Императоры иллюзий - Сергей Лукьяненко

– Побудь с Томми, Андрей. У меня очень серьезный разговор.

Кей не мог понять, куда ведет его Лика. На военном кораблеони вышли бы к главной боевой установке, но здесь-то плазменные торпеды былинаверняка сняты. По полутемным коридорам – по времени корабля, очевидно, быланочь, они прошли к лифтовому стволу. Сейкер пропустила Кея вперед, вошла вкрошечную кабинку, скомандовала: «вверх».

– Есть в кого пострелять? – спросил Кей.

– Есть на что посмотреть, – Лика дождалась, пока лифтостановится, кивнула: – Выходи.

Они вышли в звезды.

Тьма, ослепительные кружева созвездий, медленно вращающиесявокруг. Бледные вихри туманностей. Краешек планеты, обрезанный линией пола. Ониоказались в маленьком куполе, установленном на месте торпедных турелей.

– Впечатляет, – признал Кей. – Прекрасный экран.

– Это стекло, Дач. Прикрытое полем, но все же обычноестекло. Из эсминца сделали прогулочную яхту.

– Хороший кораблик.

– Хотел бы такой?

– Да.

Лика засмеялась:

– Не надейся…

Она сделала несколько шагов, присела прямо на пол. Кейустроился рядом. Мерцающее платье Сейкер казалось здесь вполне уместным – ещеодна туманность в фейерверке космоса.

– Посмотри на звезды, Кей…

Он послушно поднял голову. Тьма. Искры. Колдовской свет.

– Ты узнаешь что-нибудь?

– Да. Сол, Эндория… кажется – Раан…

– Дальше.

– Магеллановы облака. Краб…

– Кей, миллионы лет полета на лучших кораблях. В любуюсторону. Миллиарды миров, миллиарды рас. Ты все еще веришь?

– Да.

– Все это создано – и даже не Богом. Человеком. Ты веришь?

– Да.

– Почему?

– Потому, – Кей сглотнул, – что этот мир наш. Он такой, какхочется нам. Он жесток в той же мере, как мы. Он добр не больше, чем мы.

– Я верю тебе, Дач.

Он повернулся к Лике.

– Дач, никогда и нигде ни один теолог не мог ответить наглавный вопрос… почему Бог жесток. Если Вселенная создана сверхсилой, поопределению доброй и созидательной… то почему в ней столько зла. То, что тырассказал, отвечает на вопрос.

– Бог не жесток, Бог пассивен.

– Да. Усталый Бог, и человек из другого мира, мечтавший отакой Вселенной. Не спрашивай меня, кто он. Я не могу ответить. Он может бытьмирным терранским обывателем… а мог уже умереть.

Дач покачал головой.

– Нет, Лика. Я не верю. Он жив.

– Тебе нужен враг.

– Да! Мне нужен тот, кто в ответе за все.

– Мы не знаем, каков был его мир, Кей. По сравнению с нимнаша Вселенная может казаться раем. И мы, пройдя Линией Грез, еще на шагприблизимся к совершенству.

– Ты веришь в это, Лика? Ты правишь дном… дном нашего мира.Наркотики, проституция, заказные убийства, шпионаж и шантаж. Ты считаешь людейспособными мечтать о благодати?

– Нет… они не верят в совершенство.

– Ты отпустишь меня, – не вопросительно, а утверждающесказал Кей. – Но дай мне совет. Помоги.

– Грааль, Кей.

– Зачем?

– Томми – твой ключ к Богу. Вы сможете пройти путем Кертиса.Сверхсила не бывает избирательно щедрой… это не кредитная карточка.

– Ты думаешь, каждый следующий пророк отменяет волюпредыдущего?

– Нет. Но сверхсила способна найти компромис. Это последнийшанс. Прекрати свою охоту за Греем – вряд ли его смерть изменит планы Кертиса.Не вздумай искать того, кто создал наш мир – это безнадежно. Стань силой сам.Стань третьей силой.

– Если я вернусь, я расскажу тебе о Боге, – сказал Кей.

– Не стоит. Ты расскажешь лишь о себе. Мы не способныохватить пониманием сверхсилу. Каждый увидит лишь часть – свою часть. Кертиссмог разглядеть машину, металл и пластик, закованный в железо горизонт. Он непонял, что увидел только себя.

– Если так… – Кей попытался усмехнуться, – если так, то мнебудет нелегко.

– Тебе будет страшно, Дач.