меня считаешь болтуном! Успокойся, я сам себя считаю болтуном, а вельты обычно молчат. Но на этот случай поговорка у вельтов есть. Они говорят так: храбрость и мужество, проявленные под взглядами других, раздели на два.

— После будем делить, — хмуро заметил Рин. — На два, на десять — все равно. Или займемся наконец охотой? Как думаешь? Камрет тоже где-то там? Среди этих людей?

— Это мы спросим у него, — сдвинул брови Орлик. — Перед тем как…

Удар колокола прервал вельта. И снова подал голос глашатай:

— Динус, сын Гармата Ойду, выбирает противника!

Здоровяк, которого только что избавлял от боли в обожженном лице Качис, угрожающе рыкнул и двинулся к скамье, на которой сидели наставники.

— Если это молодой парень, — с кривой усмешкой заметил Рин, — тогда я почти подросток.

Динус шел, слегка покачиваясь из стороны в сторону, и на ходу расстегивал перевязь. Болтающийся на ней дорогой меч чиркал ножнами по камням и позвякивал. Подойдя к скамье, Динус бросил свой меч через голову не шелохнувшейся женщины с зачерненным лицом.

— Не люблю, когда так обращаются с оружием, — поморщился Орлик и начал подниматься. — Не волнуйся, Рин. Мальчишка будет сражаться со мной. Его наставники тыкали в меня пальцами едва ли не с начала состязаний.

— Не покалечь мальчика, дяденька вельт, — громко попросил Олфейн друга на сайдском языке и оглянулся.

Сразу трое воинов, сидевших на второй скамье, кривили рты в их сторону. Один был подобен Димусу и, как и тот, не уступал ростом Орлику. Еще один был гораздо ниже ростом первого, зато превосходил того шириной плеч. Третий, что сжимал коленями длинную глевию и поймал перевязь Динуса, был худ и жилист. Рину даже показалось, что и кольчуга его была наброшена на голое тело.