Ступень третья. Часть вторая - Инди Видум

Немая сцена продлилась недолго. Жданов открывал и закрывал рот, как выброшенная на берег рыба. Серый что-то лихорадочно подсчитывал в уме. Постников бросал короткие взгляды по сторонам, показывая готовность к любому развитию событий. Остальные просто застыли. Тишину разбил Ефремов. Он покрутил головой то ли восхищенно, то ли неодобрительно (то ли ему просто жал ворот форменного мундира) и сказал:

— А ты не на слишком большой кусок замахнулся, Ярослав?

— А Ждановы не слишком обнаглели, по-вашему? — резко ответил я. — И нет, на уступки я не пойду. Они покушались на нашего целителя, они должны быть наказаны. Жалко поселка — пусть отдают головой главы клана.

Внезапно проснулась Анастасия Жданова и изрекла:

— Папаша, поселок нам нужнее. Ты головой вообще не пользуешься.

При этом она покачнулась так, что чуть не полетела вниз по лестнице.

— Заткнись дура! — рявкнул Жданов. — Без меня вы вообще по миру пойдете.

Я подумал и снял с вражеских магов сон: чем больше бардака будет, тем лучше. Но те оказались на редкость разумными. Как только очнулись, сразу поняли, что происходит нечто из ряда вон, отползли с центра комнаты и замерли у стен стараясь не привлекать к себе внимания.

— Мы и с тобой идем. — Анастасия хрипло рассмеялась, сползла по поручню и уселась на верхней ступеньке. Наверное, в ее воспаленном мозгу происходящее казалось театральным представлением, на которое она смотрела из абонированной ложи. — Я считаю, пока предлагают, нужно брать. Голову ты себе новую отрастишь, а поселок новый не купить.

Я прям с интересом уставился на Жданова — до сих пор не приходилось встречать людей, отращивающих запасную голову. Полезное умение, я бы не прочь ему научиться. Но, как оказалось, таким умением Жданов обладал только в воображении дочери, потому что он побагровел так, что я испугался, что его хватит удар до того, как он нам передаст требуемого.

— Уведите ее, а то наболтает, — прохрипел он и замахал руками на магов, которые пытались жечь Давыдова, а сейчас стояли в углу, изображая предметы обстановки. При его словах они ринулись к Анастасии и потащили ее на улицу. Она начала упираться и вопить:

— Мы так не договаривались! Мне обещали целителя! И вообще, сейчас решается судьба клана, и у меня есть право голоса! Папаша, речь идет о моем наследстве, которое вы бездарно разбазариваете.

— Да заткнись ты наконец! — рявкнул Жданов, повернулся ко мне и совсем другим тоном, просительным, выдал: — Но в чем-то моя дочь права. Речь идет о ее наследстве. Возможно, мы с вами договоримся? Зачем вам такой большой пустой поселок? У вас клан мизерный, заселять некем.

— Это мои проблемы, — отрезал я. — Это альтернатива дуэли и то, если вы освободите поселок в течение часа. Или вы предпочитаете выдать своей головой? Мне предпочтительней головой. Могу прямо сейчас взять.

Видно, было в моем взгляде что-то хищное, потому что Жданов испуганно шарахнулся и заорал на своих подчиненных:

— Все слышали? Чтобы немедленно поселок очистили под передачу.

— И чтобы ничего не портили намеренно, а то спрошу, — рявкнул я на Жданова.

Он икнул, выскочил на улицу и заорал там особо противно и пронзительно, информируя всех желающих о том, что поселок меняет собственника. Но слова словами, а документы понадежнее будут. Я повернулся к Серому:

— Вызывай Ивана. Все вопросы с документами должны сегодня же решиться.

— Ну ты и жук, — опять покрутил головой полковник. — Поселок же действительно для тебя огромный. Что будешь с ним делать?

— Имущество лишним не бывает, — отмер Серый, а вместе с ним и его порядком подросшая за время нашего сотрудничества жаба, которая всеми лапами обняла его за шею и сейчас орала ему прямо в ухо: «Если есть возможность, нужно брать. Что будем делать, подумаем потом». — Ярослав все правильно решил. Зачем нам голова главы другого клана? В гостевой трофей повесить? Так себе украшение. Разве что временно потешить эго. А поселок — соразмерная компенсация. Или, по-вашему, жизнь столь ценного члена общества, как господин Жданов, ничего не стоит?

— Стоить-то стоит, — согласился Ефремов, — но шуму будет. И людей, опять же, Жданову куда-то придется отсюда девать.