Битва Ведьмака - Джозеф Дилейни

— Скажи спасибо, что ты вообще еще жив, — заявила Маб.

— Теперь ты отпустишь Алису и моих родных?

— Я подумаю…

— Джек болен. Понадобятся конь и повозка, чтобы как можно быстрее отвезти его туда, где ему смогут помочь. Если он умрет, я никогда не открою сундуки. Давай, Маб, держи слово. Один сундук уже у тебя, и сегодня ночью я отопру два других, как только взойдет луна. Пожалуйста.

Мгновение Маб пристально смотрела мне в глаза, а потом обратилась сестрам:

— Идите и скажите, чтобы их отпустили.

— Маб, Джеку нужна повозка. Он не может сам передвигаться, — настаивал я.

Маб кивнула.

— Ладно, он ее получит. Посмотрим, как ты сдержишь обещание. Ну, что встали? — Она топнула ногой, сердито глядя на сестер. — Давайте бегом! И передайте, пусть поторопят каменщиков!

— Каменщиков? — удивился я, глядя вслед Бет и Дженнет.

— Да, они заделают стену. Малкины сюда больше носа не сунут. Крепость теперь принадлежит нам. Времена изменились. Сейчас Маулдхиллы правят Пендлом!

Не прошло и часа, как прибыли четверо рабочих и начали восстанавливать кладку. Они нервничали и в рвении как можно быстрее сделать свое дело проявляли невероятные силу, энергию и сноровку.

Нескольких ведьм клана отослали в подземелье проверить, нет ли там кого, и вскоре они вернулись, сообщив, что, как и ожидалось, все Малкины покинули крепость через туннели. Маб распорядилась установить внизу охрану — стоит Малкинам узнать, что солдаты ушли, и они захотят вернуться.

Еще до первых сумерек брешь в стене заделали. Однако у Маб для каменщиков было и другое дело — она заставила их по узким ступенькам отнести два тяжелых запертых сундука наверх, на зубчатую стену. Покончив с этим, рабочие поспешно удалились. Мост подняли, и мы оказались заперты в крепости.

Кроме Маб и ее сестер с нами были еще десять ведьм — то есть весь шабаш — и четыре женщины постарше, которые стряпали и разносили еду. Они сварили жидкий суп с картошкой и морковью, и, хотя он был приготовлен врагами, я не смог отказаться от еды. Однако опасаясь, как бы туда не подмешали яда или какого-нибудь привораживающего снадобья, я удостоверился, что для меня зачерпнули из общего горшка.

После ужина я хотел покопаться в мамином сундуке, но Маб приказала держаться от него подальше.

— Они еще будут в полном твоем распоряжении, — заявила она. — На перевод всех этих книг уйдет не один месяц.

Вскоре после заката, взяв в руки фонарь, Маб повела меня на зубчатую стену. Бет и Дженнет замыкали шествие. Наверху мы миновали еще одно помещение с деревянным полом, где был установлен механизм подъема моста. Он состоял из большого ворота с деревянными зубцами и шестеренками и храповика, соединенного с цепью. При вращении цепь наматывалась на колесо, и мост поднимался.

Мы очутились на зубчатой стене, откуда во все стороны открывался отличный обзор. Над Вороньим лесом высился холм Пендл, и, поскольку между опушкой и крепостью лежал огромный луг, никто не мог подойти к ней незамеченным. Артиллеристы отбыли на войну, и крепость, теоретически неприступная, оказалась в руках Маулдхиллов.

Я перевел взгляд на сундуки; никто из сестер понятия не имел, что таилось внутри.

Сгущалась темнота, и фонарь будто бы разгорался ярче. Я знал, что луна уже поднялась над горизонтом, но холодный ветер с запада гнал по небу низкие дождевые облака. Неизвестно еще, упадет ли лунный свет на сундуки, и если да, то как скоро.

— Похоже, Маб, собирается дождь, — заметил я. — Может, стоит подождать до завтра?

Она втянула носом воздух и покачала головой.

— Луна покажется совсем скоро. Мы подождем здесь.

Я устремил взгляд во тьму, вслушиваясь в далекое завывание ветра среди деревьев и думая обо всем, что случилось с тех пор, как мы добрались до Пендла. Где сейчас Ведьмак? На что он рассчитывает в борьбе с могущественными ведьмовскими кланами? Бедный отец Стокс мертв, а в одиночку хозяину не выгнать Маулдхиллов из крепости, не говоря уж о том, чтобы разобраться с остальными, в особенности с Малкинами. И ему пока даже неизвестно о существовании загадочной Вюрмальд. Как эта женщина вписывается в сложное сообщество ведьм округа? Она говорит, что хочет отомстить маме, но чего конкретно стремится достичь на Пендле?

Я перевел взгляд на Маб, которая смотрела в ночное небо.

— Ты отлично все сделала, — подольстился я, рассчитывая разговорить девочку и вытянуть что-нибудь о том, что будет дальше. — Ты одолела Малкинов. Теперь даже с помощью Динов им не вернуть крепость. Она навсегда ваша.

— Мы долго этого ждали. — Маб устремила на меня подозрительный взгляд. — Я просто не упустила свой шанс. И, Том, не без твоей помощи. Тебе не кажется, что мы хорошая команда?

Я не совсем понимал, на что она намекает. Не мог же я, ученик Ведьмака, и впрямь ей нравиться. Нет. Наверное, она пробует на мне чары и наваждение. Я решил сменить тему.

— Что тебе известно о Вюрмальд?

— Вюрмальд! — Маб сплюнула на пол. — Она здесь незваный гость. Лезет, куда не просят. И первой, с кем я разберусь, будет она.

— Но зачем эта женщина пришла сюда, раз не имеет отношения ни к одному клану? Чего хочет?

— Она одиночка. Не может похвастаться достойным происхождением, вот и старается прилепиться к другим. И по какой-то причине хочет остаться здесь и призвать тьму, чтобы нанести удар тебе и твоей маме, так мне кажется. Я слышала, с какой ненавистью Вюрмальд говорила о ней. Уж не знаю почему.

— Думаю, они познакомились еще в Греции.

— Твоя мама ведьма? — напрямую спросила Маб.

— Конечно нет, — ответил я, хотя и не был уверен в этом.

Сила, снадобья, костяные пуговицы, а теперь еще и сестры, дикие ламии. В глубине души я начинал склоняться к мысли, что моя мать действительно ламия — домашняя и добрая, но тем не менее ведьма.

— Точно? — спросила Маб. — Уж больно Вюрмальд интересовалась сундуками, а твоя мама сделала все, чтобы никто не смог открыть их. Как бы это удалось ей, не будь она ведьмой?

Я молчал.

— Не расстраивайся, — поддразнила меня Маб. — В родстве с ведьмами нет ничего позорного.

— Моя мать не ведьма!

— Это ты так говоришь, дорогуша.

Судя по тону, Маб не верила ни одному моему слову.

— Ладно, кем бы ни была твоя мама, она враг Вюрмальд, а Вюрмальд хочет, чтобы в день Ламмаса все три клана объединились, вызвали Старого Ника[3]и уничтожили тебя и все надежды твоей матери. Но не волнуйся, Маулдхиллы не будут участвовать в этом, несмотря на все попытки Вюрмальд уговорить нас. Это уже чересчур. — Она неистово затрясла головой. — Слишком велик риск.