Аромат невинности. Дар - Франциска Вудворт

– Приятно видеть, что ваше отношение к дейгассам осталось неизменным, – довольно заключил мужчина. – Если все так, как вы говорите… Вы должны понимать, как это важно оказаться приближенной к высокородному дейгассу.

Я удивленно посмотрела на него. Это он к чему ведет?!

– Даже крупицы той информации, что вы передавали нам, помогали нам сложить полную картину деятельности дейгассов. Представьте, как много вы могли бы узнать, находясь рядом с одним из тех, кто правит этим миром. – Тон мужчины изменился и звучал мягко.

– А ничего, что меня не роль служанки ожидает, а любовницы?!

– Да будет вам! – усмехнулся он. – В истории полно примеров, когда единственная женщина рядом с мужчиной меняла ход истории. Вы же умная девушка. Подумайте, как много вы можете сделать для людей.

– Извините, но меня не прельщает роль Маты Хари. Помнится, она плохо кончила. Не испытываю ни малейшего желания падать в объятия дейгасса ради мифических высоких целей.

– Почему же мифических… Очень жаль, что вы отказывались посещать наши собрания, тогда бы вы больше знали о нашей деятельности.

– Я вас умоляю, – поморщилась я. – Если брать пример из истории, то любое движение оппозиции направлено на захват власти и всех благ, что она с собой несет. И ради этого идут на многое: агитация, подкуп, шантаж, жертвуют людьми ради своих целей. На шахматной доске мы лишь пешки. И не надо втирать, как эти пешки важны. Я пешка, которой удалось пройти через все поле и оказаться рядом с королем противника. Вдруг оказалась значимой фигурой. Только он может меня легко съесть, и никто мне не поможет. Я же знаю, что вся эта встреча ради того, чтобы использовать меня по максимуму, пока меня не убрали с поля. К вашей досаде, я понимаю, что чем ближе к королю, тем опаснее для меня. Так что извините, но предпочитаю двигаться в противоположном от него направлении. На этом считаю наш разговор оконченным.

Я встала с места, не желая больше ничего обсуждать. Нашли дурочку!

– Жаль, что в собственном эгоизме вы забываете о благе других людей. – Он тоже поднялся.

– Это вы о благе других людей думаете? – неожиданно разозлилась я. – Моя подруга пропала, и никто и пальцем не пошевелил. Помнится, когда я узнала, что в нашем детдоме была проверка и исчезло ее личное дело, я обращалась в вашу организацию за помощью, чтобы вы через свои каналы выяснили, по чьему приказу это сделано, только вы посчитали нецелесообразным вмешиваться. А теперь я наше дальнейшее сотрудничество считаю нецелесообразным.

– Не стоит принимать поспешных решений, – с неудовольствием произнес мой собеседник. – У вас может не остаться выбора, и вас заставят быть рядом с ним. Тогда лишь мы будем вашим шансом на спасение.

– Вам же невыгодно меня от него спасать, – изумилась я.

– Почему же, если вы сможете добыть ценную информацию…

– Довольно! – остановила я его. Неужели он считает меня настолько недалекой?! Конечно же, ценность информации будут оценивать они, и им всегда будет ее недостаточно. – О себе я привыкла заботиться сама. Обойдусь без вашей помощи.

– Вы необдуманно отталкиваете нашу руку помощи, – с нажимом произнес он. – Кто еще согласится вам помочь?

Я усмехнулась, не став говорить о том, что они меня своей рукой скорее утопят, чем помогут. Зачем попусту сотрясать воздух?

– Вы можете хотя бы рассказать, в какой части базы живет высокородный? Вы же были у него в гостях. Что необычного вы там видели? – плохо скрывая раздражение, спросил меня мужчина. Кстати, за все время нашего разговора он так и не представился.

Что ж, эту информацию я личной не считала и рассказала и об очистительной кабине, заменяющей туалет, и об экранах во всю стену, описала, какую часть города видела с высоты. На этом мы расстались. Он заикнулся о том, чтобы я держала их в курсе моих дел, но я на него так посмотрела, что он понял, что долго ждать придется. У меня не было сомнений, что они теперь с Дениса не слезут, требуя подробных докладов.