Не заговаривай с демонами - Лана Эл

— Нет, ну что ты! Живая, конечно, — поспешил успокоить меня Юний. — Но я знаю только одну категорию магов, которые не восприимчивы к этому растению.

Повисла театральная пауза, во время которой магистр внимательно меня разглядывал.

— Это некроманты, Диана.

— Но я же маг воздуха, — напомнила я.

— Да, — Юний вздохнул, — именно это я и хочу с тобой обсудить. Да и твои таланты в создании лечебных микстур кажутся мне… эм немного странными.

Магистр насыпал вебе в кружку какой-то травы, залил ее кипятком и сел напротив, что-то обдумывая. А я напряженно ждала.

— Ты новенькая в нашем мире, — наконец начал он, — и многого не знаешь. Но, возможно, слышала о Тысячелетней войне.

Я кивнула.

— Причиной войны… хотя нет, лучше начать с природы наших сил. Прости, забываю, что некоторые вещи для тебя не очевидны, — Юний сделал большой глоток, еще немного помолчал и заговорил: — Ты наверняка заметила, как относятся к магам воздуха. И дело не только в том, что вас так мало. Ваши способности воистину уникальны. По-настоящему сильный маг воздуха — это воплощение самой жизни. В давние времена подобные тебе воскрешали людей. Сохранились легенды, что самые могущественные могли оживлять даже статуи. Не просто превращать их в послушных марионеток, как некроманты мертвецов, а наделять их разумом и волей.

Магистр вздохнул, взял печеньку, но не надкусил, а начал ломать ее в руках. Крошки падали на стол и тут же исчезали.

— К сожалению, у всего в этом мире существует противоположность. Как ты уже наверняка догадалась, противоположностью жизни является смерть, а магии воздуха — некромантия. И здесь мы возвращаемся к причинам Тысячелетней войны. Все началось с Лаэры, одной из самых могущественных магов воздуха за всю историю нашего мира. Во многих древних трактатах ее называют Дыханием жизни. Но все изменилось, когда она встретила одного из некромантов. В книгах не сохранилось его имени. Лишь говорится, что его могущество было сравнимо с силой волшебницы. Не знаю, что между ними произошло. Но в конце концов слуга смерти наложил на нее проклятую печать, которая сначала изменила природу сил волшебницы, а потом свела ее с ума. Обезумевшая Лаэра напала на своего возлюбленного, мага огня Орэя, и едва не убила. Орэю пришлось защищаться. В пылу драки он смертельно ранил волшебницу. После этого, если верить старинным трактатам, некроманты начали охоту за магами воздуха. Так началась Тысячелетняя война.

Юний замолчал, а я пыталась переварить услышанное. Да что за день сегодня такой! Сначала Гарта обвиняют в убийстве Эмми, теперь в том, что он решил свести меня с ума. И мне во все это не очень верилось. Наверное, я просто наивная дура. А между тем, непонятная крыказябра вполне может быть той самой печатью.

— Почему вы думаете, что меня решили свести с ума? Я, вроде, себя нормально чувствую.

Если только Эдик, кот и Люсенька мне не примерещились.

— Первыми симптомами были изменения в силе. Насколько я помню древние тексты, Лаэра начала превращаться в некроманта. Однако, я не до конца уверен в своих суждениях, — добавил Юний. — Гарт никогда не производил впечатление фанатика и сумасброда, который снова жаждет развязать войну. Поэтому для начала я хочу, чтобы ты с ним поговорила. Видишь ли, истории не всегда можно верить. А этой истории и подавно. Ее писали маги, а значит, могли умолчать о чем-то для себя неудобном или опасном.

Магистр тяжело вздохнул и сделал еще один глоток.

— И пока это лучше сохранить в тайне. Подобная новость легко разрушит мир, которого мы так долго добивались. Среди магов есть те, кому лишь дай повод, и они снова кинутся в бой.

— Например, маги огня?

— Смотрю, ты все-таки кое-что узнала о нашем мире, — улыбнулся Юний. — Да, маги огня. Самые яростные противники некромантов. Но не только они. В общем, мы не можем допустить огласки, пока все не прояснится.

Я согласно кивнула и добавила:

— Гарт, кстати, собирался о чем-то со мной поговорить. Возможно, как раз об этом.

— Чудесно. И передай ему, пожалуйста, что я бы не отказался встретиться с ним с глазу на глаз. Сам он мои занятия не посещает.

— Почему?

— Ему без надобности, — усмехнулся алхимик. — Он, как и ты, не в состоянии создавать лечебные зелья, правда, они у него просто не получаются, без катастрофических последствий. А со всем, что касается ядов и проклятий, он и без микстур прекрасно справится.

— Магистр, а обладают ли некроманты темной магией?

— Предположу, твое любопытство вызвано гибелью бедной Эмми?

Я кивнула, скрывать все равно смысла не было.

— Вопрос, на самом деле, хороший. С одной стороны, некромантию никак нельзя причислить к светлой, то есть созидательной силе. Но и назвать ее темной, тоже нельзя. Смерть, по своей сути, не есть зло. А темная магия — это зло в ее первозданной форме. И освоить ее может кто угодно. При должном желании, конечно. И ты, и я, и любой ученик или преподаватель школы

— Я так и думала.

— Но если мы говорим конкретно про это убийство. То некромант мог бы просто приказать девушке умереть. Без артефактов и проклятий.

— Это как?

— Насколько я знаю, Гарт благословлен Госпожой, или как еще говорят, Смерть коснулась его. А некроманты с таким даром, могут подойти к любому живому существу, назвать ему время смерти и все. В означенный час он просто ляжет и умрет. И никакой магии никто не почувствует.

— К любому?

— Хорошо, — лукаво улыбнулся Юний, — на магов с сильной защитой такое не подействует. А вот на студентов — вполне. Рискну предположить, что обвинить некроманта в убийстве девочки решили наши огненные мальчики?

— Они, — я улыбнулась.

— Глупости. Некромантов вообще мало беспокоят наши дела. Сильно удивлюсь, если Гарт вообще знал, как зовут эту несчастную девочку.

— Тут я с вами согласна.

— Но поговорить с Гартом ты просто обязана, — строже добавил алхимик, — это не шутки. Наши дела, может, их и не волнуют. Но к магам воздуха они всегда испытывали повышенный интерес.

Я пообещала, Юнию, что как только некромант вернется, сразу призову его к ответу, и поспешила на следующее занятие. Это была артефактология у магистра Таира. Пока ни о самом магистре, ни о новом предмете я не имела ни малейшего представления, поэтому опаздывать было рискованно. Получится как с Шафри и снова придется камни зубной щеткой драить. Хорошо хоть на этот раз я заранее выяснила, где находится кабинет артефактологии.

Но несмотря на то, что под конец я почти бежала, на занятия все-таки опоздала. К счастью, магистр Тиар на него вообще не явился. Подождав приличествующие пятнадцать минут, студенты уже собрались разойтись, но вмешался Эдгар. Рыжий побежал к директору узнавать, в чем дело.